Дар - Анна Григорьевна Владимирова

Временами тишину разрывал вскрик белого северного леура. Огромные белые птицы жили на отвесных скалах, прекрасно чувствуя себя в этом суровом краю. А во время охоты парили над заснеженной землей, пронзительно вскрикивая, и лишь оттеняя этим окружающую тишину и умиротворённость.

Спустившись в очередной раз во внушительную впадину, дракон вдруг резко взмыл вверх. Дельфи вцепилась в него и прижалась к его шее по инерции, боясь соскользнуть. Но стоило им подняться над первым выступом, Дельфи резко выпрямилась: перед ее глазами неожиданно оказался фрагмент стены, укутанный снегом, и лишь местами зияющий провалами в каменной вкладке. Несколько взмахов крыльев, и они перемахнули через стену и оказались на некогда большой площади. Дракон бесшумно опустился и выдохнул несколько струй горячего воздуха, настороженно озираясь.

Дельфи не спешила, помня о своем обещании действовать во всем лишь с разрешения Ааргарда. Она дождалась, когда тот глянул на нее, полуобернувшись, и поспешила спрыгнуть вниз.

По площади тут и там кружили маленькие снежные вихри, оборачиваясь местами шустрой поземкой. Дельфи пробежалась взглядом по затейливой кладке плитки под ногами, виднеющейся кое где из-под снежных заносов, потом подняла глаза и всмотрелась в окружающий пейзаж. По всей видимости площадка, на которой они стояли сейчас, когда-то предназначалась для таких же крылатых посетителей. Широкая, она имела несколько выходов, выполненных в виде арок, теперь полуразрушенных, а местами полностью разбитых. За ними начиналась одна из улиц города.

— Ты как? — раздался позади голос Ааргарда.

Дельфи сощурилась на бьющее в глаза солнце, отраженное от ослепительного снега.

— Я в порядке, — кивнула она, — пойдем?

Глянув на Ааргарда, она невольно поежилась. Он ступал по снегу босиком, ветер трепал его черные длинные волосы, хлеставшие по голым плечам, но дракон даже не морщился.

— Тебе совсем не холодно? — спросила она, когда он ступил под единственную неразрушенную арку и подал ей руку.

— Нет, — усмехнулся он, — я толстокожий. Ничего не чувствую…

— Да ну ладно! — фыркнула Дельфи. — Ты совсем не такой…

Ааргард вскинул на нее пронзительный взгляд, но промолчал.

— Дальше — сплошные завалы, Шесс.

Он подвел ее к полуразрушенным ступеням, уводящим наверх.

— Большая часть города просела внутрь горы почти мгновенно, осталась только небольшая часть окраины, — пояснил он бесстрастно и потянул ее по ступеням.

Зрелище, открывшееся ее взору, превосходило все самые смелые и страшные ожидания. За ступенями буквально в десяти шагах зиял широкий провал, объятый с другой стороны отвесными скалами. По размеру оно напоминало одно из больших горных озер. Сделав несколько осторожных шагов, Дельфи вытянула шею и заглянула вниз.

Ничего кроме камней и снега, вперемешку покоящихся на далеком дне провала. Она сделала пару шагов назад, и вдруг почувствовала странный гул, пробравший землю изнутри. Рядом вскинулся Ааргард и, молниеносно схватив ее за руку, оттащил обратно к ступеням. Солнечный свет разом заволокло какой-то странной пеленой на фоне совершенно ясного неба. Очередная волна рокота докатилась до них из сердца скал и сбила Дельфи с ног. Камни на границе провала зашевелились, обнажаясь от снежного покрова. И вдруг окружающее пространство прорвал пронзительный оглушающий вопль.

* * *

В Зале Нити дрогнули витражи, и в воздухе разлилась нарастающая тревога, тут же подхваченная всеми присутствующими Хранителями. Они стали озираться и негромко переговариваться, но в конце концов все их взгляды сошлись на Кросстиссе и Азуле. Главный Хранитель вскинул голову к центру зала, но сама Нить лишь мелко подрагивала, не обозначая для себя пока никакой угрозы.

— Всем собраться в Зале немедленно! — громко распорядился Азул. — Кросстисс…

Наг тем временем приблизился к нему и, склонившись, прошептал:

— Нам нужно в Башню…

Азул выпрямился:

— Никому не покидать Храм! — выкрикнул он, и они с Кросстиссом поспешили к выходу из Зала.

— Что это было? — спросил Азул, едва они удалились достаточно от других Хранителей.

— Боюсь, порадовать тебя нечем, — напряженно ответил Кросстисс, — я лишь хочу убедиться…

— Азул! — вдруг раздалось им вслед, и через несколько мгновений их нагнал Лоаденхайт. — Это Пришествие!

Кросстисс лишь бросил злой взгляд в сторону Советника, Азул же застыл, вглядываясь в испуганное лицо Лоаденхайта. Последний, польщенный таким вниманием, горячо продолжил:

— Об этом сказано в главном писании! — истерично вскричал он. — Это Пришествие самого Правителя Миров!!!

— Марагорт — не Правитель Миров, — раздраженно отозвался Кросстисс.

Оба дракона словно сговорившись воззрились изумленно на полузмея.

— Я хочу лишь убедиться, — глухо отозвался Кросстисс, явно недовольный вмешательством Советника, — затем расскажу все, что думаю.

Советник скептически сузил глаза, но наг не удостоил его более вниманием и, получив молчаливое согласие Главного Хранителя, поспешил в самую верхнюю башню Храма. Оба дракона бросились следом.

Небо над морем подернулось красноватым маревом. Солнечный диск будто почернел внутри и теперь сиял лишь ярко-красным орелом. Граница дневной голубизны неба истончилась, как если бы день и ночь решили наступить одновременно.

— Видите! — ткнул Советник сухим пальцем в солнечный диск.

Азул повернулся к нагу:

— Что скажешь?

Кросстисс долго молча смотрел на происходящее над морем.

— Теперь все будет стремительно двигаться к отрыву, Азул, — наконец выдавил он.

Белый Хранитель стиснул зубы и ледяным взглядом скользнул по окружающему пейзажу.

— Кросстисс… — начал было Советник, но Азул его перебил.

— Кто такой Марагорт? — сухо уточнил он.

— Верховный Владыка Черных всех миров, — ответил наг, и, помолчав, добавил, — Я учился у него…

Азул лишь прикрыл изумленно глаза на миг.

— Ты так рискуешь, находясь здесь…

— У меня нет никаких сомнений на счет того, где мне следует находится в данное время, — слегка улыбнулся наг.

— Кросстисс! — вновь потребовал к себе внимания Советник. — Подумай еще раз, пожалуйста! Ты — наша единственная надежда!

— Может быть, — нехотя посмотрел на него наг.

Порывы ветра вились вокруг трех Хранителей, путаясь в их одеждах и волосах.

— Кирана и ты могли бы… — начал было советник.

— Не могли, — отвернулся от него наг. — Об этом вам лучше забыть.

Лоаденхайт скривился.

— Что за упрямое змеиное отродье! — вскричал он, повышая голос на каждом слове все больше. — Зачем ты здесь в таком случае?!!

— Хватит!!! — рявкнул на него Азул. — Советник, прошу,