Мой любимый Киборг - Анна Кривенко

Руэллианин хмурится, удивляясь моему неприятию, а потом спрашивает:

— Ты не веришь мне?

Мне не хочется его огорчать, да и побаиваюсь я его немного, но все же искренне отвечаю:

— Вы не понимаете… дело не во внешности… и хотя вы с Руэлем выглядите совершенно одинаково, я… полюбила его личность. И пусть он тысячу раз киборг, для меня он… живой! — последние слова я эмоционально выкрикиваю, но вдруг вспоминаю, что все уже далеко не так, и, осекшись, добавляю:

— Точнее, он был живой, а теперь… его нет…

От пронзающей привычной боли я закрываю на миг глаза, но Руэллианин неожиданно привлекает меня к себе и прижимает мою голову к своей груди.

— Это ты не понимаешь. В теле киборга все это время был я…

Я замираю на долгих пять секунд, а потом выпрыгиваю из его объятий.

— Что??? То есть… как???

— Да, ЛЮБИМАЯ! К сожалению, мне стерли память, и я помню мало, но… я вспомнил тебя! И вспомнил наши чувства!.. Исида! Это действительно я…

Он смотрит на меня с надеждой, и я узнаю этот взгляд. Это точно взгляд Руэля. МОЕГО РУЭЛЯ!!!

Ноги подгибаются, из глаз начинают литься слезы, а я у уже вешу на нем и захлебываюсь от рыдания, потому что… Руэль жив!!!

— Ты жив!!! — подвываю я и не могу остановиться. — Руэль! Ты жив!!! Я думала, что не переживу твою смерть! Руэль…

Он сжимает меня так крепко, что я с трудом дышу. Слышу лихорадочное биение его сердца и вдруг понимаю, что оно — живое! Не искусственное, а действительно НАСТОЯЩЕЕ сердце живого существа. Руэль — не машина!

От этого хочется и смеяться, и плакать одновременно. Кажется, сейчас я мечтаю только о том, чтобы наши объятия никогда не прекращались, потому что я больше не хочу его отпускать!

И вдруг я вспоминаю, что у него есть невеста…

Меня обдает холодом и дрожью, и я резко замолкаю. Руэль мгновенно догадывается о моих мыслях, и сам отодвигает меня от себя, заглядывая мне в лицо.

— Исида! Я никогда, слышишь, НИКОГДА не откажусь от тебя! Теперь, когда я вспомнил… свадьбы с Мией не будет!

Я смотрю на него с зарождающейся надеждой, и глубокое чувство облегчения начинает разливаться в груди. Улыбка Руэля — и его губы снова ласкают мои — как печать его обещания, только что прозвучавшего в воздухе…

Вспышка света вокруг, и тело Руэля неожиданно вздрагивает. Я чувствую его смятение и ощущаю, как он почему-то начинает медленно сползать на землю…

Расширившимися от изумления глазами смотрю, что его прекрасное лицо искажается гримасой боли, а вокруг нас полыхает множество ярких огней.

Руэль падает на колени, и я падаю вместе с ним, хватая его за руку и затравленно оглядываясь вокруг.

Мы окружены несколькими десятками людей в военной форме Ишира, и дула бластеров, подсвеченные яркими лучами прицелов, бьют нам в глаза.

Вперед выступает высокий плотный мужчина, одетый в китель генерала. Я сразу же узнаю его: это Родден Майнолис — главный генерал Ишира, первое лицо военного министерства. Его седые, заглаженные назад волосы и суровый прищур глаз знает каждая собака на Ишире, потому что он — легенда, наводящая страх.

— Наконец-то! — восклицает он вдруг и улыбается с таким кровожадным восторгом, что у меня по спине пробегает холодок ужаса.

Я поворачиваюсь к Руэлю и вижу, что он сейчас в муках. Вены на шее вздулись от напряжения, лицо покраснело.

— Что вы делаете??? — кричу я в ужасе. — Отпустите его! Это же Правитель зоннёнов!!!

— Вот именно! — как безумец, восклицает генерал, и я замечаю на его шее поблескивающий ярким фиолетовым свечением большой медальон с круглым камнем внутри. Почему-то я уверена, что это оружие, и именно из-за него Руэлю сейчас плохо. На меня находит гнев и решимость, и я подскакиваю на ноги, порываясь к генералу, чтобы сорвать медальон с него, но мгновенная реакция его сторожевых псов оставляет предупредительный ожог на моем плече.

Я вскрикиваю от боли, а Родден Майнолис сам подходит ко мне и грубым движением дергает меня за локоть больной руки, причиняя еще большую боль.

— Как жаль, что ты до сих пор такая дура, Идда! — шипит он мне в лицо, а мой разум стремительно погружается в видение многотысячелетней давности…

Еще один перерождающийся… Оружие зоннёнов

Исида. Древний Ишир, тринадцать тысяч лет назад

…Его звали Ринох аль Иман — страх и ужас Полуденного Королевства, знаменитый тахиб (правитель) кочевников, пришедших из Пустынной Стороны. Это был агрессивный кочевой народ, именуемый себя тахибинами — дословно, правителями мира. Они с легкостью завоевывали земли и королевства, и только Северное царство смогло дать им достойный отпор, да и то, больше благодаря плохой походе и холодным ветрам, чем действительно силе или вооружению.

Однако однажды на пути у кочевников встали зоннёны и их юный правитель Руэль. Поразив более половины их войск безумием и обратив всех остальных в длительное бегство, пришельцы (после спасения Ишира от «падающей звезды» прозванные богами) смогли нарушить слаженное и почти беспрепятственное наступление этой кочевнической саранчи на весь остальной мир.

Правитель Ринох аль Иман пострадал от руки Руэля одним из первых. Его взгляд обезумел, а тело, упавшее под ноги испуганной лошади, было изувечено ударами ее копыт.

Он никогда бы не смог выжить после всего этого, если бы вдруг через несколько дней после произошедшего в его палатке не появилась странная зловещая тень.

Тень говорила с ним и предложила сотрудничество. Обещала сделать его бессмертным, а взамен потребовала стереть память о зоннёнах с лица этой земли.

Так как Тень проникла в самую глубь больного разума Риноха и смогла говорить с ним, минуя его помрачение, то тахиб услышал ее и… согласился на все с превеликой радостью.

И тогда Тень явила свой истинный облик: это был двухметровый ящер с черной, как ночь, чешуей и длинным раздвоенным языком. Прямоходящий, разумный и безумно опасный. Настоящий дракон! Он стал родоначальником легенды о расе драконов, а испуганному, но всецело покорному Риноху он дал испить своей крови.

Ринох буквально воскрес из мертвых и стал в разы сильнее, чем прежде. Кровь ящера внутри него подарила ему долгожительство, мощную регенерацию и еще больше жажды убийства.

Своего покровителя — Лорда Мерфиоха — он почитал как бога. Однако последний вскоре улетел на свою родину, дав поручение уничтожать каждого иширца, кто захочет поклоняться зоннёнам.

Я