Темные удовольствия - Мила Кейн

За пределами раздевалки было пустынно. Все стремились попасть на вечеринку. Это была последняя игра перед зимними каникулами, и общая атмосфера была радостной.

Я прошла через тускло освещенные коридоры и вышла на каток. Огибая его, заметила, что Замбони17 уже сделал свою работу, и большинство ламп были выключены. Даже обслуживающему персоналу не терпелось поскорее убраться отсюда. Весь день шел довольно сильный снег, и было логично, что всем, кто жил далеко, нужно было вернуться домой, пока не стало еще хуже. На катке было тепло, энергия и жар всех тел, которые были собраны здесь всего час назад, все еще сохранялись. Я не горела желанием выходить на улицу, хотя была уверена, что там очень красиво. Нью-Йорк, укрытый белым снегом.

Я только успела спуститься по лестнице с трибун, как услышала звук.

Мягкое поскрипывание чьих-то коньков.

Я обернулась, чтобы посмотреть на каток.

По только что отполированному льду скользила фигура: я узнала бы этот стиль передвижения где угодно.

Я повернулась и пошла обратно к катку.

Он был одет во все черное, и в его быстром приближении чувствовалась хищная грация, которая привела меня в трепет. Он по-прежнему был самым опасным мужчиной из всех, кого я знала, и я не думала, что он когда-нибудь перестанет носить этот титул. Могущественный, богатый и движимый тем, чтобы добиться желаемого. Мало кто мог противостоять Беккету Андерсону, когда он принимался за дело.

— Привет, крошка.

— Разве тебе можно находится здесь до сих пор?

— Разве тебе можно выглядеть так чертовски очаровательно в этом наряде? — Он оглядел меня с ног до головы с явным намерением.

Мне стало жарко.

— Нам нужно идти на вечеринку, — напомнила ему. — Я думала, что встречу тебя там.

— Ты думала, я позволю тебе гулять там одной, по снегу, в незнакомом городе? — Бек сошел со льда и сменил коньки на ботинки на грубой подошве. Закончив, он выпрямился, в его глазах блеснул озорной огонек.

Мое сердце пропустило удар.

— Ты думала, я просто отпущу тебя на вечеринку после того сексуального танцевального номера, не позаботившись о проблеме, которую ты вызвала? — спросил он.

Я с трудом сглотнула, волнение пробежало по моим нервам.

— Какой проблеме?

— Проблеме самого твердого члена, который у меня когда-либо был, и это в то время как я играл прямо на глазах у твоего брата и моего отца, стараясь вести себя наилучшим образом.

Я не могла не бросить взгляд на его черные джинсы. Даже на расстоянии я могла видеть твердые очертания его длины. Член Беккета и в лучшие времена было нелегко не заметить, а в таком твердом состоянии он был просто чертовым шестом.

— Но это было час назад, — поддразнила я его.

— Именно. На данный момент мне практически требуется неотложная медицинская помощь, — прорычал он, делая шаг ко мне.

— Звучит так, будто это твоя проблема, не моя, — сказала я, по моему вспыхнувшему лицу расплылась ухмылка.

Он усмехнулся.

— Я превращаю это в твою проблему. Мне не терпелось трахнуть тебя на катке с того самого первого раза, когда ты впервые вышла танцевать в своей маленькой форме. Раз уж мы наконец-то получили это место в свое распоряжение, сегодня та самая ночь.

— Вот как? — я сделала шаг назад, потом еще один.

Беккет наблюдал за мной со слабым весельем.

— Сначала тебе придется меня поймать. — С этими словами я развернулась на каблуках и побежала.

Он бросился за мной, звук его тяжелых ботинок отдавался гулким эхом по лестнице позади меня. Я сбежала с одной из трибун и спустилась по лестнице в другом конце. Беккет последовал за мной. Взволнованный смех вырвался из моих губ. Между нами всегда была добрая доля соперничества, но такая игра, как эта, подняла его на новую высоту.

Я побежала вдоль края катка, и Беккет изменил направление, чтобы подрезать меня. Я попятилась и чуть не споткнулась о собственные ноги. Чувствуя, что он приближается, я решила выйти на лед.

Я едва не упала, как только перенесла на каток весь свой вес. Слегка скользя и раскачивая руками для равновесия, я оторвалась от Беккета, который только подходил к зоне катка. Он вышел на лед, не испытывая никаких проблем с равновесием, которые были у меня. Отсутствие сапог на каблуках определенно работало в его пользу.

— Сдаешься, крошка?

— Никогда.

— Похоже, ты попалась. — Беккет ухмыльнулся. — Как ты и хотела.

Он уверенно зашагал по скользкой поверхности ко мне. Я попыталась двигаться быстрее и чуть не упала, мой смех эхом разнесся по пустому катку.

— Если ты упадешь и ушибешься, я не буду счастлив, Золушка. Эта задница — моя, и только я могу ставить на ней синяки.

— В твоих мечтах, Андерсон. — Я отступала назад, пока он подходил ближе.

Неожиданно он сделал выпад и поймал меня за руку, притягивая к своему телу.

— Попалась, — пробормотал он, обнимая меня за талию и прижимая к своей твердой груди. Он также поддерживал меня, так что мне больше не грозила опасность упасть.

— Теперь вопрос в том, что мне с тобой делать?

— Сводить на вечеринку?

— Это был риторический вопрос, Иви. Я точно знаю, что буду делать с тобой и с проблемой, которой ты меня наградила.

Я просунула руку между нами и обхватила его через джинсы.

— Что, этой проблемой?

С рычанием он наклонился и перекинул меня через плечо.

— Эй! — я запротестовала, извиваясь в его крепкой хватке.

Он пересек лед, направляясь к скамейке запасных игроков.

— Никаких «эй», — прорычал он и шлепнул меня по заднице достаточно сильно, чтобы почувствовать это через платье-свитер. — Твоя судьба решена.

Как только мы пересекли ледовую поверхность, он опустил меня на маты перед скамейкой. Я медленно заскользила вниз по его телу, задевая своими изгибами его член. Он поцеловал меня грубо, с одержимой настойчивостью, удерживая за подбородок, давая мне именно то, что я так любила. Чувство принадлежности этому мужчине.

Как только я, задыхаясь, вцепилась в него, он прикусил мою нижнюю губу и отстранился, его глаза были голодными.

— Повернись и держись, — грубо приказал он, помогая мне повернуться.

У меня едва хватило времени задуматься, что, черт возьми, у него на уме. Я ухватилась за барьер перед скамейкой, а он нагнул меня и задрал платье.

— Бек! — Мое сердце заколотилось от предвкушения.

Одним плавным движением он стянул с меня колготки и трусики. Он оставил их болтаться чуть выше колен, зажав мои ноги, так что я не могла нормально двигаться.

— Кто-то может прийти, — пробормотала я.

Беккет наклонился ко мне сзади, его горячее дыхание обдувало