Под тенью твоих чувств - Нетта Хайд

Я достаю телефон, дрожащими пальцами открываю банковское приложение, собираюсь сделать шаг и разорвать эту «помощь», превратить ее в стерильную цифру, но он решительно выхватывает устройство и бросает на диван.

Его ладони мягко, но настойчиво ложатся мне на щеки, он прижимает лоб к моему и тяжело выдыхает прямо в мой рот:

– Я твой. Делай, что хочешь, Скай. Хочешь бить – бей. Хочешь кричать – кричи. Но если ты попросишь меня исчезнуть – я больше не сделаю этого.

Мои кулаки сжаты так, что кожа горит от рези ногтей. Мне страшно раскрыть их и показать ему уязвимость – стоять перед ним, обнаженной сквозь одежду, признаться в том, что я все равно тянусь к нему.

– Тео… не нужно, – пытаюсь отодвинуть его легким сопротивлением, упираясь ладонями в крепкую грудь и чувствуя, как яростно бьется его сердце под моими пальцами.

– Скай, нужно, – он осторожно, но крепко обхватывает меня за запястья.

– Я не могу…

– Я смогу за нас двоих, пока ты не можешь. Я смогу за тебя, пока ты не можешь, – произносит он, нежно скользя пальцами по моим рукам. – Я буду твоими руками, когда ты боишься. Я буду твоими словами, когда твой голос дрожит. Я буду твоими глазами, когда ты не захочешь видеть. Я буду твоим. Я смогу, Скай.

Я буду твоим… Я смогу…

И я больше не сдерживаюсь…

– Я думала, что сошла с ума, Тео, – проговариваю с горечью, будто снова расковыриваю рану на сердце. – Ты снился мне каждую ночь: твои руки… – пальцы медленно скользят по его запястьям, ловя тепло и жизнь, – твой голос… – ладонь поднимается к шее, чувствуя пульс и близость, – твои глаза… – я встречаю его взгляд, полный той же боли и надежды. – Скажи, что все будет хорошо? – слеза медленно скатывается по щеке, жгучая и настоящая.

Тео долго смотрит на меня, не предпринимая никаких действий, и я уже хочу разрыдаться и завопить во всю глотку о том, как мне было больно все это время без него.

Но он дарит мне то, в чем я так сильно нуждалась, то, о чем я просила каждую ночь, то, о чем плакала, – опускает ладони мне на спину, прижимает к себе с такой деликатностью и силой, что я ощущаю – здесь мне будет хорошо.

Уткнувшись носом в его грудь, закрываю глаза и задерживаю дыхание в легких, боясь даже пошевелиться – боюсь, что сейчас что-то случится и все прекратится.

– Дыши, Скай, – шепчет он на ухо и прижимается еще крепче, чтобы я не забывала, что я не одна.

Вдох – его запах, его запах, его запах.

Выдох – он все еще здесь, он рядом, он держит меня и не отпускает.

Вдох – умиротворение входит в каждую клетку организма.

Выдох – безопасность.

– Умничка, Скай, – нежно произносит он, и его ладони скользят к моей пояснице. – А теперь давай помолчим, хорошо? – просит он, легонько целуя меня в висок.

Тео…

– Не отпускай меня, Тео, – вцепляюсь пальцами в его футболку.

Он не отвечает. Его руки скользят по моим бедрам, обхватывают за ягодицы и приподнимают. Я обвиваю его торс обеими ногами, ладони опускаю на шею, не желая отстраняться от него.

Тео разворачивается, направляясь обратно в глубину дома, поднимается с моим весом на второй этаж и открывает дверь. Оказавшись внутри, он осторожно опускается на кровать, все так же продолжая держать меня близко к себе. Его ладонь поглаживает мой затылок, плавно скользя по спине.

– Тео…

– Тише, Скай. Тише, – шепчет он, окутывая меня своим теплом не только снаружи, но и внутри.

Тишина… рядом с ним – лучшее, что могло произойти.

Он проводит пальцами по моему уху, заправляя за него волосы. Отодвигаюсь от его плеча, смотрю ему в глаза, и из моих снова хлещут слезы. Я не пойму, что это такое, почему так больно сейчас? Это новая разновидность боли? Боль примирения?

– Ты не скажешь мне, чтобы я перестала плакать? – спрашиваю я, отпуская из себя травмирующую влагу.

– Не скажу, Скай, – осторожно отвечает он. – Если тебе хочется плакать – плачь, и я буду рядом. Если тебе хочется смеяться – смейся, и я буду рядом. Если ты захочешь побыть наедине с собой – я буду сидеть в соседней комнате и ждать. Если ты захочешь переехать отсюда – мы уедем сразу же.

Я знаю, что это не пустые слова, это не обещания, которые не осуществятся. Это факты и события, которые произойдут. Тео всегда все доказывает действиями.

– Ты помнишь про эвкалипт…

– Эти воспоминания выгравированы в месте, куда не доберется время.

– Ты… меня простил? – спрашиваю я, глядя ему в глаза.

Он пододвигается к моему лицу, оставляя долгий поцелуй на лбу.

– А ты разрешишь мне быть с тобой, пока я дышу? – интересуется он шепотом. – Ты простишь меня за все дерьмо, которое я делал? Простишь за слова, которые говорил тебе? Простишь, что относился к тебе так…

– Как я и заслуживала.

– Скай, если ты позволишь, я покажу тебе мир, который ты заслуживаешь. Тот, в котором ты жила до этого дня, не заслуживал тебя. Я подарю тебе тот, который станет твоим. Только если ты скажешь мне, что не закроешься от меня, как только я моргну.

– Я… отдам тебе деньги, – выдыхаю я, и он опускает ладонь мне на шею, пододвигая мой рот к своим губам.

– Хорошо, – отвечает он, – но я возьму их только в том случае, если ты станешь моей женой, мышь.

Отодвигаюсь от него, хмурюсь, заглядывая в глаза, но не вижу в его лице ни единого намека на шутку.

– И нет, я не шучу.

Я собираюсь что-то сказать, но он перебивает меня:

– И нет, это не лишь бы заткнуть тебя.

Приоткрываю рот, но он снова прерывает, и на этот раз не словами, а своими губами. Он целует меня, опуская ладонь на мое бедро и разворачивая меня на спину. Он нависает надо мной, устраиваясь между моих ног. Его ладонь скользит от плеча к моей кисти, переплетая наши пальцы. Он держит и не отпускает – дает мне чувствовать себя в безопасности.

Когда он отстраняется, мы смотрим друг другу в глаза и просто молчим несколько десятков секунд, прежде чем я решаю заговорить:

– Тео, я чувствую к тебе кое-что, –