Король-волк - Эндрю Питерсон

Джаннер почувствовал, что жизнь, воздух и мысли покидают его; всё существо мальчика наполнилось пугающе горячей любовью. Он чувствовал присутствие Создателя, подобное раскату грома, могучей волне, прохладному дождю, дыханию новорождённого и той радости, с которой весна выходит из могильных недр земли.

95

Цена исцеления

Когда Джаннер бросился сквозь поющую толпу, Лили удержала мать. До глубины души её пронзила боль, но девочка не сомневалась: всё, что происходит здесь, возле Святилища Огня – воля Создателя. Она вцепилась в Нию, хотя та вырывалась и вопила, и, когда мать повалилась наземь, Лили рухнула вместе с ней. Они ухватились друг за друга и закрыли глаза, потому что всё вокруг залил яркий свет.

И сразу же древняя песнь стихла.

Странный туман окутал пригорок, заслонив солнце. Лили подобрала костыль и поднялась на ноги. Когда ветер разогнал дымку, она увидела именно то, что ожидала.

Сотни мужчин и женщин, мокрых от росы, в доспехах и плащах с чужого плеча, молча стояли в сиянии рассвета. Высокая красивая женщина – Лили догадалась, что это Арундель, – разглядывала собственные руки, как будто никогда раньше их не видела. Стоящий рядом мужчина набросил ей на плечи плащ и повернул лицом к солнцу. За его ноги цеплялись трое маленьких детей. Как шум приближающегося дождя, по толпе пронеслось восхищённое аханье, а потом смех и радостный плач.

– Он исцелил их, – произнесла Лили.

И тут голос, который она уже почти забыла, закричал:

– Джаннер!

В голосе Кальмара больше не слышалось волчьего рыка, и он, единственный посреди общего ликования, звучал скорбно.

– Джаннер, зачем?! – рыдал Кальмар. – Это должен был сделать я!

Ния вскочила, и Лили стала пробираться вслед за матерью сквозь толпу. Когда люди расступились, она увидела Кальмара – Кальмара-мальчика, повзрослевшего и вытянувшегося. Он сидел на земле рядом со светящимся камнем и держал в объятиях Джаннера.

Тело Джаннера, исходящее паром, напоминало скелет; жизнь покинула его, однако на лице мальчика было выражение полного покоя. Шрамы на шее и на плечах казались почётными наградами.

Ния и Лили упали на колени рядом с мёртвым Джаннером. Вопль Нии сотряс небеса; она прижала сына к груди, укачивая его как младенца.

– Мальчик мой, – проговорила она. – Мой маленький мальчик.

Кальмар и Лили приникли головами к запавшей груди брата и заплакали вместе с матерью. Стоящие вокруг люди присоединились к ним в скорби, смешанной с благодарностью.

Над Ветрокрылами пронеслась тень, и Лили, щурясь, посмотрела на крылатый силуэт, скользнувший в небе. Артам Ветрокрыл приземлился среди толпы и, молча взглянув на Джаннера, на камень и на исцелённого Кальмара, сразу понял, что произошло. Осенив раскинутыми крыльями детей и Нию, он коснулся ладонью лба Джаннера и оглядел безмолвную толпу.

– Такова цена исцеления.

– Я не хотел этого! – простонал Кальмар. – Он велел мне петь, и я…

– Он никогда тебя не покидал, – ответил Артам, улыбаясь сквозь слёзы.

Кальмар шмыгнул носом:

– И вот теперь покинул.

Они завернули тело Джаннера в плащ, и Ния, прямая как стрела, с высоко поднятой головой, отнесла сына в подвал замка. Кальмар нёс камень. Лили от горя не могла сыграть ни одной ноты. Она молча смотрела, как Ния кладёт Джаннера на пол.

– Откройте вход, – велела Ния, указав на дверь, ведущую в Святилище Огня. – Опустите его туда. Пусть Создатель нам поможет.

– Не получится, – сказала Лили.

– Чтобы открыть Святилище, нужны мы трое, – объяснил Кальмар, глядя на неподвижные очертания Джаннера под плащом.

– Здесь Хранитель трона, – сказала Ния. – Артам, помоги им!

– Даже если мы откроем Святилище, ничего не выйдет, – возразил Кальмар. – Нельзя приказывать Создателю.

Гневные слёзы Нии блестели в свете камня.

– Почему?

Кальмар покачал головой:

– Нельзя. Прости, мама.

– А где был ты? – спросила Ния, обернувшись к Артаму. – Ты опоздал!

– Я прилетел, как только смог, – ответил Артам. – Без Сары я бы пропал, Ния.

– Кто такая Сара?

– Девочка, с которой Джаннер познакомился на Фабрике вилок. Она отыскала меня в лесу и сказала, что, если Анниера на самом деле существует, она хочет поселиться там со своими сиротами. Мы отплыли из Скри на «Энрамере» пять дней назад – мы добирались бы и дольше, но буря погнала нас в нужную сторону. Я полетел вперёд. Корабль скоро прибудет… – Артам со вздохом взглянул на тело Джаннера. – Это было хорошее путешествие. Ему бы понравилось. – Он взял Нию за руку и дождался, когда женщина взглянет на него. – Ния, поступок Джаннера прекрасен. По-другому ничего бы не получилось.

Ния сгорбилась и опустила голову:

– Не получилось бы что?

– Насадить новый сад, – ответил Кальмар. – Так сказала нам Арундель.

Артам застыл с открытым ртом:

– Арундель?.. – Он так растерялся, что Ния улыбнулась сквозь слёзы:

– Да, Арундель.

– Она…

– …жива. Она здесь.

Гнев Нии превратился в скорбь, и она вместе с Кальмаром и Лили принялась оплакивать Джаннера.

– Мальчик мой… каким же ты был чудесным!

– Мама, – позвала Лили, – пойдём посмотрим на новый сад.

Ветрокрылы вышли из погреба и увидели новых жителей Анниеры, которые почтительно стояли под ясным синим небом среди развалин замка, словно чего-то ждали.

Арундель плотнее запахнула на себе плащ и шагнула вперёд. Её длинные волосы развевались на ветру.

– Артам Ветрокрыл, – сказала она, – возьмёшь ли ты меня в жёны?

Артам перестал стыдиться своих когтей и ороговевшей кожи, перестал бормотать, мотать головой и слышать грозные голоса. Он забыл о своём былом позоре. Он подхватил Арундель на руки, поцеловал её – и только через несколько минут понял, что они летят высоко над головами ликующей толпы.

96

Нет больше Клыков

Исторические хроники Ануота сообщают, что гибель Джаннера Ветрокрыла и возрождение Сияющего Острова Анниеры положили начало Пятой эпохе – долгим годам мира и процветания, и ими в той или иной мере наслаждались все живые существа, которые ходили по земле, плавали в море и летали в небе.

В то время как тело Джаннера покоилось в подвале замка Ризен, Верховный король Кальмар Ветрокрыл благословлял новых жителей Анниеры и давал им новые имена. Бывшие Клыки, один за другим, склонялись перед ним, и он нарекал их самыми красивыми и звучными именами, какие только мог придумать. Они принимали их смиренно и радостно, потому что знали, какая цена за это уплачена. Даже расщепки, помнившие свои прежние имена, но воодушевляемые надеждой на новую жизнь, попросили себе другие. Мужчины и женщины, которые так и не стали Клыками, тоже получили новые имена и приняли подданство Анниеры, великодушно предложенное Кальмаром.

Одни свежепоименованные анниерцы разбили лагерь в поле