Маленькая Леди в большом городе - Эстер Браун

Джонатан повернул голову, и я ужаснулась, увидев выражение его лица. Оно было каменное, точно лица президентов, высеченные в горе Рашмор. Но определенно печальнее. Таким он бывал, если не желал показывать своих чувств. В последний раз я видела Джонатана в этом состоянии, когда они только развелись с Синди – мы еще не встречались по-настоящему.

– Дело не в проклятом парике! – выпалил он. – И почему ты так уверена, что в нем тебя никто не узнает? Может, тебе просто плевать на… Боже! Нет, я не стану унижаться и повторять в сотый раз одно и то же. Ты все равно не поймешь, ведь так?

– Не так! – горячо возразила я. – Я все прекрасно понимаю. Ты не хочешь, чтобы я ставила тебя в неловкое положение! Не желаешь, чтобы работала в Нью-Йорке! Клянусь, я и не работаю. Всего лишь оказала услугу старому приятелю, который…

– Влюблен в тебя?

Мои щеки залило краской стыда.

– Нисколько не влюблен. Просто немало выпил, вот и стал нести разный бред… И потом, не все бывшие превращаются во врагов и жаждут отомстить. Я, например, во вполне нормальных отношениях почти со всеми, с кем встречалась. А Годрик просто…

Джонатан изогнул бровь.

– Неужели, ты в самом деле, настолько наивна? – требовательно спросил он.

– Лучше быть наивной, чем циничной, – парировала я. – Кстати говоря, ты прекрасно знал, что я общаюсь с Годриком. А я понятия не имела, что сегодняшний вечер ты проведешь на вечеринке с Синди. Сколько раз вы с ней так вот ходили в бары, а? Как часто перезваниваетесь?

Какие еще развлечения она для вас придумывает?

– Речь не об этом.

– Как раз об этом!

– Хорошо, может быть, но давай сначала разберемся с Годриком, ладно?

Храбрец заерзал, сидя у меня на руках, и я опустила его на пол, пользуясь минутой, чтобы привести в порядок путаные мысли. В это было трудно поверить. Мы впервые за все время, что встречались, серьезно скандалили.

Выпрямившись, я глубоко вздохнула и уперла руки в бока.

– Джонатан, мне жаль, что так вышло. Искренне жаль. Я меньше всего на свете хотела выставить тебя дураком. Просто решила помочь другу в беде, подумав, что это не составит для меня большого труда. – Я смело смотрела на Джонатана. – Ради твоего счастья я готова на что угодно, а Годрику лишь сделала небольшое одолжение. В клуб явилась, только дабы удостовериться, что они встретились с Кристи, его бывшей девушкой. Надеюсь, они помирятся… Хорошо, я согласна: может, не стоило напяливать парик, но я была уверена, что это лучший способ не навредить тебе. Ты настолько решителен, не сомневаешься в собственных силах, Годрик же твоя прямая противоположность. Я просто прониклась его проблемами, поставила себя на его место.

– Мелисса, Рик – кинозвезда, – произнес Джонатан, сдерживая гнев. – Если он не может

ходить один на вечеринки, значит, вообще пошел не по той дороге.

– Никакая он не звезда! Обыкновенный человек, который некогда играл в школьном театре, потом зарабатывал этим на жизнь, а теперь становится известным потому…

Я замолчала, осознав, что веских доводов в защиту Годрика все равно не найду. Джонатан покачал головой.

– Только представь, что почувствовал я! Прихожу на вечеринку и вижу собственную девушку в объятиях этого красавца!

– В каких еще объятиях? Ты что, ревнуешь меня к Годрику? – ошеломленно спросила я. – Но ведь это просто смешно!

– Смешно? – На лице Джонатана, будто вырезанном из камня, на миг отразилось неподдельное страдание. – А когда он убирал руки с твоих плеч, что это было? Репетиция роли?

– Я не намерена отвечать на этот вопрос, – заявила я. – Ведь не пристаю же к тебе с расспросами: почему ты согласился продавать квартиру Синди? Позволяешь ей вмешиваться в твою жизнь?

Джонатан вскинул голову.

– Я не могу иначе.

– Сомневаюсь, – пробормотала я. – Другая бы на моем месте давно топнула ногой, я же все терплю. Потому что доверяю тебе. Думала, и ты мне доверяешь.

Последовало невыносимое молчание.

– И я так думал, – наконец сказал Джонатан до жути печальным голосом. Мое сердце замерло. – Может, проблема вовсе не в тебе.

– Джонатан! – Я, подобно Храбрецу, пронеслась через комнату и плюхнулась на диван рядом с Джонатаном. – Пожалуйста, не глупи! Естественно, ты можешь мне доверять!

Чудовищное мгновение мне казалось, сейчас он оттолкнет меня, но Джонатан обвил рукой мою талию, и я крепко к нему прижалась. Минуту– другую мы оба молчали.

Наконец Джонатан глубоко вздохнул и произнес:

– Теперь я всегда буду сообщать тебе о звонках Синди. Если хочешь, можешь проверять телефонные счета. Не делал этого раньше, потому что не хотел тебя тревожить.

– Я ведь не маленькая, – ответила я. – Могу смириться с мыслью, что Синди всегда будет частью твоей жизни.

– А я не знаю, могу ли. – Джонатан взглянул на меня. – Если так тебе будет спокойнее, я попрошу ее не приезжать на праздник. На следующей неделе.

Джонатан занимался благотворительностью вот уже несколько месяцев; очевидно, к тому его обязывала новая должность. Я знала из заметок в газетах, что нынешняя акция каким-то образом связана с церемонией, на которой королева произносит речь и официально возобновляет работу британского парламента по завершении летних каникул. И с новогодним балом в Вене.

– Если ты против, я…

– Нет, – перебила его я. Страх перед Синди следовало в себе изжить. В конце концов, я окончила школу «Сент-Катал». – Она часть твоего прошлого. Только в будущем пусть играет лишь эпизодические роли.

Джонатан взглянул на меня как будто с восхищением, и я не преминула воспользоваться удобным случаем.

– Но, Джонатан, о нашем совместном будущем нет смысла и думать, если ты не станешь уделять мне больше времени, – твердо произнесла я. – Мы почти не видимся. Не для того я сюда прилетела, чтобы довольствоваться общением с твоим псом и секретаршей, хоть и тот и другая ужасно милые.

– Мелисса, ты же знаешь, в последнее время у меня пропасть дел…

– Знаю. Но ведь ты начальник. А я всерьез подумываю, не вернуться ли мне домой. – Я пристально на него посмотрела. – Потом будешь жалеть, что дни напролет отвечал на телефонные звонки в офисе, вместо того чтобы быть со мной. Когда ты сама по себе, даже в «Блуминдейле» ужасно одиноко.

– Я и не думал, что ты страдаешь от одиночества. – Джонатан вздохнул. – Теперь, когда ты объяснила, не понимаю, как мне не пришло это в голову. Вроде бы все очевидно…

– Конечно.

– М-да, выходит, тебе из-за меня приходится страдать куда больше. – Джонатан принялся медленно наматывать на пальцы прядки моих волос. – Только не подумай, что работа для меня важнее, чем ты, милая. Всегда об этом помни. Но пожалуйста, не проси того, чего я не в силах тебе дать.