О чем молчат подростки... - Алан Брайн

Закрываю дверь на щеколду и подпираю дверь стулом, на случай если вдруг мама придёт раньше и захочет заглянуть ко мне в комнату.

-Соберись, Джина! Ты это делаешь ради Алекс.. Моей бедной и совершенно запутавшейся Алекс. Я должна ей помочь.

Мне страшно. Я начинаю истерически смеяться, а затем плакать только потому, что представляю, что станет со мной, если я вдруг не смогу отойти от этого сложного состояния. В голове сотня мыслей. Сейчас я выгляжу так, как будто не захотела принять наркотики, а решила просто привлечь к себе внимания.

Убираю всё со стола и делаю пару дорожек. Может быть, нюхать это будет безопаснее, чем колоть в вену..

Выравниваю порошок не дыша. Процедура уже давно всем известная, только отличаюсь я от более «опытных наркоманов» тем, что толком никогда не пробовала героин. Склоняю голову над первой дорожкой, закрываю одну ноздрю и резко вдыхаю всё содержимое. Моментальное жжение в носу. Кажется, что я вдохнула горсть песка, а этот песок добрался до моего мозга, и режет его каждой своей песчинкой. Лёгкое помутнение. Поднимаю голову вверх и смотрю на свою люстру. Она мне кажется мега-яркой.

-Этого мало, – говорю я сама себе, и приступаю ко второй выстроенной мной дорожке. Вдох. Опять ощущаю тоже самое состояние, только уже сильнее и чувствительнее.

Голова ходит кругом. Я и не знала, что такие наркотики так быстро вставляют. Встаю со стула и слегка покачиваюсь. Смотрю на своё отражение в зеркале. Изображение размытое и заторможенное. В голову что-то давит. Немеет верхняя губа. Я должна сама с этим справиться, но...чёрт...какое же сейчас расслабленное состояние. Я, наверное, сейчас похожа на обкурившегося хиппи. На лице лёгкая улыбка. Мне действительно хорошо, а проблемы... Какие проблемы? Разве они у меня когда-то были?

****

Вечер, ночь, утро, день - мне сейчас абсолютно всё равно, потому что я ничего не чувствую и ничего не понимаю. Я не знаю, как я оказалась тут (там, где я есть). Наверное, я позвонила Чакки и сказала, чтобы он отвёз меня сюда. Открываю широко глаза. Позади меня громко играет тяжёлая музыка. Мне слишком хорошо и я вижу перед собой прекрасные картины. Беру мобильник, но он буквально сыплется на мелкие частицы у меня из рук. Я хочу танцевать? ДА! Я ХОЧУ ТАНЦЕВАТЬ!!

Мои движения ногами не повторит ни одна ломанная. Тело загибается в разные стороны. Это могут подтвердить даже те очевидцы, которые стоят около меня. Я не знаю их имён поэтому иду знакомиться к ним.

-Привет! Добрый вечер или день!! – кричу я одному в ухо, чтобы он расслышал меня.

В ответ он молчит. Я решаю не сдаваться и подхожу к другому. – Я Реджина!

Незнакомцы вновь молчат. – Ах так!?!? – беру в руки первый попавшийся предмет и бегу, размахнувшись, прямо на них. Наношу удары им по лицу, животу и ногам. Незнакомцы тонут в собственной крови. Я падаю в эту кровь и смотрю в небо. Эти звёзды. Они такие большие, что до них едва можно достать рукой. Их свет начинает резать мне глаза. Я плачу от боли. Смеюсь, а затем опять начинаю плакать. Я вся в крови. Руки, ноги, волосы и рот покрыты этой вязкой и вонючей кровью. Начинаю кашлять. Изо рта выпадает какая-то шелуха. Она выглядит как букашки. Вдруг, они начинают шевелиться. Я начинаю визжать от страха. Вся эта мерзость лезет через рот. Я начинаю ими захлёбываться. Жуки лезут через мой рот. Пытаюсь закрыть его рукой, но тело будто немое. Чувствую как у меня загнулись пальцы рук и ног.

-Господи, дай мне умереть!! Господи, ДАЙ МНЕ УМЕРЕТЬ!!!

****

-Бетти, отойди, мне нужно облить её холодной водой!!

-Господи, моя девочка...

На меня как из ведра выливается холодная вода. Пройдёт десять минут перед тем, как я пойму, что я нахожусь в ванной комнате, совершенно голая перед Джоном.

-Она пришла в сознание! Ты вызвала медиков?!

-Да, диспетчер сказала, что направила нам бригаду.. – мама забегает в ванную,– Боже мой, Джина...

-Бетти, не надо. Мне кажется, её сейчас лучше не трогать..

-Отойди! Это моя дочь!! Я должна убедиться, что с ней всё хорошо!!! – мама кричит взахлёб. Я открываю глаза, чтобы посмотреть на всё происходящее, но чувствую, что мои веки ещё тяжёлые и не отошли от сна.

-Как ты, Джини? – спрашивает Джон.

-Отойди!! Разве ты не видишь, что её ещё плохо!

Мама принимается выталкивать Джона из комнаты. Выключает воду и, накинув на меня полотенце, начинает меня целовать.. Такую жалкую картину я ещё не видела..

-Джина...доченька... что с тобой случилось!?

-Я.. не помню..

-Мы нашли тебя в твоей же рвотной массе.. ещё чуть-чуть бы и ты бы захлебнулась ей.. Мы бы тебя не спасли..

-Всё хорошо, – шепчу я маме.

-Скажи мне честно: ты ничего не употребляла? Может быть ты пила алкоголь?!

-Нет.. мам.. я же обещала..

-Господи, что же с тобой такое..

-Скорая подъехала, – говорит Джон когда вбегает в ванную.

****

Комната. Я лежу с открытыми глазами и с ужасом осматриваю свою комнату. Теперь это не просто комната подростка с хаотичным порядком, теперь эта комната выглядит так, будто нас ограбили.

-Я благодарю вас за помощь, – говорит мама.

-Вы же понимаете, если бы вы не успели, вы бы могли её потерять..

-Да, спасибо, сэр, – отвечает Джон и жмёт врачу руку.

-Вот список моих рекомендаций. Если вам понадобится помощь, звоните по указанному телефону ниже.

-Спасибо, доктор. Не хотите чаю?

-Нет, что вы, мэм..– смущённо говорит док.

-Может быть, я сделаю вам бутерброды?

-Но я..

-Точно.. У вас сегодня наверняка ночная смена.. Да и вообще, зачем питаться во всяких забегаловках?

Мама в хлопотах убегает из комнаты. Джон и доктор ещё остаются в моей комнате и оба смотрят на моё полуживое состояние.

-Красивая у вас дочь, мистер..

-Гиннесс...

-Да..мистер Гиннесс...

-Реджина не моя дочь.. но всё равно спасибо..

-...извините, я не знал..

-Всё нормально.

-Её состояние может ухудшаться, не пугайтесь, это нормально после того, что она перенесла.

-Скажите, а с чем это может быть связано?

-Это похоже на сильнейшее отравление. Я думаю, вам стоит внимательно проверить то место, где учится и питается Реджина.

-Спасибо.

Наконец, они жмут друг другу руки и выходят из моей комнаты.

Спустя некоторое время я начинаю приходить в себя. Приподнимаю тело, чтобы осмотреть комнату, но и без