Свадьба - Джулия Гарвуд

– Молчи, старая! – заорал он. – Или я пырну тебя мечом в брюхо! Это из-за похоти твоего сыночка Коннор явился сюда!

– Он не знает, что я привезла тело сына к тебе. Он думает, что я уехала на север.

– Тогда с чего он напал на меня?

– Из-за твоих налетов на границах Хью! Принимай бой.

– А какое теперь тебе дело, что будет? Твой драгоценный сынок мертв, – усмехнулся он. – А мертвые не могут стать лаэрдами Мак-Алистеров. Ты все потеряла.

В наружные двери уже ломились. От страшного грохота в зале стоял гул, от которого Мак-Нейра пробирала дрожь. Где-то поблизости разгорался пожар. Густой серый дым, потянувшийся из-под двери, клубился у самых ног.

– Помоги мне наполнить мешки! Поторапливайся! Они будут здесь с минуты на минуту!

Раздался оглушительный треск, и Мак-Нейр понял, что заграждения сломаны. Сейчас они явятся за ним. Он слышал топот ног по каменному полу, все ближе и ближе.

Его руки так тряслись, что он уронил последнюю сумку и взвыл от сожаления, когда золото рассыпалось по полу, а у него не осталось времени собирать. Он вынул меч и побежал к потайному ходу.

Юфимия бросилась ему наперерез.

– Не будь дураком! – кричала она. – Ни Алек, ни Коннор не знают, что Бухананы соединились с моим кланом. Через два дня они пересекут горный перевал и нападут на крепость Мак-Алистера. Ты можешь еще получить свою долю, если останешься и будешь драться. Убей Коннора ради меня, или я, клянусь, поведу его на тебя!

Четыре воина стояли за дверью, прислушиваясь к отчаянным воплям Юфимии. Алек слушал до тех пор, пока не прозвучало имя человека, называвшего себя его союзником. Оказывается, тот был в заговоре против него. Коннор добрался до двери, но Алек оттолкнул его и двинул ее плечом. От первого удара засов шевельнулся, а от второго – переломился пополам.

Он отошел, подождал, когда Коннор вынет из ножен отцовский меч с засохшей много лет назад кровью, и положил руку ему на плечо.

– Прояви к нему ровно столько сочувствия, сколько он и другие проявили к твоему отцу.

Куинлен и Криспин с мечами наготове, охраняя лаэрда, ворвались в зал. Алек будет прикрывать их с тыла, а воины займут все входы и выходы.

– Прочь с дороги! – прохрипел Мак-Нейр Юфимии. Она не сдвинулась с места.

Мак-Нейр все еще думал, что у него есть время бежать. Он отступил назад, поднял меч и всадил его прямо в живот Юфимии в тот момент, когда Коннор появился в зале.

Коннор не обратил никакого внимания на крик мачехи, от которого кровь стыла в жилах, и бесчувственно смотрел, как Мак-Нейр вынимал из нее меч, а потом оттолкнул ее в сторону.

Юфимия переломилась пополам и упала на пол.

Мак-Нейр не понял, что Коннор уже находится рядом. Ногой он еще раз оттолкнул Юфимию со своего пути, в панике отыскивая доску, скрывавшую потайной ход.

– Собираешься куда-то? – спросил Коннор. Мак-Нейр резко повернулся.

– Ты не имеешь права нападать на меня, Мак-Алистер. Абсолютно никакого права! Кинкейд еще услышит об этом.

– Да я здесь, дурень! – яростно завопил Алек. Мак-Нейр побелел, как будто увидел саму смерть, направляющуюся к нему.

– Я там не был! Я не имею отношения к смерти твоего отца, Мак-Алистер. Я был ребенком, как и ты. Да, ребенком!

– Тебе было тогда больше двадцати лет! – крикнул Алек в ответ. – И ты был там! И на тебе был плед Каернов! Ты, выродок! Дональд Мак-Алистер был моим другом. – Он подтолкнул Коннора в спину:

– Это зрелище мне отвратительно. Прикончи его.

– Я первым убью тебя! – стал бахвалиться Мак-Нейр. Он прыгнул вперед, пригнулся, нацелился мечом в Коннора и мог бы достать его, если бы тот не отвел его оружие мечом отца.

– Помоги мне, Коннор! – кричала Юфимия, извиваясь в агонии.

Коннор даже не взглянул в ее сторону.

Мак-Нейр подскочил и кинулся к потайному ходу.

Повернувшись, он услышал свист меча, рассекающего воздух, и отклонился вправо, но Коннор предугадал его маневр. Лезвие меча Дональда Мак-Алистера пронзило шею Мак-Нейра и воткнулось в стену. Мак-Нейр будто приподнялся от удара и оказался пригвожденным к двери потайного хода. Та открылась под тяжестью его тела и начала медленно раскачиваться.

Воцарившаяся в зале тишина нарушалась только скрипом двери и предсмертным булькающим хрипом Мак-Нейра.

– Сын, помоги мне, пожалуйста! – молила Юфимия. – Сжалься над своей матерью!

Никто из воинов не обращал на нее внимания. Криспин спросил Коннора, не хочет ли он взять оружие отца, но лаэрд покачал головой:

– Мой отец хотел, чтобы оно было здесь. Оставь его.

– Коннор! – простонала Юфимия. – Пожалуйста… Пожалуйста…

Не оборачиваясь, Коннор вышел из зала, и стоны мачехи постепенно стихли.