На все времена - Джуд Деверо

Милли казалась озадаченной.

– Естественно. Ведь в этом и состоят мои обязанности.

– Как королевы по отношению к верноподданному?

– Нет! – ответила она резко. – Как твоей матери, и это, между прочим, моя первая обязанность. И самая важная.

– Но я рос в такой изоляции… зачем вам это было нужно?

– Грейдон, дорогой мой сын, ты рос крайне преданным и доверчивым. Я хотела, чтобы у тебя было больше друзей.

– И поэтому вы отослали от меня сначала Рори, а позже – Дейра?

– Да. – Она помолчала. – Кто бы мог подумать, что участие в чьем-то свадебном торжестве способно сделать больше, чем мне удалось за тридцать один год? Я должна поблагодарить свою американскую кузину Джилли.

– Значит, вы приехали, чтобы навести справки о Тоби?

– Да. Меня заинтриговала ваша с Рори проделка. Мы с твоим отцом, сидя в его больничной палате, хохотали до упаду. Особенно изобретательно было воспользоваться мобильным для переговоров с русским послом. Надо же – провернуть такое! Мы вами очень гордились.

Грейдон пытался осмыслить услышанное.

– Хочу спросить просто из любопытства: не вы ли выбирали платье для Тоби?

– Конечно, мы вместе с Арией. И, прежде чем спросишь, твой дед Джей Ти ничего об этом не знает. Он такой же принципиальный и благородный, как ты.

– Вы хотите сказать – «наивный и доверчивый».

– Как это говорится у американцев… если туфелька подходит, Золушка…

Грейдон улыбнулся – впервые за все время.

– Кажется, вы слишком долго пробыли в этой стране.

– Я готова вернуться домой, к твоему отцу. Вопрос в том, что теперь собираешься делать ты.

– Могу ли я заключить по вашему тону, что вы одобряете Тоби?

– Да, – подтвердила Милли с улыбкой. – Подготовить для роли королевы можно почти любую девушку. Меня интересовало другое: что она любит на самом деле – тебя или твое положение.

Грейдон поднял одну бровь.

– И?..

– Она так сильно тебя любит, что готова пожертвовать своим счастьем ради твоего. Из нее получится превосходная жена, а Ланкония только выиграет, заполучив такую королеву.

Грейдон на несколько мгновений лишился дара речи, не в силах по-настоящему осмыслить нежданно свалившегося на него счастья: жениться на девушке, которую любишь.

– А как же отец Дейны?

– О нем не беспокойся, – заявила Милли истинно аристократическим тоном. – Он сколотил свое состояние не в белых перчатках, так что пусть довольствуется ролью отца принцессы, а не королевы, иначе я познакомлю его с ланконианским правосудием.

Грейдон провел рукой по лицу. Мать наблюдала за ним.

– Мне нужно сказать Тоби, что она и я… что мы можем… – Он огляделся по сторонам. – Все началось здесь, возле церкви, с ужина и шампанского. Пожалуй, я смогу это воспроизвести. Раздобуду скатерть, свечи и…

– И клубнику в шоколаде, – подсказала Милли мечтательным тоном, какого сын никогда прежде у нее не слышал. – Плохо, что у тебя нет вороного скакуна, но старинный костюм тоже неплох.

Грейдон в недоумении заморгал – никогда еще не приходилось ему видеть мать столь романтически настроенной.

– Иди найди ее, – сказала Милли. – Дай мне полчаса, а потом приводи Тоби на это место. Я все подготовлю.

Грейдон поклонился, как подобает выражать признательность монарху, и направился в шатер.

Едва увидев Грейдона, Тоби сразу поняла: что-то случилось. Таким она его никогда еще не видела. Он шагал через большой шатер, вокруг было множество гостей, но он ни на кого не обращал внимания – его взгляд был прикован к ней. В облике принца она видела его не раз, но к ней сейчас шел король.

– Что стряслось? – спросила Тоби, как только он подошел.

– Через полчаса я заберу тебя отсюда, даже если придется проскакать через шатер на вороном коне.

Тоби рассмеялась:

– Ты говоришь как Гаррет. Или как муж Милли.

– Как это понимать?

Раздавая стайке ребятишек тарелки со свадебным тортом, Тоби пересказала ему историю Милли про пикник при луне.

– Удрала в окно, неужели?

Тоби пристально взглянула на него.

– Грейдон, ты хоть и просил не оставлять тебя одного, и я согласилась, но ничего не изменилось: перед нами по-прежнему стоят непреодолимые препятствия, и мы не можем их обойти. Мы…

Грейдон наклонился и быстро ее поцеловал, вызвав детский смех вокруг них.

– Осталось двадцать пять минут!

Он вышел из шатра, а за спиной Тоби раздался знакомый голос:

– Я же говорила, что тебе с ним не справиться.

Лекси появилась под руку с Роджером Плимутом, и Тоби сразу бросился в глаза огромный бриллиант на ее пальце. Подруга выглядела виноватой, как если бы ожидала, что Тоби будет потрясена.

После радостных приветствий и объятий Тоби сказала:

– Мы с Аликс с самого начала знали, что этим дело и кончится. Он так на тебя смотрел, что устоять было невозможно.

– А что же мне-то никто ничего не сказал? – шутливо упрекнула Лекси.

– Ты бы все равно не послушала. Так что давай рассказывай.

Но поговорить им не дали: одна известная писательница поинтересовалась, не пора ли приступить к вручению наград за костюмы, выразительно окинув взглядом свое изумительное платье из красного шелка, отделанное черным кантом.

– Иди занимайся своими делами, – сказала Лекси. – Поговорим завтра. Кстати, куда девался твой принц?

– Не знаю. Думаю, за него взялась Милли. Она говорила, что хочет с ним познакомиться.

Девушек разделила толпа гостей, и Роджер повел Лекси прочь.

– До завтра! – крикнула подруга.

Тоби кивнула и переключила внимание на призы, которые предстояло раздать. Предполагалось, что ей будут помогать молодожены с Милли и Аликс, но Виктория на протяжении последнего часа танцевала с женихом и, казалось, забыла обо всем на свете. Что касается Милли и Аликс, то обе исчезли. В отчаянии всплеснув руками, Тоби поспешила к столу с призами, чтобы решить, кому что вручить.

К тому времени, когда Грейдон вернулся к шатру, многие гости уже гордо носили пластиковые медали и улыбались. Тоби не надеялась, что сможет уйти, но тут появились Милли и Аликс и буквально вытолкали ее из шатра.

– Вы здесь больше не нужны, – заявила Милли. – И не понадобитесь до конца вечера. Так что можете быть свободны.