Так не бывает - Элен Рейв

— Это как понимать?

Делаю глубокий вдох и начинаю. Рассказываю все, что произошло за это время. Про то, как я сразу после уезда друзей сдала билеты. Про то, как шарахалась по улицам много часов в безысходности, совершенно не зная, что делать. Про то, как напилась до чертиков в каком-то баре на окраине города, и как затем там же меня нашел Ян. Как ему это удалось для меня и по сей день остается загадкой. Рассказала даже про то, что творилось в проулке, когда мы вышли на улицу. Про мою словесную тираду, что лилась до тех пор, пока Ян не усадил меня в машину и не увез к себе домой. Ритка изумленно спросила, на секунду перебив меня: «Он, правда, вел себя так, как ты говоришь?» Я просто кивнула. Лёнька молчал. Просто курил, пристально смотрел на меня и молчал. Затем коротко пересказала время от момента, когда я сбежала во второй раз, до нового года, когда мы снова с ним встретились спустя неделю. А вот когда рассказ мой дошел до посленовогоднего визита Яна, Лёнька впервые возмутился:

— В смысле? Что так и сказал: «работай на меня»?

— Угу, — неожиданно захотелось пить. Я встала, взяла чашку из шкафчика и включила чайник.

— И? — друг снова нахмурился. — Только не говори, что ты согласилась.

— А ты как думаешь? — я посмотрела ему в глаза.

— Понятно, — выдохнул он, а затем начал уже, наверное, пятую сигарету. По выражению лица друга можно было без труда понять, что эта новость его не обрадовала.

— Чего понятно? — всполошилась Рита. — Меня так, например, ничего не понятно. Алён…

Я посмотрела на подругу.

— Что ты ему ответила?

— Я согласилась, Рит. Согласилась… — тут же мрачнею. — Опять.

— А… — она хотела было что-то еще сказать, но, думаю, потеряла мысль.

— Когда мы в последний раз разговаривали с тобой, — я перевела взгляд на Лёньку. — Сразу после этого я позвонила Яну, а затем он заехал через несколько часов. В общем, об остальном, думаю, ты уже догадался.

— Так ты действительно там работаешь? — он осекся, нахмурился еще сильнее. — Ну, в смысле, прислугой или горничной, или кем там.

— Да, — выражаю в натянутой улыбке самоиронию. — Прислугой. Я занимаюсь в основном домашними делами. Фактически всем тем же, чем и до этого. С той лишь разницей, что теперь он мне платит, но самое главное не это…

— Да-да, — друг выставил перед собой ладонь, — Главное, что он пообещал оставить нас в покое. А как быть с тобой Алён? — он чуть повысил голос. — Ты-то теперь как?

От ответа меня избавила Ритка:

— Ну она ведь сказала, что он типа нанял ее на работу. По-моему, в этом нет ничего дурного.

— Рит! — Лёнька откровенно возмутился. — Ну не будь ты дурой, я тебя прошу! Какая нафиг работа. Неужели ты думаешь, что все будет так просто?

— Сам дурак! — не выдержала подруга. — Я не говорила, что все будет просто, но это лучше, чем было до этого, согласись!

— Чем? — Лёнька резко повернулся к девушке. — Тем, что нас оставят в покое? Тебя оставят в покое? Этим хорошо?

— Не переворачивай мои слова! — Ритка разозлилась. — Я тоже не в восторге, что Алёнка теперь будет работать на этого придурка. Но из всей ситуации я давно поняла, что Ян действительно единственный, кто сможет защитить ее от дальнейших посягательств Рената…

— Так! — тут уже вмешалась я. Не успели встретиться, как снова начинается ругань из-за каких-то кусков говна. — Ладно. Хватит. Не грызитесь. Я сама в это влезла, мне и выкарабкиваться.

— Ну уж нет, — возразил Лёнька. — Ты уже выкарабкалась. Дальше только вместе. Ты мне лучше скажи, как прошли эти два дня? Надеюсь, он ничего тебе не сделал?

— Ну мы конечно собачимся постоянно, — криво усмехаюсь, — ибо с этим критином не возможно найти общего языка, но в целом, не скажу, что Ян сильно злобствует. В первый день даже отпустил пораньше… — тут же хмурюсь и начинаю ворчать. — Хотя сегодня загрузил работой по самое не могу. Хорошо хоть Полина помогла.

— Полина? — переспросила Ритка. — А это кто?

— Тамошняя прислуга, — коротко объясняю. — Хорошая девчонка. Там вообще все не плохие, если опустить прошлые нюансы.

— А напиться-то ты, где успела? — друг внезапно улыбнулся.

— А это, — я почесала в затылке. — У нашего повара вчера был день рождения. Ян как раз свалил куда-то. Ну-у, вот мы и…

— Понятно.

Чайник давно уже вскипел, но я только сейчас, наконец, решила заварить себе любимый зеленый чай с мятой из пакетиков.

— Ты есть-то хочешь? — внезапно всполошилась Рита. — Я тут курочку приготовила с картошкой. Вкуснятина, пальчики оближешь.

— Нет, Рит. Спасибо, не хочу. Нас Жерар так откормил, что мне кажется, я еще неделю на еду смотреть не смогу.

— Жерар? — Лёнька круглили глаза.

— А, я же не сказала. Это повар, работает в доме Яна. Вот у него и был день рождения.

— Ну и имечко, — хмыкнул друг. — Иностранец что ли?

— Нет, наш. Русский, — я понимающе улыбнулась. — Это у него типа имидж такой. Сценическое имя, так сказать.

— Богатеи, — снова хмыкнул Лёнька. — Все у них с закидонами.

— Да нет. Он хороший мужик. Со своими, конечно, поварскими бзиками, но хороший.

— Ну раз хороший, то ладно, — Лёнька встал из-за стола и тоже взял кружку, налил себе кофе. Почему-то видя это действо, я невольно вспомнила Яна. Тут же нахмурилась. Теперь масса таких мелочей непременно ассоциировалось у меня с этим несносным типом. Данное обстоятельство немного раздражало, но присутствие друзей, быстро выдернуло меня из размышлений.

— Лёнь! — возмутилась Рита, когда увидела, как парень распечатывает пачку свежего печенья. — Поешь сперва, потом будешь сладости жрать!

— Не кричи, мамочка, — он увивался и вытягивал руки в сторону, не давая девушке отнять лакомство. — Я и то и то съем. Не переживай.

— Все равно! — продолжила наставать Рита.

Лицезрение этой дурашливой милой картины заставило меня искренне и нежно улыбнуться. Как же я рада их видеть. Находиться вместе с друзьями в одной квартире. Вернуться к той привычной жизни, которая у нас была еще на начало учебного года и всего этого…

— Знаете… — подпираю подбородок ладонью. Лёнька и Рита замерли, перевели на меня полные замешательства взгляды. — Я так рада вас видеть. Вы просто не представляете, насколько сильно… я рада.

— Алёнка, — подруга моментально бросила попытки отнять у Лёньки печенье и подошла ко мне, обняла за шею, прижала к себе так сильно, что я чуть не задохнулась. От чего скорчила рожицу и показала язык. — Мы тоже очень рады, что у тебя все хорошо… — она споткнулась, посмотрела