Прибежище из серы и тьмы - Люсинда Дарк

Я борюсь за свободу, вырываясь из хватки Каликса, но он только давит еще сильнее. Сжимает свои руки вокруг меня, пока дышать не становится почти невозможно. Ощущение жжения возникает в уголках моих глаз, когда мысли лихорадочно бегут. — Отпусти. Меня. — Мое требование встречено раздражающим молчанием. Неужели ему все равно? Если бы один из его братьев был в опасности, разве он не предпринял бы что-нибудь?

Мои конечности покалывает. Я отстраняюсь от него, стараясь расслышать, о чем говорят Нубо и Залика, но Нубо начинает идти, и вместе они с Заликой исчезают из виду. Мертвые Терры еще мгновение покачиваются на ногах, прежде чем всем скопом развернуться и последовать за своим хозяином. Только когда их шаркающие шаги стихают, Каликс наконец отпускает меня.

Я быстро втягиваю воздух и поворачиваюсь, когда его руки опускаются вниз. Прежде чем он успевает остановить меня, я рассеиваю силу, которая удерживает мои тени на нашей коже, и бью его прямо в лицо. Голова Каликса дергается в сторону, и на мгновение он остается в таком положении — его челюсть сжимается, как будто он пытается сдержать свой гнев из-за моего поступка. Я молча бросаю ему вызов нанести ответный удар. Однако все, что он делает, это поднимает руку и медленно вытирает капельку крови, которая сочится из рассеченной губы.

Слизывая красную капельку со своего большого пальца, его темные глаза находят мои, а затем поднимаются на меня через плечо. Он обходит меня, его длинные ноги сокращают расстояние, когда он пересекает большой зал, и мне остается бежать за ним. Я останавливаюсь в центре зала, Ара хлопает меня по плечу, когда я смотрю в сторону, в один из многочисленных коридоров, отходящих от этого огромного помещения — тот самый, по которому, вероятно, ушли Нубо и Залика.

Кажется, у Каликса появляется идея, когда он направляется к коридорам, ведущим обратно в наши покои, и я поворачиваюсь, следуя за ним, хотя все, что я хочу сделать, это выследить этих двух Смертных Богов и потребовать ответов, даже если для этого придется вонзить ногти в их плоть и вырвать их из них. Каликс не останавливается, пока не достигает наших комнат, его шаги ускоряются, как только появляются двери. Он ныряет в одну комнату — Руэна, — находя ее пустой, а затем в комнату Теоса, и когда я подхожу к нему сзади, я вижу, как Теос сидит в постели, его светло-золотистые волосы почти светятся в темноте спальни.

Мое сердце почти останавливается.

Теос здесь.

Моя голова поворачивается обратно к открытой комнате Руэна, дверь со скрипом открывается внутрь. Покалывание полностью овладевает мной, когда Ара спрыгивает с моего плеча. Я едва замечаю ее, когда подхожу к открытой двери и смотрю на пустую спальню. Нет. Может быть, он…

Я вырываюсь из комнаты и ныряю в свою, чуть не срывая дверь с петель, когда открываю ее. Мейрин садится в кровати, испуганно вскрикнув. Я едва успеваю заметить Найла, лежащего рядом с ней поверх простыней, когда он наполовину ныряет над ней в качестве защиты, прежде чем я поворачиваюсь к единственной другой комнате на этой стороне коридора. Старая комната Мейрин с наполовину сломанной дверью. Я подхожу к ней.

— Кайра? Каликс? Что происходит? — Баритон Теоса скользит по моим ушам, когда я толкаю остатки двери внутрь, чтобы показать свой самый большой страх. Там тоже пусто.

Что означает только одно. Они не забрали Теоса. Только Руэна.

Руэн исчез.

Колокольня Ортуса звонит где-то в массивной горе, эхом отдаваясь в коридорах и в моей голове. Рвота подступает к моему горлу, угрожая вырваться наружу.

Где Руэн?

— Что происходит? — Спрашивает мягкий мужской голос, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Найла, стоящего в дверях моей бывшей спальни. Его брови нахмурены, и когда бледная женская рука появляется из-за угла двери, он вздрагивает и оглядывается. Его лицо обретает выражение непоколебимого спокойствия. — Оставайтесь там, госпожа, — говорит мужчина. — Все в порядке.

Однако это не в порядке вещей. Ничего не в порядке. Мы находимся на горе, которой правят Боги-каннибалы, которым даже наплевать, что мы их дети.

Дети… родители…

— Деа? — Теос тянется ко мне, когда снова звучит звон.

Из-за угла доносятся отдаленные звуки открывающихся дверей и разговоров людей, шаркающих на выходе, вызванных этим проклятым шумом. Все это отвлекающий маневр.

Я вздрагиваю, когда Теос слегка касается моей руки, и он замирает, инстинктивно отступая назад. Я не могу заставить себя смягчить боль на его лице, когда я даже не могу нормально дышать.

— Что происходит? — Голос Мейрин пронзает мою панику.

Дети. Родители. Почему я все время возвращаюсь к этим словам?

— Кайра? — Мягкие шаги приближаются, когда Мейрин произносит мое имя.

Я не знаю, смогу ли я победить Трифона. Я не знаю, смогу ли я спасти Руэна, но я точно знаю одно — если я попытаюсь и потерплю неудачу… мы все умрем. Мы не можем позволить себе ни малейшего шанса на неудачу. Я не буду так рисковать Даркхейвенами — Руэном.

С моих губ срывается звук, нечто среднее между смехом и всхлипом. Я зажимаю рот рукой и смотрю в удивленные глаза четырех человек, уставившихся на меня. Мейрин. Найл. Каликс. Теос. Все они кажутся пораженными истерическим звуком, который я только что издала. Они не единственные.

Он сделает что угодно, причинит боль и убьет любого, чтобы сохранить тебе жизнь.

Слова Каликса возвращаются ко мне, всплывают в моей голове и кружат над ней, как трио стервятников над трупом на дороге. Что-то в них заставляет меня осознать, насколько мы все похожи. Руэн и Каликс убили бы за меня, и я не сомневаюсь, что если бы я задала этот вопрос Теосу, он сказал бы то же самое. Ради них я готова на все… Убить кого угодно.

Я поворачиваюсь и начинаю бежать, игнорируя крики позади меня мужскими и женскими голосами. — Кайра!

Дальше по коридору и за угол. Лестница. Большой зал. Чем ближе я подхожу к месту для собраний, тем гуще становится толпа людей. Я проскакиваю мимо них всех. За мной раздаются торопливые шаги. Я не останавливаюсь, чтобы посмотреть, Каликс это или Теос, или оба следуют за мной.

У нас у всех