Все, что мне нужно - Э. Сальвадор

ТиДжей упомянул, что у его брата нет фильтра. Я подготовилась к этому, но недостаточно хорошо.

— Мне жаль. Мне просто нужно было растопить лед.

— Точно так же, как ты сломал папину…

— Это не должно было быть тем способом, которым я сломал лед. Мне очень жаль, Лола, — Бен тут же перебивает ТиДжея, на его лице появляется застенчивая улыбка, когда Филипп прищуривает на него взгляд. — Супер Арло.

Он быстро кивает Сейнту, прежде чем немного наклониться перед ним, смотря на Феникса.

— Позволь мне взглянуть на моего племянника.

Феникс хватает Сейнта за рубашку, прижимая половину лица к его груди, и робко смотрит на Бена.

ТиДжей хватает его за рубашку и тянет обратно.

— Ты пугаешь моего сына своим уродливым лицом.

— Во-первых, придурок…

— Язык! — все, кроме меня, говорят.

ТиДжей хлопает по затылку.

— В банке будет десять долларов.

— Десять долларов? За что? — возмущается Бен.

Мэрайя смеется, качая головой.

— Ты идиот. Вам нужно следить за своим языком перед ним. Не так ли, маленький человек?

Она подходит немного ближе, но оставляет достаточно места, чтобы он не чувствовал себя подавленным.

— Тогда заплачу, малыш Пи, — говорит Бен.

У меня сердце согревается от этого прозвища.

Феникс смотрит на нее. На его губах появляется легкая, робкая улыбка.

— Я просто собирался сказать, что я не уродливый, — бормочет он себе под нос, вытаскивая бумажник и оттуда купюру. — У меня всего пятьдесят.

— Что ж.

ТиДжей осторожно выхватывает ее из рук брата и засовывает в карман шорт.

Бен не спорит с ним и снова наклоняется на уровне глаз Феникса.

— Мне очень жаль, малыш Пи, и мне жаль, что ты так похож на своего отца, — говорит он и кладет указательный палец под подбородок, нежно лаская его. — Боже, у тебя такие щеки, глаза и кудри. Ты вообще в мать?

Он поднимает взгляд, скептически глядя на меня.

— Он похож на меня, — слабо защищаюсь.

Они все смотрят на Феникса, затем на меня, затем снова на Феникса, а затем на ТиДжея. Им не нужно ничего говорить, чтобы я знала, на кого, по их мнению, он похож.

— Может быть, в другой жизни, — говорит Сейнт.

Глава 44

ТиДжей

— Он такой милый.

Хейзел воркует, прижимая руки к подбородку.

— Он Кингстон, конечно, он милый, — гордо говорит Бен, отталкивая Хейзел с дороги, чтобы поближе рассмотреть Феникса.

— Вы оба можете заткнуться? Он сейчас проснется, — шепчу я, отталкивая их обоих от кроватки. — И я клянусь, если он это сделает, вы оба не ляжете спать, пока он снова не заснет.

Несколько часов назад мы закончили ужин в честь Дня Благодарения, а потом поиграли с Никсом. И вскоре после этого он начал зевать. Лола собиралась искупать и уложить его спать, но я сказал, что позабочусь об этом, пока она будет готовиться ко сну. Я хорошо справлялся со своей работой, пока мои брат и сестра не решили прийти и окружить его, как будто он был животным в зоопарке.

— Мы возьмем его еще на один день. Я рискну.

Хейзел пожимает плечами, но все равно держит дистанцию, соблюдая границы.

— Посмотри на себя, ты хороший отец, — поддразнивает Бен, его голос намного мягче, чем раньше.

— Надеюсь, что да.

— Хей, — Бен тычет меня локтем в бок, и в его голосе больше нет насмешки. — Ты хороший отец. Не позволяй этим придуркам залезть тебе в голову.

— Дело не в них, — честно отвечаю.

Я знаю, что он говорит об идиотах в Интернете, которые могут сказать обо мне много негатива, но меня волнуют не они.

Я более уверен, чем раньше, в своих родительских навыках, но все еще боюсь все испортить. Меньше всего мне хочется разочаровать Лолу и Феникса. Это единственные люди, чье мнение имеет значение.

— Тогда… ох, — слышу я улыбку в его голосе, не глядя на него. — Я знаю, что она тоже так думает.

— Я надеюсь, что это так.

— Так. Если бы это было иначе, она бы не доверила тебе готовить его ко сну одному, — добавляет Хейзел, стоя рядом со мной. — Поверь мне, она знает, и мы знаем. Ты хороший отец, ТиДжей. Я так горжусь тобой.

Она заключает меня в объятия.

— Думаю, мы это сделаем, да? — спрашивает Бен и обнимает нас, крепко сжимая. — Посмотрите на нас, такие чертовски очаровательные. Если мама это увидит, она потеряет самообладание.

Я ухмыляюсь, надеясь, что это сможет замаскировать переполняющие меня эмоции.

— Ой, простите.

Поворачиваем головой в сторону двери. Лола стоит возле спальни Никса и застенчиво улыбается.

— Не волнуйся, мы просто сблизились и все такое, — небрежно говорит Бен, опуская руки, и Хейзел следует его примеру. — Но мы уходим сейчас. Я знаю, что у вас обоих завтра напряженный день.

Я искоса смотрю на Бена, говоря взглядом «что за хрень?». На что он отвечает взглядом: «черт, я не знал».

У меня есть планы на завтрашний день, о которых Лола понятия не имеет, и я намерен продолжать в том же духе. Я не собирался сообщать об этом своим братьям и сестрам, особенно Хейзел, но они подслушали наш с папой разговор. У меня не было бы проблем поделиться этими планами, если бы знал, что они могут держать язык за зубами. И дело не в том, что я им не доверяю, но Бен готов открыть рот только для того, чтобы меня достать, а Хейзел слишком откровенничает, когда взволнована.

— Я имел в виду, потому что Хейзел будет таскать тебя по всему Майами. Так что будь готова, надень удобную обувь и не бойся сказать ей, чтобы она заткнулась. Хейзел заболтает тебя, если ты ей позволишь, — быстро добавляет он.

Хейзел драматично закатывает глаза, изображая обиженную. К счастью, Лола не задает вопросов и кивает с улыбкой.

— В любом случае, мы уйдем до того, как разбудим малыша Пи, — говорит Хейзел, быстро обнимая меня, прежде чем подойти к Лоле. Пока они теряются в разговоре, Бен обращает свое внимание на меня.

— Я не могу себе представить, насколько это было для тебя ошеломляющим, но ты действительно хорошо справляешься, — говорит он искренне, похлопывает меня по плечу и крепко сжимает. — Я рад, что ты активизировался. Немногие люди делают это, и я очень горжусь тобой.

В его словах нет ничего игривого или дразнящего, и это меня шокирует, но все в хорошем смысле.

Бен — самый несерьезный человек,