Шоколадная вилла - Мария Николаи

– Это огненная змея, – кричали они и весело прыгали вокруг.

Пока одна девочка вдруг не закричала:

– Горит голова змеи! Ой!

– Голова змеи? – растерянно спросил Антон.

А Карл в это время смеялся и пел:

– Голова змеи пылает и волосы…

– Сарай горит!

Раздавшийся крик привел Карла и Антона в чувство. Они повернулись и увидели, что одна сторона сарая уже была охвачена ярким пламенем.

Довольно быстро появились первые помощники, среди них, очевидно, владелец сарая. Они лили воду и сыпали снег на стог сена, пытаясь как можно скорее остановить огонь.

Напрасно.

Огненная змея с треском пожирала свою жертву. Даже приехавшей вскоре пожарной бригаде не удалось потушить пожар. И когда пламя постепенно погасло, от сарая остались только обуглившиеся балки.

– Черт возьми! – ругался владелец сарая. – Кто это сделал?

– Да, кто разжег огонь? – поинтересовался один из пожарных.

Двое детей, со страхом и любопытством наблюдавших вместе с остальными за происходящим, вышли вперед. Карл и Антон глазам своим не поверили, когда узнали двоих младших ребят Бёппле. Только их и не хватало.

Младший Бёппле показал на Карла и Антона.

– Они что-то вылили и подожгли, – объяснил он с важным видом.

Одна из собравшихся девочек добавила:

– Да, а потом они танцевали и пели!

Ребята Бёппле злорадно смотрели, как пожарный схватил за уши Антона и Карла:

– Что вы себе думали? Во второй день Рождества просто взять и сжечь сарай? А что, если бы это был дом? С людьми внутри?

– Мы же не такие глупые, чтобы сжечь дом… – нагло сказал Карл и сразу же получил подзатыльник.

– Я же тебе говорил, что это опасно, – поучал его Антон.

– А почему ты тогда пошел со мной? – сердился Карл.

Антон показал ему язык.

– В снег и холод ничего не горит, не так ли? – упрямо твердил Карл.

– Такого идиотского ответа я еще не слышал! – проворчал владелец сарая.

– И все же, – спросил пожарный, не отпуская близнецов. – Что за жидкость вы разлили?

– Э-э… Это была водка, – сказал Антон.

– Ага. Водка. И где вы ее взяли?

– У… нашего… э-э… в кабинете… – вдруг, запинаясь, сказал Антон и вытаращил глаза.

Карл посмотрел в ту же сторону, что и брат, и точно так же испугался.

По улице шел их отец, а перед ним шагал старший из братьев Бёппле, на лице которого застыла коварная улыбка.

– Кто это? – спросил пожарный.

– Наш отец, – беззвучно ответил Антон.

– Настало время ему вами заняться, – сказал владелец сарая.

Карл и Антон потупили взгляд, когда отец, тяжело дыша, подошел к ним.

– Вот, господин Ротман, – самодовольно сказал старший из братьев Бёппле. – Я был прав! Близнецы подожгли сарай. Я могу получить свое вознаграждение?

Карл посмотрел на него снизу вверх, ему так хотелось бы кулаком сбить с его лица эту ухмылку. Он действительно побежал на виллу Ротмана, чтобы донести на них! Еще и потребовал за это деньги!

Вопреки ярости, Карл был все же несколько удивлен такой смекалке, однако это чувство сменилось глубокой ненавистью, когда Вильгельм Ротман оценил это предательство в одну марку.

У Антона уже лились по щекам слезы.

– Отец, пожалуйста, я говорил, что такое может произойти, но Карл не хотел слушать…

– Тихо. Вы, как всегда, устроили это вместе, значит, вместе и наказание получите, как всегда.

– Вам придется заплатить! – отозвался владелец сарая.

– Скажите, сколько я должен, – холодно ответил Ротман.

– Нам нужно еще записать ваши данные, – объяснил пожарный и записал адрес виллы Ротмана.

Наконец, Вильгельм Ротман схватил сыновей за воротники и повел по улице.

По пути домой они оба вопили, однако отец не давал обмануть себя. Не тратя время на то, чтобы раздеться, он повел их прямо в свой кабинет.

– Вы понимаете, что это последнее безобразие, которое вы устроили?!

Карл всхлипнул, Антон вытер слезы.

Вильгельм Ротман подошел к маленькому столу, открыл бутылку водки и налил стопку.

Близнецы в ужасе посмотрели друг на друга.

– Отец… – выкрикнул Антон, но Вильгельм Ротман уже выпил напиток, ожидая ощутить приятное жжение после полученного стресса. Его лицо замерло. Он понюхал бутылку. Затем посмотрел на мальчиков.

– Что здесь?

Ответа не последовало.

– Что здесь внутри? – прокричал он.

– Во… вода, – признался Антон.