Дом белого ворона - Фальк Хольцапфель

Вдохновлённая жалкими крохами надежды, которые приготовило ей утро, Джес подошла к зданию вокзала. Свет редких фонарей выхватывал из сумерек безобразную угловатую бетонную коробку. Небольшой навес, разбитые стеклянные двери и скопившийся во всех углах мусор. На указателе над дверью кто-то исправил название города, и теперь там было написано «Добро пожаловать в Рвотенбах!». Джес фыркнула: название показалось ей очень подходящим. Она расправила плечи, готовая начать путешествие и в одиночку противостоять судьбе, но едва сделала шаг к бетонной коробке, как перед ней на пол грохнулось что-то большое и тёмное. Молниеносно отскочив, она выхватила из кармана усиленный артефактом перцовый баллончик. Лежащее на земле тёмное, размером с неё, обтрёпанное нечто не шевелилось. Подойдя чуть ближе, она с облегчением выдохнула. Куча оказалась гигантским вещевым мешком. Она ещё не успела поднять глаза, чтобы посмотреть, откуда он взялся, как с навеса спрыгнула тёмная тень. Завершив полёт крутой, как в кино, посадкой на три точки, чтобы амортизировать удар, существо просияло ей навстречу слишком хорошо знакомой тролльской улыбкой.

– Я помогу тебе нести твой тяжкий груз, Джесмина Эспозито! – воскликнул он. – Сколько потребуется. И если я смогу защитить тебя своей жизнью или смертью, я это сделаю.

Джес, оторопело моргнув, открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но тролль оказался шустрее. Он поднял над собой изрядно потрёпанную ракетку для крикета и опустился перед девушкой на колено. – Мой меч принадлежит тебе.

Несколько секунд стояла тишина, а затем Джес рассмеялась:

– Мать великодушная! Юри, я уезжаю всего на несколько дней, и не к горе Рока, чтобы уничтожить Кольцо.

Но тролль, отчаянно помотав головой, встал в полный рост. Он горделиво устремил ввысь торчащие из копны каштановых волос гнутые рога и помахал пальцем в знак несогласия:

– Просто так во Франкфурт не прогуляешься. Его тёмные башни охраняет кое-кто похуже банкиров.

Джес вздохнула.

– Значит, ты был в Нижнем городе и говорил с Арвидом? – спросила она, уже зная ответ, и мысленно пообещала, что Арвид при первой же возможности получит от неё хорошего пинка.

Но Юри, театральным жестом указав на себя, так замотал головой, что взлетели волосы:

– Я тут случайно, провожу ежеутреннюю тренировочную программу. Здесь для неё достаточно места. И предоставившаяся возможность получить аудиенцию у короля гулей с этим вообще никак не связана.

Склонив голову набок, Джес вскинула бровь. Если уж Юри в режиме Средиземья, быстро в нормальное состояние ему не прийти. Но дело ясное: куда она направляется, никто, кроме Арвида, не знал.

Чтобы сменить тему, она поддала ногой вещевой мешок, который не сдвинулся ни на миллиметр.

– И что там у тебя? Ты ведь в курсе, что Франкфурт не в Гималаях?

Тролль в ответ только ещё шире улыбнулся:

– Всё, что требуется для выживания в большом городе.

Джес попыталась приподнять мешок, но с тем же успехом она могла попытаться перенести рояль.

– О, святилище Матери, там что – камни внутри?!

Юри примирительно поднял лапищи:

– Нет-нет, только запасная ракетка для крикета: никогда ведь не знаешь наперёд, что может случиться – карта Франкфурта, мешок с песком, гибкая гантель, кое-что в рот закинуть, комиксы само собой, канат, полотенце, сменное бельё, ещё там всякие мелочи и двадцать килограммов птичьего корма. В этих бетонных пустынях птахи наверняка всегда голодные. – С этими словами он поднял мешок так, словно тот наполнен одним воздухом.

– А что за талисман на нём болтается?

Под мешком раскачивался железный шар с дыню величиной. На нём была намалёвана улыбающаяся физиономия, у которой недоставало нескольких зубов.

– Да это моя походная гиря. Если я запущу тренировки, Бьорн заставит меня заново перекрывать его крышу.

Джес собиралась сказать ему, что и во Франкфурте наверняка есть птичий корм, мешки с песком и тяжёлые камни, что безумие ждать её несколько часов на вокзале с мешком в центнер весом и что она всё равно его с собой не возьмёт. Но вместо этого смогла произнести лишь отрывистое «ага».

– Итак, идём, мадам? – Юри открыл дверь в здание вокзала.

Джес прыснула:

– Ещё раз назовёшь меня «мадам», и я заставлю всех в Аркене поверить, что ты фавн.

Юри в панике поднял руки:

– Ладно-ладно, ваше ведьмачество!

Джес в ответ лишь закатила глаза, и они вошли в здание. Там было пусто. Вестибюль пребывал в таком же упадке, что и площадь: место, которое никому не принадлежало и где никто не хотел находиться, словно здесь осталось что-то от пустоты пожирателей. Даже Юри молчал, втянув голову в плечи. Взгляд его безостановочно блуждал по вестибюлю. Они шли по треснувшим керамическим плитам, и Джес наконец собралась с духом:

– Юри, послушай, ужасно мило, что ты ждал меня здесь и провожаешь к поезду. Но ты ведь понимаешь, что не можешь поехать со мной, да? Это дело ведьмы. Да и Ариану твоя помощь пригодится.

Не глядя на неё, Юри кивнул. По раскрошившимся ступеням они поднялись на перрон, и Юри показал на стрелку вокзальных часов:

– Поезд будет через пять минут, и у нас, стало быть, ещё четверть часа. – Он выудил из кармана усеянной нашивками жилетки что-то похожее на батончик мюсли размера XXL и протянул Джес. – Хочешь попробовать? Мёд, овсяные хлопья, орехи и киноа. Сам сделал.

Джес, поблагодарив, отказалась, и Юри, пожав плечами, запихал весь батончик в рот. Работая челюстями, он поправил вещевоймешок на спине. Джес наблюдала за ним. Вообще-то ей нужно радоваться, что он принял её решение без возражений – но тогда откуда эта пустота в душе?

Тролль вытер крошки с губ и сладко зевнул, чем осчастливил бы любого зубного врача. Потянувшись, он проверил, не идёт ли поезд.

– Ну, что я говорил! Даже без опоздания! – Юри хлопнул в ладоши.

И правда, на горизонте уже показались очертания поезда. Джес смотрела на него, и пустота в душе росла, пока не заполнила её всю, а она всё смотрела, как поезд неудержимо приближается. Если Юри сейчас обнимет её, она просто не сможет уйти. Может, быстро помахать ему на прощание? Да-да, а потом тут же изобразить вулканский салют. Вот только почему всё так трудно?

Тролль резко развернулся к ней. В его чёрных глазах полыхнули красные искры.

– Ты уже поняла, что ничто не удержит меня от того, чтобы сопроводить тебя во Франкфурт? – Его слова прозвучали как вопрос, хотя он не спрашивал.

– Но я ведь тебе объяснила, что это невозможно.

Юри кивнул ещё раз:

– И я понял, что ты хотела сказать. Я знал, что