Фунт плоти - Софи Джексон

Ну и идиот же он!

– Очнись!

Кэт силой оторвала его руки, закрывавшие лицо, и переместила их себе на колени.

– Кэт, я… я не… – Он попытался дышать ртом. – Я не могу.

– Картер, все чудесно. Ты со мной, и это так здорово. Видел бы ты, в каком состоянии я отсюда уезжала. Сейчас все по-другому. – Большими пальцами она принялась растирать ему шею. – Скажи мне. Скажи, что тебе известно, как много ты значишь для меня.

Его легкие, сопротивлявшиеся притоку воздуха, содрогнулись.

– Я знаю. Знаю. Но я…

Кэт уткнулась лбом в его лоб:

– Картер, не надо никаких «но». Это все, о чем тебе надо сейчас думать.

«Не робей, – звучало между слов. – Расслабься».

После трех глубоких вдохов и выдохов ему удалось унять бешено стучащий пульс. Ее пальцы чертили кружочки на его коже. Картер сосредоточился на ее пальцах. Стало легче. Он немного выпрямился. Надо взять себя в руки. Нельзя, чтобы первой эмоцией, которую увидит ее бабушка, был его страх. Ни в коем случае.

Картер наклонился, прильнул к губам Кэт:

– Извини.

– Не надо извиняться. Тебе лучше?

– Только не бросай меня, – сказал он, утыкаясь глазами в пол машины.

– Кто же бросает свое счастье? – с жаром спросила Кэт, отсекая все прочие возражения. – А теперь вылезаем.

Картер не успел схватить ее за руку. Кэт вылезла из машины и танцующей походкой обогнула капот.

– Вылезаем… – пробормотал Картер, открывая вторую дверь. – Куда уж теперь?

Он засунул руки в карманы джинсов. Его знобило от холодного воздуха и внезапно навалившихся воспоминаний… Дом его матери, где он всегда был не вовремя и не к месту. Ее вечно раздраженное лицо, с каким она открывала дверь. Но тогда он был маленьким испуганным мальчишкой. Одиноким и никому не нужным. Сколько можно замирать от страхов прошлого?

Картер не успел рассердиться на себя. Входная дверь распахнулась, и оттуда, весело помахивая хвостом, выскочил черно-белый пес. Высунутый красный язык свидетельствал о намерении немедленно облизать приехавших.

* * *

– Регги! – завопила Кэт, присаживаясь на корточки.

Пес заскулил и затявкал от счастья.

Кэт почесала ему брюхо, вызвав новый всплеск собачьего восторга.

– Я по тебе тоже скучала, – сказала она.

– Кэт!

К ним спешила Нана Бу, одетая в теплую парку и рукавицы, как всегда подвижная и элегантная. За ней, тепло улыбаясь, следовал ее слуга Тревор.

– Нана, – выдохнула Кэт.

Она встала, чтобы через секунду оказаться в крепких бабушкиных объятиях.

– Ангел мой, – улыбалась бабушка, гладя ее по волосам. – Как я рада, что ты снова здесь.

– И я тоже.

Кэт чмокнула ее в щеку, затем повернулась к Картеру. Ссутулившись, тот переминался с ноги на ногу. «Боже, от кого он собрался защищаться?» – подумала Кэт. Она схватила его за руку, притянула к себе. Улыбнулась, пытаясь взглядом передать ему свою любовь. Пальцы Картера больно впились ей в руку, но Кэт была готова выдержать любую боль, только бы он успокоился и перестал чувствовать себя затравленным зверем.

– Нана, познакомься. – Кивком Кэт указала на Картера. – Это Картер. Он мой… Уэс.

Голова Картера с умопомрачительной скоростью повернулась к Кэт – как только шею себе не свернул? Его глаза были удивленно распахнуты, но едва заметная улыбка подсказывала, что Кэт выбрала правильные слова.

– Рада познакомиться с тобой, Картер.

Нана Бу протянула ему руку и ослепительно улыбнулась, отчего на ее лице ожили все морщинки.

Картер откашлялся.

– И я тоже рад наконец-то познакомиться с вами, – произнес он, когда их руки встретились.

Не ограничившись рукопожатием, Нана Бу обняла Картера за талию и прижалась к нему щекой.

Картер что-то бормотал, глядя на Кэт поверх шерстяной шапки Наны Бу. Кэт улыбалась.

– Мне не терпелось увидеть того, кто сумел покорить сердце моей Кэт, – прошептала Нана Бу. Шагнув назад, она провела пальцем у себя под глазами, которые подозрительно блестели. – Ну вот! – усмехнулась Нана Бу, глядя на мокрый палец. – Глупая сентиментальная старуха.

– И вовсе нет, – возразил Картер.

Нана Бу нежно потрепала его по щеке:

– Дорогой, я тебя таким и представляла. Просто красавец. Словесный портрет соответствует оригиналу. Кэт все точно подметила.

Картер снова оторопел. Недолго думая, Нана Бу взяла его под руку:

– Идемте в дом. Так и замерзнуть недолго. Кэт, отдай Тревору ключи. Он перенесет ваш багаж.

Второй рукой Картер сжал руку Кэт. Та, как могла, успокаивала его, гладя пальцы и запястье. Она вдруг поняла, что Картер так и не избавился от страхов детства. Он вырос, а они по-прежнему оставались чугунными гирями на его ногах.

Кэт захлестывала ненависть к родне Картера. Все они очень постарались, чтобы он вырос чуть ли не хрестоматийным образцом человека, которому вместо любви и заботы в детстве доставались одни пинки и тычки. Картер даже не сознает, что он вырос в потрясающего мужчину. Он продолжает ощущать себя ребенком, который везде и всюду недостаточно хорош. Как все это больно и трагично.

– Доехали без приключений? Моя «лошадка» вас не подвела? – спросила Нана Бу, успевшая закрыть дверь и снять шапку.

– Ничуть, – ответила Кэт, вставая рядом с Картером. – Представляешь, Картер ни разу не пожаловался на мои водительские способности.

Кэт улыбалась, чувствуя, что Картеру сейчас не до улыбок. Он нервно крутил на пальце завиток ее волос.

– Не удивлюсь, если теперь он станет поклонником «ягуара». – Глаза Наны Бу вспыхнули. – Ты любишь машины?

– В общем… да. Так… позабавиться, – пробормотал он.

– Картер и мотоциклы любит, – сообщила Кэт, не обращая внимания на его настороженный взгляд.

Нана Бу хлопнула в ладоши:

– Настоящий Стив Маккуин![6]У меня даже сердечко забилось.

Кэт тихонечко прыснула. После бабушкиных слов Картер в первый раз засмеялся.

– Насчет Стива не знаю, – пробормотал он. – Но мотоциклы я люблю.

– У меня в гараже стоит «триумф», – подмигнула ему Нана Бу. – Потом взглянешь. А сейчас, ребятишки, вам с дороги нужно выпить чего-нибудь горяченького.

Нана Бу поспешила в кухню. Картер восхищенно смотрел ей вслед.

– У нее действительно есть «триумф»? – с таким же восхищением спросил он.