На все времена - Джуд Деверо

– Теперь наша очередь, – поддержала ее Аликс. – Я собираюсь похитить Лекси у Роджера и тоже привлечь к делу. А если ее неотразимый жених затеет драку, мы с ним поборемся.

– Смотри, чтобы твои слова не дошли до Джареда, – с улыбкой предостерегла ее Тоби. – Но если вдруг понадобится помощь с Роджером, найди меня.

Тоби хотелось поскорее удрать от всего этого шума и света.

– Уходите, уходите! – замахала на нее руками Милли.

Грейдон уже ждал ее. Ухватив под руку, он повел Тоби в глубь парка. Под деревьями на траве перед ней предстала картина, словно сошедшая со страниц сказки: на белоснежной скатерти, в мерцании свечей в высоких канделябрах, стояло ведерко с шампанским, тарелки с закусками, а еще – серебряное блюдо с клубникой в шоколаде.

– Когда ты все это успел?

– Во-первых, я принц, а во-вторых, у меня есть помощник – джинн в бутылке, – ответил Грейдон с самым серьезным видом.

Его глаза сияли. Тоби видела в них такой же свет всего лишь раз: в ту ночь, когда они поженились. Но тогда он был Гарретом, а она – Табитой, и впереди их ждала целая жизнь. Она спросила:

– Что все-таки произошло?

– Давай садись, – предложил Грейдон. – Сначала поедим, а потом поговорим.

Тоби устроилась на подстилке напротив него. Пока они пробовали то один деликатес, то другой, Грейдон расспрашивал, чем она занималась после его отъезда, но больше всего его почему-то интересовала ее новая подруга Милли. Тоби рассыпалась в похвалах:

– Без нее я бы не справилась. Она мне очень помогла. И к тому же она добрейшей души человек, я таких еще не встречала: помогла мне одеться, сделала мне прическу, позволяла поплакать у нее на плече…

– Надо полагать, те слезы были обо мне?

– Конечно. – Тоби намазала крекер паштетом и отправила в рот. – Из-за чего еще женщина может плакать, если не из-за мужчины?

– Это не то, что я хотел услышать. Интересно, как ты нашла это воплощение всех добродетелей?

– Похоже, ты ревнуешь.

– Я завидую любому, кто проводит с тобой время.

Тоби посерьезнела.

– Грейдон, ничего не изменилось. Мы не можем…

Она не договорила, ощутив во рту кусочек сыра, который он положил. После того как с едой было покончено, Тоби прислонилась к дереву, а Грейдон растянулся на траве, пристроив голову у нее на коленях.

– Будь я обычным мужчиной, без титулов, ты вышла бы за меня замуж?

Тоби не желала ни о чем думать. Шампанское ударило в голову, и ей хотелось жить только настоящим, тем, что происходит здесь и сейчас. Коснувшись пальцами его лба, волос, она спросила, поддразнивая:

– А чем бы ты зарабатывал на жизнь?

– Я могу быть поваром. Или стриптизером. На худой конец – могу сняться в каком-нибудь боевике.

Но Тоби не разделила его игривого настроя:

– Ты не можешь отказаться от трона и податься на подиум.

– Это всего лишь фантазии. Если бы я был обыкновенным парнем, как мои кузены, то рос бы в штате Мэн, закончил Принстон и…

– И у тебя была бы замечательная мать, которая не носит корону, – подсказала Тоби.

– Да. А если бы моя мать была вроде твоей Милли?

– О, это было бы замечательно.

– И что, тогда ты вышла бы за меня замуж?

– Да. Будь ты мистер Простой Человек, – в тот же миг. Я бы… – Тоби помолчала. – Если бы тебя не ожидал трон, я прыгнула бы на тебя прямо сейчас и вцепилась так крепко, что ты не смог бы дышать. – Увидев, что Грейдон заулыбался еще шире, она продолжила: – И боролась бы за тебя со своей матерью, даже если бы пришлось пустить в ход что-нибудь из твоего ланконианского арсенала оружия. Отца бы мой выбор устроил, но мать…

Грейдон сел.

– А что она могла бы во мне не одобрить?

– Ну… у тебя ведь нет никакой профессии. Что-то мне не попадались объявления о вакансии на должность управляющего страной. Хотя, возможно, могло бы на что-то сгодиться твое знание языков. Например…

Грейдон не дал ей договорить, закрыв рот поцелуем, а потом сказал, сунув руку в маленький кармашек жилета:

– А ты умеешь сделать так, чтобы мужчина не чувствовал себя особой королевской крови! У меня для тебя кое-что есть.

Он протянул ей кольцо, сверкнувшее при свете свечей. Камень был странного цвета, и Тоби поняла, что это лавандовый бриллиант. Надевая кольцо ей на палец, Грейдон сказал:

– Надеюсь, тебя не обидит, что оно такое же, как у Дейны, но поскольку она будет твоей невесткой…

– Прекрати! – Тоби вскочила. – Это не смешно. Я тебе охотно подыгрывала, но это уж слишком.

Тоби попыталась снять кольцо, но ничего не получилось. Грейдон встал, притянул к себе и, положив ее руки к себе на грудь, попытался поцеловать, но она отвернулась.

– Насколько я могу судить, – сказал он тогда, – нашему браку препятствует лишь одно: недостаток одобрения со стороны. У тебя, кажется, не вызывает отвращения мысль когда-нибудь стать королевой. Прошу тебя, скажи, что ты хотя бы думала об этом.

– Вовсе нет! Никогда.

– А знаешь, когда врешь, ты очень часто моргаешь.

Тоби отстранилась.

– Ну хорошо, я об этом думала. Стремление помогать – это национальное проклятие американцев. Мы прирожденные благодетели. Мы не равнодушные. У кого-то горит дом, и мы тут как тут, с продуктами и одеялами.

Грейдон шагнул к ней.

– В моей стране огромный простор для реформ. В горах до сих пор есть места, где у детей нет возможности посещать школу. Я подумывал о том, чтобы открыть для них хотя бы малокомплектные.

– В Америке когда-то были такие. И это было очень успешное начинание.

– Это пока лишь мечта, и я слишком занят, чтобы контролировать ее осуществление. Ты видела, что мне приходилось делать через Рори.

– Может быть, Дейна…

– Дейна любит животных и намерена заниматься экспортом ланконианских породистых овец. Тоби, любовь моя, правда заключается в том, что моей стране нужна помощь во многих областях. Если я докажу, что твое присутствие получит всеобщее одобрение, ты согласишься взяться за эту работу?

Тоби нахмурилась.

– Ты же знаешь, что твоя фантазия неосуществима: отец Дейны выведет свой капитал, а твоя мать…

Грейдон положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.

– Ты меня любишь?

– Да. Ты знаешь, что люблю. Ты моя любовь на все времена.