Призрачный рай - Mila Moon

автограф. Богачи любят прятаться за неприступными воротами и высокими изгородями в шикарных особняках, которые стоят баснословные суммы. Кого достала суета и хочется приватности, живут в Бель-Эйр: там ощущается атмосфера замкнутости и исключительности; в гламурном Беверли-Хиллз, заселенном в основном знаменитостями и звездами Голливуда. Но я люблю Пасифик-Палисейдс, где приобрел пентхаус в здание, откуда открывается невероятный вид на океан и горы.

Останавливаю автомобиль возле невысокого квартирного комплекса и печатаю ответ взбешенной Джи, которая уже несколько раз звонила и прислала сообщение, назвав меня «дурацким разрушителем». Затем ищу знакомый контакт и нажимаю кнопку вызова, слыша гудки.

— Да.

Кажется, Ливия нервничает, вызывая ностальгическую улыбку на лице.

— Мне доверили доставить вас до места назначения, мисс, — дурачусь, вытаскивая зубами сигарету из новенькой «Pall Mall», и зажимаю между губами, глубоко вдыхая.

— Или ты ловко обвел всех вокруг пальца, — насмехается девушка, и тон становится немного спокойнее.

— У Джинет и Сина изменились планы, — выдумываю ерунду, хотя знаю, что Ливия не поверит.

— Конечно, потому что есть ты, — дерзит девушка. Тихо смеюсь, постукивая нетерпеливо пальцами по рулю. Она по-прежнему любит язвить, говорить фразочки с подковыркой и выпускать иголки.

— Жду тебя внизу.

— Хорошо, сэр, — с иронией произносит девушка и отключается.

Через минут семь пассажирская дверь открывается, и на соседнее сиденье падает Ливия. Пробегаю оценивающим взглядом по ее фигуре, задерживаясь на оголенных немного загорелых ногах в джинсовых шортах, и слышу негодующий вздох.

— Мы едем?

— Отлично выглядишь, Ливия, — наклоняюсь, чтобы якобы закинуть сигареты в бардачок, но девушка быстро отстраняется, думая, что я снова буду «домогаться». Из груди вырывается смешок, и я завожу машину, поглядывая на ее порозовевшие щеки.

Ливия выглядит уже более сосредоточенной и собранной, нежели утром. Тогда по ее движениям, голосу, взглядам отчетливо виделось волнение, сейчас она менее дерганная и серьезная — передышка пошла на пользу. Включаю негромко музыку, и некоторое время мы едем в молчании, хотя в голове множество вопросов, которые вертятся на языке, но задавать их сейчас не хочется. Первой сдается Ливия и, откашлявшись, обеспокоенно говорит:

— Ты…

— Я не говорил о тебе, — поворачиваю немного голову, видя, что девушка держит в руках фотоаппарат, который я не сразу заметил. Сперва внимание было приковано к ее соблазнительной фигуре, а не к камере, висящей на шее.

— Оу, — тихо бормочет колючка, не отрывая взгляда от фотика.

— Я могу сказать, если хочешь.

— Что именно? Что я была твоей горничной?

Lamborghini тормозит на красном, и я кошусь в ее сторону, на сжатые пальцы и хмурое лицо.

— Я могу сказать, что мы знакомы, не вдаваясь в подробности.

— Не стоит, — тихо говорит Ливия, отрицательно качая головой.

— Значит, делаем дальше видимость, что мы не знаем друг друга? — задаю двусмысленный вопрос, намекая на то, что нас связывает не только уборка номеров, и ухмыляюсь.

— Это лучше, чем быть в глазах твоих друзей горничной, которой просто хотели залезть в трусы на спор! — твердо произносит Ливия, наконец, поднимая сердитый взгляд. Хмыкаю и нажимаю на газ, набирая скорость. Она до сих пор помнит этот дебильный спор. Все-таки слабый пол придает значение незначительным вещам, о которых парни со временем могут забыть. Обижаются на мелочи, любят преувеличивать и выдумывать какую-то несуществующую хрень. Знала бы Ливия, сколько девушек нас окружает каждый день, имена и лица которых очень быстро забываются. Краткосрочные связи рассчитаны только на то, чтобы расслабиться и утолить физические потребности. Никто не забивает голову ненужным «мусором», его быстро выкидывают.

— Ты помнишь только это, Ливия? — прищуриваюсь, кидая на нее пытливый взгляд, но колючка молчит, и остаток пути мы проводим в напряженной атмосфере.

Паркую машину возле дома Эванса, где они живут с Джи, и отвечаю на входящий, шагая к пляжу. Солнце почти скрылось за горизонтом, волны тихо разбивались о нагретый за день белый песок, а недалеко звучал знакомый мотивчик, доносился запах жареного мяса и голоса друзей. Я обернулся, глядя на молчаливую и ушедшую в себя девушку.

— Лив, — негромко окликнул ее, разворачиваясь спиной. Ливия настороженно посмотрела, и на лице засияла широкая улыбка. — Не парься, ладно? Расслабься и наслаждайся вечером.

Колючка удивилась, но тихо пробормотала:

— Ладно.

Я хмыкнул и засунул руки в карманы. Как только мы подошли к ребятам, Джинет сразу же увлекла Ливию за собой, метая в мою сторону искорки недовольства, но я лишь состроил глумливую рожицу. Мы иногда подпевали, доносящимся из колонки хитам The Rolling Stones, Metallica, AC/DC, Aerosmith. Несколько тостов в честь знакомства и работу Джинет над биографией группы, веселый смех и щелчки фотоаппарата, который Ливия держала в руках и не выпускала. Иногда наши взгляды пересекались, задерживались на доли секунд, но она сразу же отводила неловко глаза, продолжая болтать с Джинет и Эмили, что-то возбужденно рассказывая. Я не вникал в суть, но, кажется, они расспрашивали колючку о работе фотографа. Когда Ливия о ней говорила, шоколадные глаза искрились радостью и счастьем: она занималась тем, что приносило удовольствие. Я уже забыл, когда чувствовал себя легко и непринужденно. Такие дни в нашей жизни — редкость, можно не переживать, что тебя «пасут» папарацци и затем сольют фотки «желтухе», или не поджидают ненормальные фанатки. В такие особенные моменты понимаешь, что все так, как должно быть, на своих местах: придурки-друзья и девушка, взглянув на которую, становится тепло в груди.

Син подпевал Стивену Тайлеру (лидер группы Aerosmith) знаменитую «Crazy», кружа смеющуюся Джинет.

— Я схожу с ума, детка, я схожу с ума. Ты меня заводишь, а затем — тебя и след простыл… Да, ты сводишь меня с ума. Я схожу с ума по тебе, детка! Что мне сделать, любимая, мне так стрёмно!

Колючка не упускала возможности фотографировать, и я внимательно смотрел, как она работает, полностью увлеченная съемкой и влюбленной парочкой. Девушка с улыбкой наблюдала за ними, но взгляд медленно сместился в мою сторону. Я показал большой палец, и Ливия, смутившись, кивнула головой.

Через пару минут Син тащил визжащую и брыкающую Браун в океан, за ними сразу же стремглав неслись выпившие Шем, Райт и Эмили, плюхаясь с разбега в пенящуюся воду. Драммер вынырнул и помахал шортами над волнами с дикими возгласами «Юху-у-у!». Я покрутил пальцем у виска и пробурчал «Во дебилы».

— Эй, вы чего там скучаете? Вода просто шикардос! — кричали друзья. Майка полетела на песок, а взгляд замер на обхватившей свои коленки Ливии.

— Тебе надо особое приглашение? — я сделал жест рукой, немного наклоняясь, но колючка мотнула головой.

— Я потом… не хочу…

— Такой ответ не принимается, ты же знаешь, — ухмыльнулся