Дьявол носит чёрный - Л. Дж. Шэн

– Итак, поздравляю – твое свадебное платье, которое могло положить конец всем свадебным нарядам, официально куплено, – беззаботно сказал Свен.

– Куплено? – пролепетала я с отдышкой, стараясь не отставать. – Ты имеешь в виду Black & Co.? Они всегда выкупают нашу коллекцию. Я думала, у нас с ними трехлетний контракт.

– Нет, не ими. Это частный покупатель.

– Как частный покупатель мог его купить? Продажи еще не стартовали. И не могли стартовать, никто его пока не видел. Вот почему мы здесь. Чтобы впервые продемонстрировать наш дизайн.

– Да, но покупатель уверен, что платье ему понравится.

– А как же наши обязательства перед Black & Co.?

– Мы нашли лазейку в контракте. На кону слишком большие деньги, чтобы от них отказываться.

– Но… – начала я.

– Платье продано. Но дело не в этом, – прервал меня Свен, легко взмахнув рукой. Мы уходили все дальше от кулис и проследовали в какую-то административную часть этажа.

– Тогда в чем? – я попыталась выровнять дыхание. О, черт. Что, если его купила знаменитость? Что, если она не хотела, дабы кто-то еще его видел, желая продемонстрировать платье первой? Что, если все подиумные показы отменены, и я могу просто заняться своими делами и наблюдать за шоу со стороны? Я уже представляла, как увижу платье на Дуа Липе на обложке журнала «OK!» – встречается ли она с кем-нибудь сейчас? – и зажмурилась. От гордости моя грудь готовилась разорваться.

– У покупателя есть необычный запрос. – Свен, наконец, остановился. Мы отошли достаточно далеко от кулис, чтобы нас не было видно, и теперь стояли перед белой деревянной дверью.

Я заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Свен шлепнул меня по руке.

– Ты не для того сорок пять минут завивала волосы, чтобы испортить прическу за секунду до выступления.

Так я все же участвую в шоу? Что случилось с моей мечтой о Дуа Липе?

– Какой запрос? – пропыхтела я, устав от того, что меня держат в неведении.

– Ну, – Свен огляделся, выглядя так, будто его самого подташнивает, – тебе придется спросить у жениха.

– Жениха?

Свен толкнул дверь перед нами, и от неожиданности я споткнулась на каблуках. Пара больших уверенных рук поймала меня в последний момент.

Чейз.

Меня держал Чейз.

Не только держал, но и смотрел прямо на меня, его мерцающие серо-голубые глаза наполнились озорством и душераздирающей теплотой, которую я никогда не видела в них раньше.

– Привет, – прошептал он.

– П-привет?..

Я выпрямилась, встав на обе ноги, осознавая, что от меня, вероятно, пахнет рвотой, и огляделась. Здесь присутствовали все. Ну, во всяком случае, все, кого я знала в Нью-Йорке. Лори, Кэти, Джулиан, Клементина, Свен, Итан (Итан?), Грант, Франциско и те коллеги, с кем я близка. Нина и Лайла проскользнули внутрь как раз в тот момент, когда я пересчитывала людей в комнате. Очевидно, они все это время стояли позади нас со Свеном.

Я перевела взгляд с Чейза на Свена и обратно, пытаясь заставить свое сердце не вылетать из груди. Поспешные выводы могли меня сокрушить. К тому же я знала Чейза немногим больше года. Правда, он выдался одним из самых насыщенных в моей жизни.

– У тебя есть ко мне просьба? – Мой язык бросил вызов мозгу, когда я произнесла эти слова, внутренне умоляя Чейза быть тем самым женихом. Или… не быть им. Что, если он женится на ком-то другом? Наконец-то осуществит свой план, чтобы порадовать семью, но с другой девушкой? Может, поэтому он вел себя со мной так мило и странно на этой неделе?

Боже, что, если женихом был Итан, сделавший предложение Кэти, а я просто поторопилась? У меня закружилась голова. Мне нужно было присесть. Чейз коротко кивнул. Мне необходимо больше. Нужны слова.

– Пожалуйста, скажи что-нибудь, – умоляла я, чувствуя сухость во рту. – Что угодно. Я с ума схожу.

Чейз почесал бровь. Такая обыденная вещь, но я никогда ранее не замечала у него подобного жеста. Как признак неуверенности или задумчивости.

– Ты планировала свою свадьбу с самого рождения. Я знаю это, потому что спросил твоего отца. А спросил я его, поскольку на прошлой неделе ездил в Пенсильванию, чтобы встретиться с ним. Я решил с ним встретиться, чтобы лучше понять тебя. И, думаю, мне это удалось.

– Удалось? – я моргнула.

– Ты из тех, кто обожает публичные признания в любви. Тебе нужна большая, хаотичная, разноцветная сказка. Я не уверен, что готов на бо́льшую публичность, чем то, что произойдет здесь и сейчас.

В углу комнаты Свен возбужденно хлопал в ладоши, подпрыгивая на месте.

– Он включил своего внутреннего Хью Гранта. Я здесь именно за этим.

Чейз пригвоздил его взглядом, затем снова повернулся ко мне.

– Мне просто интересно, могу ли я… – Его взгляд пробежался по моему декольте, и на губах заиграла ухмылка. Будто он нашел свою точку опоры. А мне нужно, чтобы он это сделал. Нашел опору. Завершил свою мысль.

– Можешь ли ты? – я старалась, чтобы мой голос звучал нейтрально.

– Могу ли я стать тем счастливым ублюдком, который уничтожит этот шедевр своими зубами, будучи полупьяным и бесконечно влюбленным в тебя в нашу первую брачную ночь.

– Ох, – выдохнула я.

– Ох, – повторил он, его ухмылка стала шире. – Мне также интересно, могу ли я стать мужчиной, который будет придерживать твои волосы, когда тебя тошнит, и, прежде всего, не станет причиной того, что ты напилась до полусмерти.

У меня сбилось дыхание. Что напомнило мне об ужасном зловонии. Словно прочитав мои мысли, Лайла вложила мне в руку две подушечки жвачки, а затем отступила. Я просунула их между губами. Мятная. Чейз продолжил.

– Я все гадаю, сможем ли мы сделать совместные фотографии в честь помолвки, в месте, от которого не веет восьмидесятыми, и не беспокоясь о том, что ты вот-вот уйдешь и отправишься на свидание с каким-нибудь придурком в смешном галстуке и трико – без обид, Итан. – Чейз повернулся и подмигнул моему «бывшему-кем-бы-он-ни-был-в-то-время».

– Полагаю, никто не в обиде. – Итан пожал плечами, сидя рядом с Кэти и держа ее за руку.

Я рассмеялась сквозь слезы. Это самое лучшее из худших предложений руки и сердца, которое я когда-либо слышала, а Чейз еще даже не закончил.

– Хочешь знать, что еще мне интересно? – он приподнял бровь.

– Умираю от желания. – И вновь сквозь слезы пробился смех.

– Мне интересно, сможешь ли ты посмотреть на меня так, как в нашу первую встречу.