Мой грешный маркиз - Гэлен Фоули

— Сатану.

— Вот именно. Он их истинный бог, — проговорил Макс. — Конечно, они не объявляют об этом открыто. Они предпочитают лицемерно заявлять, что действуют во благо человечества. И если человечеству придется «истинное просвещение» вбивать в голову силой, да будет так. Но сначала давай закончим рассказ о крестоносцах и их искушении в пустыне.

— Да, так что случилось с ними?

— К тому времени, как песчаная буря стихла, мнения рыцарей о свитках разделились. Половина из них считала свитки порочными, проклятыми, составленными дьяволом. Не забывай, эти люди жили в средние века. Они хотели сжечь свитки, отправить их в ад.

Но у второй группы появилась совершенно другая идея. Они посчитали древнюю магию, возможно, опасной, но все же полезной информацией. Эти люди хотели принести свитки королю Ричарду и использовать черную магию в качестве секретного оружия, которое поможет им победить Саладина и его свирепую армию. Крестовый поход развивался крайне неудачно, и для достижения великой цели — освобождения Иерусалима, — по их мнению, годились любые средства.

— Опасное заблуждение, — пробормотала Дафна.

— Безусловно. Между рыцарями вспыхнула ссора, и очень скоро дело дошло до открытого насилия. Один из рыцарей был убит. Увидев, что убили своего, рыцари, выступавшие за использование черной магии, сбежали, прихватив с собой часть свитков. Они знали, что не могут вернуться к королю Ричарду после убийства одного из товарищей, ибо гнев его будет ужасен.

Макс сделал паузу, собираясь с мыслями.

— По крайней мере преступники унесли с собой не все свитки. В суматохе рыцари, оставшиеся верными королю, часть их сохранили у себя. Но свитки уже начали свое черное дело, обратив рыцаря против рыцаря, друга против друга.

Насколько нам известно, остальные свитки в конце концов попали к придворному астрологу короля, которому и предстояло решить, стоит ли использовать против Саладина черную магию. Согласно легенде, король-воин не решился на сотрудничество с темными силами. По крайней мере, — медленно добавил Макс, — вначале. Но когда Третий крестовый поход провалился и Ричард Львиное Сердце опустошил британскую казну, говорят, он все же позволил придворному астрологу прибегнуть к черной магии.

Утверждают, что использование свитков привело не к победам Четвертого крестового похода, а к тому, что вся кампания стала безобразно кровавой. В ней было много битв и осад, ставших сущими мясорубками, массовыми убийствами, даже по средневековым меркам. Реальна черная магия или нет — неизвестно, но зло, распространяемое этими свитками, очевидно.

Дафна взирала на мужа в благоговейном страхе.

— Со временем крестоносцы, использовавшие эти древние письмена, вернулись в Европу и привезли новый культ с собой — как бациллы чумы. Им было, в общем, все равно, как сильно они изменились, в сущности, став другими людьми. Они думали лишь об одном — как использовать свою новую веру для достижения господства.

Разумеется, церковь весьма быстро объявила их верования ересью, поэтому им пришлось проводить свои ритуалы втайне. Именно тогда был создан Орден святого Михаила — чтоб искоренить ересь.

Получив благословение папы, король Ричард создал Орден, чтобы охотиться за служителями этого культа, уничтожить свитки и положить конец злу. Мой предок — первый барон Ротерстоун, а также предки Уоррингтона и Фоконриджа дали клятву, что в этой битве будут участвовать не только они, но и их потомки.

К сожалению, наши враги оказались ничуть не менее упорными, чем мы. Став служителями зла, они никогда не прекращали стремиться к своей цели.

— Какова именно их цель? — спросила Дафна.

— Первоначально прометеанцы утверждали, что, после того как они видели кровопролитие на Святой Земле и по всей средневековой Европе, их главное желание — использовать оккультные секреты, указанные в свитках, чтобы положить конец всем будущим войнам, создав на земле одно большое королевство. Себя они представляли благодетелями, хотя в действительности были воплощением зла. Годами они заявляли, что хотят создать царство небесное на земле — не больше и не меньше.

— Но ведь Иисус сказал, что царство небесное уже близко, — пробормотала Дафна, — и оно не имеет ничего общего с мировым господством.

— Совершенно верно. Это была ложь. И кстати, довольно скоро и сами прометеанцы перестали притворяться. Их целью была только власть, так продолжается и по сей день.

Он опустил голову.

— Все, что я тебе рассказывал о своей жизни, путешествиях по Европе, иностранных инвестициях, коллекционировании произведений искусства — по сути, правда. Но это то, что лежит на поверхности. Настоящая причина моих поездок, главное мое предназначение, во всяком случае, до того, как я встретил тебя, заключалось в исполнении перешедшего ко мне по наследству долга — не допускать прометеанцев к власти.

В последние годы они стали сильнее. Некоторые члены их клики достигли высокого положения при Наполеоне, да и при других европейских дворах. Учитывая гений Наполеона и размеры созданной им империи, они считали, что наконец смогут осуществить свою заветную мечту о едином правительстве, которое будет править всей землей. И они были очень близки к этому.

— Господи…

— Ты меня спрашивала, участвовал ли я в битве при Ватерлоо, — продолжил Макс. — Правда такова: я получил сообщение от Джордана, что прометеанцы подослали убийцу к герцогу Веллингтону. Они сумели внедрить шпиона в его ближайшее окружение — в штаб. Заранее было условлено, что если у Наполеона при Ватерлоо дела пойдут не так хорошо, как им хотелось бы, Веллингтона следует застрелить. Это должно было ввергнуть союзников в хаос, чтобы дать Наполеону время перегруппироваться.

Моя миссия заключалась в обнаружении и уничтожении вражеского агента, внедренного в штаб Веллингтона, и для ее исполнения я отправился на Ватерлоо.

— Ты убил возможного убийцу? — прошептала Дафна.

— Да, — спокойно ответствовал Макс. — Личина богатого бездельника — меня за глаза называли Великим Путешественником — позволяла мне быть вне подозрений и у врагов, и у всех остальных. Я свободно путешествовал в самых разных направлениях. Только здесь такие же, как я, агенты, мои братья, знали, кто я на самом деле. И мне очень важно, Дафна, чтобы ты тоже это знала.

— О, Макс. — Она встала, подошла к мужу и крепко его обняла.

Он прижал жену к груди.

— Милая моя. — Закрыв глаза, он поцеловал ее в лоб. — Видит Бог, после Ватерлоо я был уверен, что все кончилось и мы остановили их еще лет на пятьдесят. Если бы у меня была хотя бы тень сомнения, поверь, я никогда даже думать не стал бы о женитьбе. Ни за что на свете я не подверг бы тебя опасности. Но сейчас, когда все опять началось, я считаю, что для тебя будет безопаснее знать, что за угроза нависла над всеми нами. Я научу тебя. — Он слегка отстранился и посмотрел в глаза жены. — Я обязательно научу тебя, как спастись, даже если меня нет рядом. О, я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.