Высокие маки - Луиза Бэгшоу

Генри Нэймет медленно снял белый халат и посмотрел на Лилли.

— Что?

— Я сказала — она ушла из компании. — Лилли попробовала произнести это ровным голосом, но у нее не получилось.

Генри нахмурился, когда его подруга с сигаретой в руке села на их лабораторный диван и откинулась на кожаные подушки. За окнами было темно. Три часа утра.

Они только что закончили изнурительные опыты: Лилли делала инъекции бабуинам, а Генри работал со сложными компьютерными моделями. Перед глазами у него прыгали бесконечные цифры, врезавшиеся в мозг, но усталость как рукой сняло, когда она обронила эту фразу. Его словно окатили холодной водой. Он сел и уставился на Лилли. Та выглядела сегодня хуже обычного.

Кожа была мертвенно-бледная, посеревшая от усталости. И у нее плохое настроение.

— А что ты так реагируешь? Она сделала для нас дело и ушла. Эти парни скоро найдут ей замену.

— Но она мой друг, Лилли. Почему ты мне не сказала?

— Я и не думала, что она так уж тебе близка. — Это была явная ложь, которую Генри не собирался принимать. Лилли вскинула руки, мелькнули пожелтевшие от никотина пальцы. — О'кей, прекрасно. Но ты ничего не говорил, ты вроде как и не встречался с ней…

— Мы ведь работали во Франции. — Голос Генри звучал холодно.

— Ты был в отчаянии после того разговора с Тони. Я решила, что все кончено.

Генри прижал руку ко лбу. Голова раскалывалась. Он чувствовал, как клещи мигрени стискивают череп.

— И что ты знаешь про это?

Лилли выпрямилась и посмотрела на него.

— Тони мне тоже все рассказал. Понятно? Он рассказал о ней. Об этой маленькой потаскухе. Зачем тебе связываться с ней?

— Слушай, дружба — это мое личное дело.

— Она не годится для тебя, — мрачно заявила Лилли.

Генри помолчал. Он не мог поверить своим ушам.

— Не годится для меня?

— Да. Я и Тони так сказала. Он собирался ее уволить. Я поддержала его.

— Лилли, ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь.

— Да неужели? — с горечью воскликнула женщина. — Как это? Я ведь твой партнер столько лет! Я работаю на них. Я биохимик, Генри. Им ведь не нужны никакие компьютеры, если хочешь знать. Я могу все подмять под себя.

Но я притащила тебя с собой, а ты убегаешь с какой-то брюнеткой, какой-то проституткой, которая делает карьеру через постель…

— Хватит! — заорал Генри. Потом сразу успокоился. — Лилли, мы ведь даже почти не разговариваем с тобой.

— Но мы достаточно времени проводим друг с другом, — пробормотала она.

Генри снова покачал головой.

Лилли. У нее блестящий ум. Но она квадратная, некрасивая и в общем-то старая. Однако почему-то она себе внушила, что, если они вместе работают, это значит, между ними связь. Ведь она никогда и слова не сказала.

Может, она надеялась на что-то и не хотела лишать себя иллюзий?

Он вспомнил, с каким неодобрением Лилли смотрела на Нину.

Генри думал, это из-за молодости Нины, но теперь он понял истинную причину — красота. Он разрушил иллюзии Лилли, как разбивают лед на грязной луже.

Теперь она сидит перед ним и кричит о предательстве.

Но хуже то, что она задевает больные струны. Слова, произнесенные сдержанным, таким английским тоном, он едва вынес: отвратительный портрет Нины, которая совокупляется с Тони и, лежа на спине, пробивает себе путь наверх. А Генри почти влюбился в нее. Занятие любовью с ней произвело на него потрясающее впечатление, он не мог дождаться новой встречи. Воспоминания развращающе действовали на него, разъедали душу.