Верни мне себя - Брук Лин

Я отбрасываю все мысли, которые только что роились в голове, поднимаю взгляд и замечаю, что все гости выходят во двор, и Амели уже ютится в объятиях бабушки Ирины на траве.

– Прямо сейчас думал о тебе, – отвечаю, разворачиваясь к ней лицом.

Я наклоняюсь и коротко целую её в губы. Вкус её помады с тонким оттенком вишни оставляет приятное послевкусие.

Яна отпускает меня и, пока обходит кресло, я пробую коктейль. Вкус алкоголя смешивается с цитрусовыми нотками, но я не могу сосредоточиться на нём. Бестия садится мне на колени, смыкает пальцы в замок на моей шее и затмевает всё.

– Надеюсь, думаешь о том, какое я классное платье купила? – закидывает одну ногу на другую, подчёркивая линию бедра.

– Не заводи меня.

Но уже поздно просить об этом. Завёлся, и все мышцы вмиг напряглись под ней, желая завладеть ею прям здесь и сейчас.

– Даже не думала об этом, – хитро улыбается и смотрит на меня театрально-наивным взглядом. – Так как оно тебе?

– Сексуальное. И я уже представляю, как буду его стягивать с тебя, – мой голос становится ниже.

Убираю бокал на стол и кладу руку ей на бедро. Медленно скольжу пальцами вверх по шёлковой коже. Её тело мгновенно откликается. Я замечаю, как кожа покрывается мурашками под моими прикосновениями.

– Это детский праздник, а ты такой развратник, – она пытается сделать строгий вид, но блестящие от возбуждения голубые глаза выдают её.

– Сделаем вид, что ты другая и очень меня осуждаешь, – потянувшись к её уху, шепчу я.

– Да-да. Я очень тебя осуждаю, – мурлычет в ответ, пуская очередной разряд прямо в пах.

Ведьма знает, как действует на меня это её мягкое мурлыканье.

– Как тебе коктейль? – переводит тему, слегка наклоняя голову.

– Хуже твоего платья, но лучше всех коктейлей, которые я пробовал.

– Ты ненавидишь коктейли, – констатирует, прищурившись. – Такой ты лжец и подлиза.

– Этот коктейль я ненавижу меньше всех остальных, – смеюсь в ответ и, заметив, что дом опустел и мы остались вдвоём, скольжу пальцами под её платье.

Чувствую тепло её кожи и слышу резкий женский вдох. Но не успеваю дойти до цели – бестия резко вскакивает на ноги.

– Пора уже задувать свечку на торте, папаша, – она поправляет платье и бросает на меня укоризненный взгляд. – Держи себя в руках. Дождись хотя бы вечера, когда мы останемся одни.

– Я ведь теперь только об этом и буду думать, – признаюсь честно.

– Сделаю вид, что опечалена этим фактом, – подмигивает и, развернувшись ко мне спиной, кошачьей походкой от бедра двигается к выходу.

Мысленно уже ловлю её, поднимаю на руки и утаскиваю в спальню. Но здравый рассудок преобладает, и я остаюсь приколоченным сидеть в кресле.

На секунду останавливается у двери, оборачивается ко мне и начинает томно покусывать нижнюю губу.

– Яна, уйди! – предупреждающе высекаю я, но она лишь смеётся в ответ, довольная тем, как повлияла на меня за считаные минуты.

Разворачивается с победным видом, словно только что выиграла важный спор, и уверенно шагает во двор к гостям.

Я провожу рукой по лицу, пытаясь остыть. Коньяк на столе выглядит как спасение. Беру снифтер, подношу к губам и делаю небольшой глоток, чтобы успокоиться.

Пять минут спустя я всё-таки выхожу во двор. Вокруг настоящая атмосфера праздника: розовые шары развеваются на ветру, аниматоры в ярких костюмах увлечённо развлекают детей, повсюду слышен смех и музыка.

Замечаю Яну в компании Ираклия и Илианы. Они непринуждённо стоят и беседуют. Неподалёку от них Амели кружится в танце, напевая что-то на своём выдуманном языке. Её движения неуклюжие, но настолько милые, что я невольно улыбаюсь.

– Это точно наша девочка, – смеётся Илиана, опустив взгляд на маленькую звезду.

Рядом с Амели появляется маленький Адриан Дадиани. Он осторожно подходит к ней, хлопая в ладоши в такт её движениям. Амели замечает его и тут же начинает танцевать ещё активнее. Она явно старается произвести на мальчика впечатление. Ну точно мамина копия. И мне впервые не нравится данный факт. Адриан тоже начинает подпрыгивать на месте, пытаясь повторить её движения.

– По-любому. Будущая невестка у нас просто чудо, – весело подхватывает Ираклий, играя на моих отцовских нервах.

Его тон шутливый, но я чувствую, как внутри меня что-то неприятно ёкает.

Я спятил.

Яна тоже заливается смехом. А я? Я делаю глубокий вдох и решаю вмешаться. Подхожу к компании, словно намеренно отвлекая их внимание от сцены с детьми. Встаю рядом с Яной и обнимаю её за талию. Чуть крепче, чем обычно. Она удивлённо смотрит на меня, но тут же улыбается.

– Ты ведь помнишь, что мать Амели – Яна? – слегка приподнимаю бровь и бросаю взгляд на Ираклия. – Уверен, что хочешь такой тяжёлой участи для своего сына?

– Что мне до Яны? Я с тобой породниться хочу, – с ухмылкой отвечает он.

Моё почтение и уважение этому мужчине. Только с появлением Яны я понял, как много силы, воли и любви в Дадиани, раз он сумел отпустить и принять прошлое с достоинством.

– Всё готово, можете идти к торту, – раздаётся голос Авроры, которая подходит к нам.

Её округлившийся живот отчётливо виден под светлым платьем. И она выглядит очень взволнованной, так как весь сегодняшний праздник организовала она. Но я не вижу причин для беспокойства: все вокруг довольные и счастливые, а значит всё удалось.

– Отлично. Спасибо тебе, моя дорогая, – с теплотой благодарит Яна, подойдя к подруге и обняв её. – Праздник просто чудесный!

Я тоже благодарю Аврору, после чего перевожу взгляд на свою маленькую артистку, которая всё ещё кружится рядом с Адрианом. Она полностью поглощена своим танцем, время от времени бросая взгляды на мальчика, словно проверяя, смотрит ли он. Адриан же её не разочаровывает: хлопает в ладоши и старается не отставать.

Подхожу к ней и опускаюсь на корточки.

– Амели, пойдём задувать свечку? – зову её, протянув руки к ней.

Заметив меня, принцесса тут же останавливается. Её глаза загораются, и она громко вскрикивает:

– Па-па! – по слогам произносит она и с восторгом бежит ко мне в объятия.

Я ловлю её, встаю на ноги и, крепко прижав к себе, выдыхаю. Прекрасно. Пока она выбирает меня, я могу спать спокойно.

Яна подходит ближе и берёт меня под руку.

– Через лет четырнадцать она уже не прибежит к тебе так радостно, – словно считав все мои мысли, с усмешкой подтрунивает она.

Мы вместе направляемся к украшенному баннеру, у которого стоит торт.

– Четырнадцать? – оборачиваюсь к ней и смотрю с удивлением.

– Кажется, я влюбилась в первый