Твои условия - Лина Мур

— Да пошёл ты, — шипит Дрон.

— С радостью. Я уже был там пару часов назад. Но сейчас не время, — Лонни смотрит в темноту, а затем поворачивается к нам с улыбкой на лице. — Что ж, думаю, вы очень хотите увидеть того, кто устроил для вас вечеринку. Ах да, это моя любовь. И уж точно никому из вас я не позволю к нему подойти. Знакомьтесь.

Лонни делает взмах рукой, подзывая кого-то в темноте, и снова раздаются те же шаги, которые имеют стальные яйца. На свету сначала показываются идеальные чёрные брюки и чёрная водолазка, а потом мужчина средних лет. Я не знаю, кто это такой. Его светлые волосы словно выгорели на солнце, тёмный загар ровно лёг на гладкой коже. Голубые или серые глаза обладают властью и пробирают до костей. Этот взгляд… иногда так смотрел Михаил.

— Грег, — выдыхает отец.

Что? Я в ужасе распахиваю глаза и бросаю взгляд на папу.

— Доминик, друг мой, выглядишь жалко, — усмехнувшись, мужчина, который должен быть мёртв, мягко ступая, подходит ближе к клетке папы. По виску отца стекает пот, а кожа даже побелела от шока.

— Но… но… как? Ты же был… боже, Грег, — никто ещё не заставлял моего отца заикаться, но вот он стоит перед нами. Не может быть! Просто, блять, невозможно! Ещё этого мудака нам не хватало.

— Да, вот так. Страшно стало, Дом? — широко улыбаясь, отчего в уголках глаз появляются морщины, Грег изучающе рассматривает отца.

И да, мой папа круче. Он выглядит младше этого ублюдка.

Сглотнув, папа поджимает губы.

— Лонни, мой малыш, — Грег протягивает руку, и Лонни вкладывает в неё в свою. — Он всегда был очень исполнительным. Это меня в нём и привлекало. Ему было больно и страшно, когда он стоял голым перед моими заказчиками, но он делал всё, что бы я ему ни приказал. Он идеальный раб, но только мой.

— Ах, вот в чём было дело. Пап, тебе нужно было взять плётку и кляп, тогда бы этот мудак ползал у тебя в ногах, — фыркаю я.

Грег переводит свой мерзкий взгляд на меня.

— Раэлия Лопес. Тебе так идёт сидеть за решёткой. Уже в третий раз, только вот от меня не сбежишь, — произносит он, и от его голоса у меня бегут снова ледяные мурашки.

— Посмотрим, — бубню я. — Думаешь, я тебя боюсь, Грег? Нет. Я тебя презираю и ненавижу за то, что ты сделал с Михаилом. Поэтому засунь свои угрозы себе в задницу, ты же так любишь задницы. Так поимей себя, мудак.

Лонни дёргается в мою сторону, но Грег останавливает его одним взглядом, а затем ещё шире улыбается.

— А когда-то ты забивалась в угол, дрожала от страха и умоляла, чтобы тебя отпустили и позвонили папочке. Я поражён, Раэлия. И конечно, я понимаю, почему мой Михаил обратил на тебя своё внимание. Ты сука, устраиваешь истерики, держишь его в тонусе. Но это я ему привил желание постоянно получать дозу адреналина. И моё умение создавать интриги против тебя просто смешны. Я вернул тебя на твоё законное место. На место животного. На место моего питомца. К сожалению, в прошлый раз я так и не успел оставить на тебе свою метку, но в этот раз у меня полно времени.

У меня стягиваются внутренности от его слов. Какого чёрта?

— Это ты ей помогал, — говорит папа.

— Боже, ты только догадался? — смеётся Грег. — Ну, конечно, это я помогал твоей жене. Она хотела тебя уничтожить и знала, что я жив. Но она даже не дала мне выбора, как её убить. Хотя она сделала больше, — Грег снова смотрит на меня, — сломала тебя, Раэлия. И вот тогда я понял, что добраться до Доминика и разрушить его полностью, а также причинить ему невыносимую боль, можно только через его детей. А вот тебя я нянчил, — Грег смотрит на брата.

— Фу, как вернусь домой, помоюсь. Фу, ко мне прикасался ещё один насильник и педофил. Гадость какая, — с омерзением кривится Роко.

— А ты не насильник, Роко? Сколько всего выдержал из-за тебя вот этот парень? — Грег отходит от моей клетки и приближается к клетке Дрона. — Сколько раз ты его бросал, физически ломал, эмоционально? Ты такой же калека, как и твой отец, Роко. Ты только причиняешь боль людям, которые тебя искренне любят.

Грег немного наклоняет голову, подзывая Лонни.

— Я, по крайней мере, не насиловал детей, как ты, не убивал и не отправлял их в качестве рабов, — шипит Роко.

Лонни открывает клетку Дрона.

— Отвали от него! — орёт Роко.

Я напряжённо наблюдаю, как Грег входит к Дрону и останавливается напротив него. Дрон уверенно вскидывает голову.

— Ты такой хорошенький, — улыбается Грег.

— Отойди на хрен от моего мужа! — Роко пытается встать, но его придавливает обратно железо, которого на нём куда больше, чем на мне.

— Я оставлю тебя себе. Люблю быть в окружении красивых мальчиков. Тем более, ты знаешь Михаила и Лонни, тебе будет проще адаптироваться у меня. Тебе пойдёт ошейник.

— Лучше сдохну, — цедит сквозь зубы Дрон.

— Я убью тебя, если ты коснёшься его, — шипит Роко.

Но Грег даже не обращает на него внимания.

— Это я решу, но никак не ты. Жаль, что это личико испортили, но ничего, твой рот ещё пригоден. Я видел, на что ты способен. Ты порнозвезда, Андрей.

— Дрон. Моё имя Дрон, я не русский.

— Ты будешь тем, кем я захочу. Теперь ты Андрей, — Грег выходит из его клетки и глубоко вздыхает.

— Остальные мне не нужны. Ну, конечно, не считая, моего самого любимого мальчика, — Грег останавливает свой взгляд на Михаиле. — Моя любовь вернулась. Но я очень обижен на него. Ему придётся вымолить у меня прощение.

— И это для тебя нормально, Лонни? — ехидно спрашиваю его, наблюдающего за Грегом. Я не просто так спрашиваю это. Лонни ненавидит Михаила, потому что влюблён в Грега, зависим от него и даже одержим. И он сделает всё, чтобы убить Михаила и остаться одному рядом с Грегом. Вот в чём суть. Вот откуда была такая неприязнь к Михаилу.

— Иди на хрен, — огрызается он.

— Да ладно, — смеюсь я. — Это то, что ты называешь любовью? Вот это всё заключено в старом ублюдке, педофиле и психопате? Ты же понимаешь, что никогда не будешь лучше Михаила. Даже отец выбрал Михаила, а не тебя. Да все здесь выбрали Михаила, а не тебя. Ты просто жалкий…

— Я доберусь до тебя, и тебе пиздец, Рэй, — яростно перебивает меня Лонни, а я довольно улыбаюсь.

— Раэлия, но ведь Лонни не бросал тебя, — мягко и так вкрадчиво произносит Грег, что тошнить начало от сладости его тона.

— А мне по хер. Он кинул моего отца, значит, кинул всех нас. Так что мне по хер на его чувства, и что он сделал для нас. Он…

— Лонни же был рядом с тобой, Раэлия. Он знал, где тебя держат. И ты не помнишь, наверное, но он был там, когда тебя насиловали. Лонни передавал мои приказы, что с тобой сделать. И это он обманывал твоего отца в том, что ты в школе. Лонни даже не ездил туда, а просто врал, чтобы ты узнала вкус боли, Раэлия. И он же придумал снять видео с твоим первым сексом. Ох, я его храню. А ты?

У меня всё падает внутри. Нет. Не может быть.

— За что, Лонни? За что ты, мать твою, так поступил? Ради него?! — злобно повышает голос отец. — Ты знал, где Раэлия, и спокойно делал вид, что ничего не происходит, что она в школе? Я же подобрал тебя с улицы! Я дал тебе еду, кров и возможность работать! За что?

— Ошибаешься,