Клим - Дарья Данина

— Клим? — мерзкий холодок забрался за пазуху, когда перед моими глазами снова всплыла картина этого вечера. Кровь, так быстро расползающаяся по его рубашке.

— Там ты найдёшь телефон. Документы твои в другом месте, но я тебе их привезу. Завтра.

— Ты приедешь?

— Я приеду. Привезу всё, что тебе понадобится, — сделал недолгую паузу, — чтобы начать заново.

Сердце ухнуло вниз. В носу запекло, а подбородок мелко задрожал.

Заново? Что это значит? Всё?

— Первое время не звони никому. Родственники или друзья: вообще никому. На телефоне один сохранённый номер. Отвечай только на него.

Я слушала и почти ничего не слышала. Голос Глеба эхом отдавался в перепонках. Неужели на этом всё? Почему это произошло? И почему внутри меня такая горечь? И такая боль?

— Ты слышишь меня, Кира? — Глеб дотронулся до моего плеча, слегка встряхивая.

— Да... — судорожно закивала, так и не поняв, что мне делать дальше.

— Точно? Мы можем ехать?

— Да. — Я отстранённо кивнула.

Поняла. Наверное.

Я замолчала. Заткнулась, как меня и просили. Стянула с себя толстовку и, свернув её, подложила под голову. Закрыла глаза в надежде, что это меня успокоит. Но это не помогало. Я пыталась заснуть, но и тут меня ждало разочарование.

Мы так долго ехали...

Автомобиль стал замедляться. Гладкое дорожное полотно сменилось шелестом гравия под колёсами. Я подняла голову, замечая как окрасилось небо в цвета рассвета.

Тяжело вдохнула, рассматривая за окном незнакомую местность. Чужие дома... аккуратные и ухоженные участки. Рябины... так много рябин. Должно быть, осенью здесь очень красиво.

— Мы приехали? — осипшим голосом спросила у Глеба.

— Почти.

Прошло не более пяти минут, прежде чем мы притормозили возле высоких ворот. Подобравшись, я вытянула шею, чтобы осмотреть местность. Казалось, что дом, куда меня привезли, был на отшибе. Отдельно ото всех. Наверное, так даже лучше.

Автоматические ворота пришли в движение, открывая нам путь к подъезду. За ним нас ждали двое. Я видела их раньше в доме Клима.

Как только мы пересекли невидимую черту, ворота закрылись. Но я боялась пошевелиться. Боялась выйти. Порой мне казалось, что теперь я боюсь всего.

— Пошли... — устало пробасил Глеб, — Кира? — привлёк моё внимание, и я перевела испуганный взгляд на него. — Слышишь меня? Всё хорошо. Тебя здесь никто не тронет.

Я часто закивала и, нащупав дверную рукоять, медленно открыла дверь. Набрала полную грудь свежего утреннего воздуха и, кажется, мне стало немного легче.

Мы молча прошли в дом. У меня не было больше сил осматриваться. Как только я перешагнула через порог, мои ноги едва меня волочили. Голова была окутана влажным и серым туманом. Перед глазами дымка.

Глеб торопливо рассказывал, что я должна оставаться здесь и никуда не выходить до его возвращения. Вложил мне в руку обычный кнопочный телефон.

На тумбочку положил пистолет...

— Стрелять тебя научили. Но это только на крайний случай, Кира. Ты же понимаешь?

Я молча кивнула.

И просто ждала, когда меня оставят одну.

Но я не осталась одна. Один из мужчин уехал вместе с Глебом. Второй остался здесь. Тихой тенью бродил по дому и время от времени заходил в комнату, где я нашла кровать. Проверял, на месте ли я, и снова уходил.

Сбросив с ног обувь, я забралась на постель. Подложила под щёку сложенные ладони, и снова попыталась уснуть. Наверное, мне понадобилось на это больше часа. Я закрывала глаза, и всё ещё видела перед собой Клима. Кровь на сорочке. То, как дёрнулось его тело в тот момент, когда в него попала пуля.

Это был Гриша? Его люди?

Я ничего не знала. Теперь я даже не знала кто я.

Как же так вышло?

Сколько бы ненависти не томилось в моей груди... я больше не желала Климу смерти. Более того: я хотела, чтобы у него всё было хорошо.