Белиал. Проклятая душа - Юлия Диппель

– Рано радуешься, – произнес голос позади меня, подходящий к неприличному варианту моего десерта и соблазнительно струящийся по моему сознанию. – Я найду для тебя достойное задание.

Любой другой на месте Грим наверняка бы испугался, однако германка просто фыркнула на своего мастера, как тяжеловозная лошадь.

– Да кто в это поверит. В последнее время ты не можешь найти даже выход из собственной постели.

– Это жалоба? – с опасной вежливостью осведомился Бел. Я почувствовала, как его рука погладила меня по спине, прежде чем лечь мне на талию. Такой простой жест, и тем не менее мне казалось, будто я вернулась домой, расцвела, выдохнула. Это и вкус шоколада во рту – непревзойденное сочетание.

– Нет, вовсе нет, – от чистого сердца заверила его Грим. – Пока у вас период спаривания, я могу заниматься своими делами. Но скажи мне, раз уж я в виде исключения встретила тебя одетым и способным разговаривать… – Она сунула Белу под нос том сказок. – Мне действительно не помешала бы небольшая помощь вот с этим. Есть идеи, с кем мне нужно связаться, чтобы внести некоторые изменения?

К моему большому удивлению, Бел отреагировал без раздражения и пренебрежения. У него на лице отразилось поразительное желание помочь. Даже чересчур, что бы за этим ни скрывалось.

– К сожалению, нет, – вздохнул он. – Но я на сто процентов уверен, что знаю правильное контактное лицо для решения твоей проблемы. – Он кивнул в сторону бара, где Весса начала танцевать стриптиз под одобрительные возгласы поклонников. – Моя сестра в любом случае должна мне услугу за приглашение на свадьбу. Можешь потребовать ее от моего имени. С наилучшими пожеланиями от меня.

Грим загорелась энтузиазмом. Воодушевленно поблагодарив его, она умчалась, а Бел с озорной ухмылкой смотрел ей вслед. Вот маленький негодяй. При других обстоятельствах я бы тут же отчитала этого прохвоста, но мое сочувствие к Вессе имело свои пределы. Потому что к этому времени я уже знала, как часто та подставляла своего брата. Так что она вполне заслужила неразрешимую проблемку с крайне решительно настроенной Грим.

Впрочем, мое злорадство продлилось недолго, так как между тем я сообразила, что у меня назрела собственная проблемка, грозящая разрастись до крупных размеров. Уход Грим привел к тому, что я оказалась между двумя демонами и одним незакрытым счетом.

Ох, и именно в этот момент вазочка с муссом опустела.

Элиас отреагировал на новую шалость Бела неодобрительным покачиванием головой, что от последнего, конечно, не укрылось.

– Если у тебя ко мне какие-то претензии, то высказывай, – заявил он командиру тоном, обещающим неприятности.

Элиас закатил глаза.

– Я бы написал тебе список, но лучше потрачу свое время на что-то стоящее.

– Да, об этом я уже слышал.

Насмешка Бела прозвучала ехидно и содержала едва завуалированный упрек. Два демона встретились взглядами.

– Кажется, это скорее у тебя ко мне какие-то претензии, – бесстрастно произнес Элиас.

Бел сделал глубокий вдох.

«Я люблю тебя, а не его! – поспешно напомнила ему я. – Так что никакой войны!»

После этого он закрыл рот и недовольно поморщился. Прошло несколько очень напряженных секунд, прежде чем из его горла вырвался разочарованный рык.

– К счастью для тебя, я сейчас не в настроении с тобой разбираться, – проворчал он. – Можешь сказать спасибо Кассии.

Элиас приподнял брови. В полном недоумении он переводил взгляд с Бела на меня и обратно.

– Очевидно, знамения и чудеса еще случаются.

– Очевидно, – кисло прорычал Бел.

– Рад слышать… – Командир с ухмылкой отвесил поклон и удалился. Однако на прощание его голос еще раз зазвучал у меня в голове: «Мое предложение в силе, когда бы я тебе ни понадобился».

Я подавила стон. Не очень-то это помогло! Элиас прекрасно знал, что Бел это услышит. Наверняка всего через секунду он…

Бел ничего не делал. Он не зашвырнул Элиаса в бассейн к плавающим фонарикам, не ругался и ничего не спрашивал. Вместо этого он протянул руку сбоку от меня и взял последний шоколадный мусс.

– Расслабься, Кассия, – спокойно сказал он. – Даже знать не хочу, о чем речь. Я тебе доверяю.

Вау. Вот теперь я потеряла дар речи. И в то же время старалась не слишком тоскливо смотреть на его шоколадную добычу.

– Я и так догадываюсь, что его предложение включает в себя возможность забрать тебя отсюда, если рано или поздно ты от меня устанешь. Вот почему, – он небрежно забрал у меня пустую вазочку, чтобы заменить ее полной, – я явно должен приложить усилия, чтобы ты всегда была счастлива.

Широко раскрыв глаза, я переводила взгляд с Бела на шоколадный мусс и обратно. О боже, как же я любила этого парня. И это ставило меня перед огромной дилеммой, потому что я не знала, то ли мне сначала поцеловать его, а потом есть, то ли сначала поесть, а потом его поцеловать.

Бел принял решение за меня, когда быстро меня поцеловал, а потом стащил ложку мусса, который тут же исчез у него во рту.

– Эй! – возмутилась я и отобрала у него ложку. – Что это за поцелуй?! Я до сих пор помню, как меня зовут, у меня не подгибаются колени, и ничего не пылает, так что хоть еду мне оставь.

Бел уже собирался мне ответить, и тут между нами втиснулась доверху наполненная тарелка. Над ней появилось лицо Райана, на котором читалась отеческая забота.

– Если у вас проблемы, я к вашим услугам.

Потом удалился, но перед этим многозначительно кивнул, ткнув в себя большим пальцем и еще раз одними губами повторив:

– К вашим услугам…

Бел смотрел ему вслед так же ошарашенно, как я себя чувствовала.

– Лучше не спрашивать? – поинтересовалась я.

– Лучше не спрашивать, – согласился он.

И вдруг, ни с того ни с сего, схватил меня, развернул за плечи и начал подталкивать вперед.

– Что ты делаешь? – воскликнула я, развеселившись от его внезапной решительности.

– Увожу тебя от тарелок, стаканов, еды, ранимых душ и всего остального, что может пострадать, когда я зацелую тебя до безумия, – деловито проинформировал меня он. – Так что ешь быстрее!

Не прекращая смеяться, я попыталась выполнить его приказ, что оказалось не очень-то легко, поскольку Бел толкал меня перед собой сквозь толпу, как тележку в супермаркете… Мимо озадаченных гостей, которые наверняка не могли понять, почему я не только терплю подобное обращение, но в то же время радостно и быстро доедаю десерт.

Воодушевленный Бел направлялся к огромному шезлонгу под навесом на южной стороне своей террасы. Там было спокойнее. Только две охотницы стояли за высоким столиком и оживленно что-то обсуждали, но Бел не обращал на них внимания. Должно быть, догадывался, что они ретируются,