Соучастники в любви - Луна Лу

От голодной смерти нас спасло жалобное урчание моего желудка, потому что наш дикий хохот тут же убил всю романтику. Мы уселись на кровати, поместив между нами коробку с уже давно остывшей пиццей, будто понимая, что если будем слишком близко друг другу, то снова забудем о еде.

Глядя на то, как жадно Нейтан поглощает кусок за куском, я вновь невольно завожусь, когда в памяти всплывают свежие воспоминания о том, что этот парень делал своим ртом совсем недавно. А пальцы, сжимающие кусок пиццы сейчас, а всего час назад ласкающие меня там… Ох, мне повезло, что крышка коробки от пиццы прикрывает его интимное место, иначе я точно не смогла бы сейчас есть. Но Дивера, кажется, ничто не смущает. В этом парне нет ни капли стеснения. Сама же я завернулась в простыню, поскольку чувствую себя странно, будучи абсолютно обнаженной не во время интима…

– Самая вкусная пепперони в моей жизни, – почти невнятно бормочет Нейтан, доедая очередной кусок.

– Вся фишка – в двойной порции сыра, – говорю я.

Зная, что Дивер любит сыр, я заказала именно такую пиццу. Губы невольно вытягиваются в довольную улыбку. Я знаю его предпочтения и привычки. Я знаю его. И я люблю его.

Встречаюсь взглядом с Нейтаном, и мне вновь кажется, что этот парень видит меня насквозь. Теперь я надеюсь, что так и есть. Надеюсь, он чувствует то, что я не нахожу в себе сил высказать. Надеюсь, он чувствует это в каждом моем прикосновении и взгляде.

Я схожу с ума по нему. Буквально. Не только головой тронулась, но и телом. Я перестала ощущать какие-либо потребности, помимо одной. Кажется, мне нужно лишь одно, чтобы выжить. Не еда, не сон и не безопасность. А Нейтан. Его присутствие, прикосновения, запах, голос – все это с недавних пор легло в основу моей персональной пирамиды Маслоу.

Протяжно выдохнув, Дивер откидывается спиной на кровать. Поглаживая рельефный живот, он блаженно прикрыл веки, а его лицо выражает непривычное спокойствие.

– Сейчас передохну и продолжим.

Я не сдерживаю смешок, едва не подавившись последним кусочком пиццы.

– Нейт, думаю, нам стоит поспать перед дорогой.

– Даже не мечтай. Я не дам тебе уснуть этой ночью.

Глупо улыбнувшись, я ложусь на смятые простыни. Опустевшая коробка пиццы заставляет нас держаться на расстоянии друг от друга, но, повернув голову, я могу любоваться точеным профилем Нейтана.

– Когда я сказал, что ты нужна мне, – низким полушепотом начинает он, – то имел в виду не только секс.

Дивер поворачивается ко мне, и я вижу глубокую искренность в его взгляде. Сердце трепещет в груди, когда я вновь слышу любимый голос, еще тише:

– Я подсел на тебя. Не как на наркотик. Нет. Ты не губишь меня. Наоборот. Ты – лекарство. Я будто морально неизлечимо болен, но каким-то образом ты притупляешь боль, делаешь ее не такой острой. Поддерживаешь во мне жизнь.

– Нейт…

– Я бы сдох без тебя, – пугающе твердо произносит Дивер.

– Не говори так.

– Серьезно. Это так странно… – он тяжело выдыхает, – я убивал людей, но себя убить оказалось сложнее. Я пытался.

Поняв, что он серьезен, я с трудом сдерживаю слезы, а он продолжает:

– В ту же самую ночь, когда я возвращался в Хеджесвилль. Я был бухой за рулем. Гнал, как в последний раз, плевал на скорость, выезжал на встречку. Надеялся, что все произойдет само.

С каждым его словом, произнесенным почти шепотом, мое сердце остро сжимается.

– Почему? – спрашиваю я.

– Я потерял все, Бель. Свободу, друзей, бизнес, пришлось оставить семью и оборвать с ними все контакты. Мне незачем было жить, – он говорит спокойно, но в его глазах столько боли и разочарования, что мои невольно начинают слезиться.

Мягко поглаживаю лицо Нейтана, словно это чем-то поможет. Непрошеные слезы падают на белую простынь, а грудь сдавливают всхлипы.

– Вот же я кретин, для тебя это больная тема, а я так просто об этом говорю. – Стряхнув мою ладонь с щеки, он досадливо отворачивается, уставившись в потолок.

И он прав. После произошедшего с Элайзой слова Нейтана о том, что еще один любимый человек хотел покончить с собой, разрывают мне сердце.

– Никогда больше об этом не думай. Не смей, – требую я, превозмогая ком в горле.

– После той ночи я и не думал. Когда ты плакала у меня на плече, ты была так открыта, и во мне что-то щелкнуло. Не знаю почему. Обычно я все разрушаю, но в тот момент мне вдруг захотелось все исправить.

– Думаешь, у нас получится? – Поймав его озадаченный взгляд, я тихо уточняю: – У нас получится исправить друг друга?

– Не знаю, Бель, возможно… – Он растерянно вздыхает, прикрывая веки. – Но что-то ты со мной уже сделала. И я точно знаю, что сделаю все для твоей защиты.

– Но кто защитит тебя, Нейтан? – вырывается у меня.

На его лбу проступает морщинка, и он начинает покусывать свои распухшие губы. Несмотря на хмурую мину, Дивер смотрит на меня полным нежности взглядом, а потом, столкнув с кровати картонную коробку, стоявшую между нами, притягивает меня к себе.

– Не забивай этим голову, хорошо?

Вновь оказавшись в его сильных руках, я начинаю верить, что все будет в порядке. Обнимаю его крепче, и вдруг слышу над ухом его сдавленный стон и понимаю, что сделала ему больно. Вот же я идиотка!

– Ох, прости…

Но боль не останавливает Дивера, и он снова приближает меня к себе.

– Думаю, это лишнее, – с ухмылкой шепчет он, стаскивая с меня белоснежную простыню.

Осторожные, неглубокие поцелуи покрывают каждый дюйм моего рта, от одного уголка к другому, пока я растворяюсь в ласках его рук, нежно сжимающих меня в объятиях.

– М-м-м… твои губы на вкус как пицца, – чуть отстранившись, улыбается он.

– А я уже понадеялась, что ты все-таки умеешь делать комплименты… – вздыхаю я, усмехнувшись.

– Зачем нужны все эти слова, если мой язык способен на большее? – бархатистый голос у моего уха только сильнее распаляет неутихающий пожар внизу живота.

Быстро оттолкнув Нейтана, я оказываюсь сверху. Он пытается привстать, потянувшись к моим губам, но я опускаю руку ему на плечо, заставляя лечь обратно. Его потемневшие глаза восхищенно распахнуты, глядя на меня снизу-вверх, а сильные пальцы сдавливают бедра.

Какой-то секундный порыв любопытства вперемешку с возбуждением подталкивает меня повернуться в сторону зеркала, в котором совсем недавно Дивер заставил меня наблюдать нас. Возможно, он был прав. С ним я другая. Сейчас на меня в зеркале смотрит совсем иная девушка. Не