Барсук с нашего двора - Пал Бекеш

— И что же там обсуждалось? — полюбопытствовал я, решив воспользоваться неожиданной словоохотливостью соседа.

— Разумеется, животрепещущие вопросы всего барсучества. Но к сожалению, — вновь погрустнел он, — на сей раз возникло резкое противостояние партий.

Сосед готов был опять уйти в свои мрачные мысли, но я поспешно задал очередной вопрос:

— А что было главным предметом обсуждения?

— Лисы, — кратко ответствовал Михейскорняжкин.

— С лисами… что-то не в порядке? — осторожно допытывался я.

— Разве вы не знаете, что между лисами и барсуками с незапамятных времён натянутые отношения? — укоризненно глянул он на меня.

— По правде говоря… даже не подозревал об этом… — пролепетал я.

— Чего ни коснись, ничего вы не знаете! — голос соседа прозвучал довольно-таки резко. — Вполне естественно, если во время вечерних передач некстати отходить от телевизора.

— Обещаю впредь исправно смотреть познавательные передачи, — поклялся я, и Михейскорняжкин коротким кивком принял мою покладистость к сведению.

— Суть в том, что барсуки — отменные строители. Надеюсь, хоть это вам известно? Дома строят — загляденье: терраса, пять-шесть ходов-выходов, один другого удобнее и краше, вентиляционная система строго продумана с таким расчётом, чтобы внутри всегда был свежий воздух. Барсучье жилище куда просторней и удобней, чем эти клетушки, — он презрительно кивнул в сторону своей квартиры.

— Да уж, хуже наших поискать, — заметил я, поскольку сам ютился в такой же тесноте, что и Михейскорняжкин.

— И вот, когда дом построен, — драматическим тоном продолжил сосед, — лиса заявляется на готовенькое и безо всякого спроса-разрешения поселяется в одном из ходов барсучьих владений. А иной раз мало-помалу захватывает всё жильё целиком, вытесняя хозяина!

— Подло и унизительно!

— Совершенно с вами согласен. Но… ведь и лисицу понять можно, — смягчился Михейскорняжкин. — Барсук по большей части живёт один, словно средневековый властелин в замке. А у лисий семейства большие, и в строительных делах они мало смыслят. Словом, с жильём трудно, а жить-то ведь где-то надо…

— Ваша правда! — решительно согласился я.

— Так, значит, вправе лисица вселяться в барсучьи владения? — коварно поинтересовался Михейскорняжкин.

— Конечно, вправе! То есть как же это — вселяться в чужое жилище?! М-да… нечего сказать, вопрос заковыристый.

— О том и речь. Вот и раскололся барсучий съезд на два лагеря. Сама постановка вопроса: «Барсуки или лисы» — вызвала целую бурю споров. Одна из партий взяла себе название «БАРСУКИ-PRO», за барсуков, стало быть. Сторонники её настроены крайне решительно. Гнать, кричат, лисий этих взашей, отпугивать всяческими ухищрениями, капканы ставить, а если понадобится, так и в открытую борьбу вступать. Предводитель этой партии — шотландец МакБарсук, сквалыга, каких свет не видал, этому и глотка воздуха для лисий жалко. К его позиции склоняется и Барсучини, очень симпатичный итальянец, но нрава весьма вспыльчивого. Этот безапелляционно заявляет, что нам, барсукам, солидным и рассудительным, с наглым, пронырливым лисьим племенем и в переговоры вступать нечего.

А вот члены другой партии — «БАРСУКИ-CONTRA», то бишь против барсуков, — проявляют большее понимание. Коль скоро лисы нуждаются в жилье, нельзя же быть настолько бессердечными, чтобы не поделиться с ними, отдать хоть какой-нибудь закуток. Кроме того, лисиц ведь очень много, вздумай они всем скопом выступить против барсуков, и нам худо придётся. Словом, нравится — не нравится, а надо приучаться к совместному житью. Глава партии, старый грек Барсукопулос, стремится к переговорам и примирению с лисами, его поддерживает и украинский делегат, госпожа Барсучко… ах, вы бы видели, какая красотка! — к моему величайшему изумлению, прищёлкнул языком Михейскорняжкин. — Только ведь Барсучко с её идеей коллективного барсучества призывает к перевоспитанию натуры, а барсук испокон века одиночка, сам по себе. Теперь вы имеете представление о том, какие страсти разгорелись на нашем съезде.

— Позволю себе спросить, а вы-то, дражайший сосед, ЗА барсуков либо ПРОТИВ?

— В том-то и дело, — Михейскорняжкин не сводил задумчивого взгляда с олеандра. — Растерянность моя понятна. Ведь меня выбрали мировым посредником. Конечно, большая честь, но… отсрочку я получил до завтра. Вот теперь сиди и ломай голову.

Я тоже напряг мозги. Михейскорняжкин, должно быть, заметил по моему нахмуренному лбу, что я весь в раздумьях, но… тщетно! Ничего путного на ум не приходило. С лисами этими и впрямь не разберёшься.

Михейскорняжкин встал, потянулся, похрустев косточками, затем сунул скамеечку под мышку и на прощанье сказал:

— Ладно, утро вечера мудренее. Глядишь, во сне какая мыслишка явится. — И угрюмо побрёл к себе. На его гладкой блестящей шкурке радужной россыпью искр играло солнечное сияние.

На другой день я загодя запасся солёными палочками, чтобы сдержать данное соседу обещание и не прозевать «Вечернюю сказку». Я направлялся из кухни в комнату, когда в дверь постучали и на пороге появился сосед. Но главное — в каком необычном виде! Во фраке, с тщательно завязанным галстуком. Глаза его лукаво поблёскивали.

— Ик! — громко произнёс он.

Я изумился, хотя и постарался скрыть своё удивление. Что греха таить, я ни разу не слышал, как барсуки икают.

— Хотите водички? — нашёлся я. — Бабушка учила, мол, наилучшее средство от икоты — семь глотков воды. Семь, и ни глотком больше.

— Само пройдёт… ик! Это всё шампанское виновато.

Изумление моё возросло пуще прежнего, ведь мне никогда не доводилось слышать, что барсуки, оказывается, пьют шампанское.

— Значит, баловались шампанским, милейший сосед?

— Выпил на радостях. Ведь я нашёл-таки выход из положения. Примирил «Прошек» с «Контриками»!

— Но это же прекрасно! — возликовал я.

— Во сне пришло озарение. И выход-то простым оказался… ик! Среди лисий ведь всякие попадаются: есть и нахалки беспардонные, и хитрющие — не зря же говорится, хитрый, мол, как лиса, — и злющие. А бывают честные, порядочные, даже мудрые, я и сам с такими не раз встречался. Да и барсуки далеко не все одинаковые… ик! Вот и выходит, что каждую лису и каждого барсука надо оценивать по отдельности… Словами это выразить трудновато… ик! — да и на деле осуществить нелегко.

— А результат каков? Станут теперь пускать лисиц в барсучьи жилища или нет?

— Ответ состоит из одной фразы, с которой… ик! — все согласились.

— Что же это за фраза? — от нетерпения занервничал я.