Дикая роза - Альберто Альварес

— Я не могу из-за его отсутствия подвергать риску дом Линаресов…

Леонела не одобрила действий Дульсины.

— Завтра доктор Кастильо упрячет Кандиду в сумасшедший дом. Но это — следствие твоего навета.

— Почему бы тебе не оповестить об этом Рикардо? — зло прищурилась Дульсина.

— Он-то уж наверняка решит, что я — твоя соучастница. Не думаю, что мы с ним уж так горячо влюблены друг в друга. Но я бы не хотела портить с ним отношения. Это все, что я могу тебе сказать.

И она ушла, холодно попрощавшись…

Утром, когда Кандида проснулась, она в ужасе ничего не могла понять. Только что вошедшая Дульсина стояла посреди комнаты и скорбно разглядывала страшный разгром.

— Боже! Кто это натворил? — тихо спросила Кандида.

— Ты, голубка моя, ты, — ответила ей сестра.

Во время обеденного перерыва, когда в зале не было покупателей, Роза со смехом показала Эулалии большого мохнатого игрушечного паука.

— Ох ты какой! Я даже испугалась. Зачем ты его сюда притащила? Мы такими не торговали.

— Америку хочу напугать, а то она все время надо мной насмехается.

— Сеньориты, меньше слов, больше дела. — Карлос был тут как тут.

..Америка занималась какой-то дамочкой уже полчаса, а та все еще ничего не купила. Теперь продавщица показывала ей дорогую электронную игрушку с панелью управления. Покупательница попалась туповатая и никак не могла понять, как работает игрушка.

Пока они разбирались со способом управления, Роза незаметно посадила игрушечного паука на плечо Америки.

Покупательница подняла глаза и, увидев паука, завопила от ужаса и упала в обморок. Америка, скосив глаза, тоже увидела паука и завизжала, требуя, чтобы его кто-нибудь снял.

Продавщицы давились от хохота. Разгневанный Карлос с трудом привел покупательницу в чувство, крича, что тот, кто виновен в этом происшествии, на три дня будет отстранен от работы с вычетом из заработной платы.

Роза, улыбаясь, показала ему паука:

— Это игрушка для сеньоры. Всего лишь игрушка.

Впервые за долгое время за обеденным столом в доме Линаресов появилась Кандида. Вид у нее был потрясенный и какой-то пришибленный.

— Ты давно не спускалась к столу, — улыбнулась ей Леонела.

— Вы слышали, что со мной приключилось сегодня ночью? — спросила Кандида, обращаясь к Леонеле и Рохелио. Дульсина опаздывала к обеду.

— Да, — сказал Рохелио. — Я был в твоей комнате.

— А меня ты знаешь: если я засну — пушкой не добудишься, — весело рассмеялась Леонела.

Кандида уставилась в одну точку.

— Что же теперь со мной будет? — спросила она. — Я совсем не помню, что я делала…

Вошедшая в столовую Дульсина услышала последние слова Кандиды и спокойно произнесла:

— Приедет доктор Кастильо и все решит. Он просто задаст тебе, Канди, несколько вопросов.

Дульсина села рядом с Рохелио.

— Ты считаешь визит доктора Кастильо необходимым? — спросил он.

Она пожала плечами.

— Должна же я принять меры предосторожности.

Телевизор показывал какой-то очередной боевик. Эдуар-до, развалившись на диване, одним глазом читал газету, другим поглядывал на экран. Все это началось не так давно, но успело уже порядком надоесть Ванессе.

Она взяла в руки сумку и зонтик. Только теперь Эдуардо обратил на нее внимание.

— Ты что, уходишь? Понимаю. Со мной тебе скучно.

— Я обещала помочь кое в чем Дульсине. Ты знаешь: она выходит замуж.

— Стало быть, ты идешь в дом Линаресов?

— Конечно. Где еще может жить Дульсина?

— И Рохелио, не так ли?

Ванесса посмотрела на него со снисходительной улыбкой:

— Тебе очень хочется обидеть меня. Но у тебя, к сожалению, плохо получается…

И впрямь первым человеком, которого Ванесса встретила, придя к Линаресам, почему-то опять оказался Рохелио. Она спросила его, давно ли он видел дикарку.

— Для меня она Роза, — ответил Рохелио.

— Прости меня. Это сила дурной привычки.

Он рассказал ей, что Роза отказалась от того, что ей причиталось по разводу, и теперь где-то служит, а где, он не знает.

— Меня это не удивляет, — сказала Ванесса. — Она всегда была дерзка и независима.

— Такой и осталась. Такие, как она, не меняются. В голосе Рохелио слышалось одобрение.

Служанке сеньора Анхеля Амалии казалось, что Малена, занесшая домой к хозяину кое-какие документы, была не столько озабочена выполнением служебного долга, сколько интересовалась, дома ли сын Анхеля Рауль и чем он занимается.

Но Рауля дома не было. Амалия рассказала Малене, что отец с сыном сильно повздорили вчера вечером и дон Анхель выгнал его. Дело в том, что из случайного телефонного звонка одной соученицы молодого сеньора Рауля выяснилось, что он обманул отца и не только не сдал экзамен, но даже не явился на него.

— Как это печально, Амалия, — вздохнула Малена.

— Что вы хотите: в доме нет женщины, — еще громче вздохнула та.

Малена лукаво на нее взглянула.

— Ну, женщина скоро появится: дон Анхель скорее всего приведет одну.

Малена ушла.

Амалия продолжала суетиться по хозяйству и вдруг услышала странный звук из-за двери комнаты, в которой находился хозяин: ей показалось, что кто-то хрипит. Она постучалась. Ей не ответили. Тогда, обеспокоенная, она открыла дверь и увидела, как дон Анхель медленно оседает, прислонившись к стене. При этом он пытался сорвать с себя галстук, но это ему не удавалось. Амалия с воплем и плачем кинулась к нему…

Через несколько минут санитары выносили на носилках тяжелое тело дона Анхеля. Он был без сознания.

Доктор Кастильо ласково держал Кандиду за руку.

— Так вы ничего не помните из того, что произошло вчера в вашей комнате?

Она отрицательно покачала головой. Дульсина сделала знак Хаиме и Леопольдине, ждавшим около дверей. Они подошли к Кандиде и под руки повели ее к выходу.

— Я не хочу в сумасшедший дом! — сдавленно проговорила Кандида.

Хаиме успокаивал ее:

— Не волнуйтесь, сеньорита, все будет хорошо.

— Не хочу! — упиралась она. — Я не сумасшедшая! Когда ее вели по лестнице, Ванесса и Рохелио тихо переговаривались, глядя вниз, в лестничный пролет.

— Дульсина все-таки добилась своего, — сказал Рохелио.