Команда сорванцов: Музей восковых фигур. Бал газовщиков - Филип Пулман

– Гммм… – сказала Брайди, склонив голову на бок.

– Очень… достойно выглядит, – оценила Анжела.

– Да, прям как набальзамированный, – похвалила Зерлина.

– Что-то все-таки не то, – задумчиво протянула Брайди. – А! Знаю: волосы!

– Только не надо больше жира! – слабо запротестовал Диппи.

Впрочем, они опоздали. Акуленыш Боб с блаженной улыбкой доскребал со дна остатки. Но на самом деле у Брайди было на уме совсем другое.

– Слишком седой, – припечатала она. – С седыми волосами ты смотришься напрочь старым.

– Так я и есть напрочь старый!

– Да, но сегодня нам нужно не это. Ты должен быть молодой, здоровый и… подтянутый. А ну-ка, дай мне сюда эту ваксу, Гром!

– Но зачем?

Диппи застонал и закрыл глаза.

Не обращая ни на кого внимания, Брайди открыла жестянку и взяла столовый нож.

С его помощью она щедро распределила липкую черную субстанцию по прическе Диппи, художественно разровняла и обратной стороной лезвия провела виртуозный пробор.

Покончив с этим, банда подняла жертву, облачила безвольные члены в костюм и вставила ноги в ботинки мистера Добни. В довершение туалета Анжела застегнула целлулоидный воротничок, а Зерлина повязала изысканный травянисто-зеленый с фиолетовым фуляр.

Все собрание в благоговейном восторге пополам с ужасом уставилось на дело своих рук.

Сияющее, фарфоровое, словно глазурованное лицо венчала глянцевая, твердая на вид воронено-черная шапочка волос. Эффект грима, ваксы и жира был поистине…

– Потрясающе! – выразил всеобщие ощущения Бенни. – Чудо! Диппи, ты звезда!

Три-четыре схемы быстрого обогащения уже порхали одновременно по тропическим джунглям его разума – что твои колибри! Он решительно их разогнал. Всему свое время, будут и другие. О, много других!

– Слушайте, сегодня же идеальный вечер для такого дела! Мистер Пейджет как раз переделывает витрины. Никто ничего не заметит!

Взгляд старика Диппи беспомощно прыгал с одной физиономии на другую. Щеки его были заштукатурены слишком густо – тут особо не поговоришь! – но общее выражение тревоги ему передать удалось.

– Вытрыны? – с трудом выговорил он. – Какые вытрыны?

– Ах да, – вспомнил Бенни. – Надо бы рассказать тебе наш план. Садись, Диппи, старина… Гром, постой на дверях.

– Нет! Нет! Абсолютно нет!

– Да! Диппи, ты должен.

– Я отказываюсь!

– Не выйдет, ты нам обещал.

– Ничего я не обещал!

– Он обещал… правда же? Было такое? Было!

– Диппи, на кону интересы общества! Это вопрос чести!

– Это вопрос стыда и позора! Чтобы я торчал в окне у Гребби? Как чертов маненекен? Нет. Нет! Ни в жисть! Вы все тут с дуба рухнули! Все вы тут выкормыши Сатаны, пришли меня мучить! Отыди от мене, враже! На помощь!

– Диппи, – сурово оборвала эти излияния Брайди. – Если ты не сделаешь, как тебе говорят, клянусь, я придумаю такую ужасную месть, что…

– Мы просто вырежем тебе печени, – пообещала Анжела.

– У него только одна, – резонно возразила Зерлина. – Ты, небось, думала про почки.

– И про них, и про все другое. Вырежем и развесим на евойной жаровне для каштанов. Это преподаст ему хороший урок.

Диппи испустил стон и зашатался.

– Не верю, – пробормотал он. – Не верю, что енто все со мной происходит. Такого просто не может быть. Видать, совсем допился – вон видения уже начались, поганые! Все, пальцем больше до бухла не тронусь, вот те крест…

– Ничего не видения, Диппи. Да и ты не пьяница, можешь мне поверить, – ласково и со знанием дела сказала Брайди. – Все по-настоящему. Так что слушай сюда, старый балбес. Мы тебе работу предлагаем.

Диппи еще раз окинул молящим взглядом окружающие его лица и ни в одном не нашел милосердия. Даже Акуленыш Боб флегматично проверял пальцем край ложки, словно это был кинжал; по его кроткому личику блуждала ухмылка флибустьера.

– Ладно, – выдохнул Диппи. – Надо уметь проигрывать.

После этого все, наконец, сели. Гром остался на дверях – на тот случай, если Диппи все-таки предпримет попытку к бегству. Бенни глянул на старые часы над камином.

– Это сколько у нас сейчас времени? Шесть? Отлично. До закрытия «Универмага Гребби» есть еще два часа. А теперь слушай внимательно, Диппи. Помнишь те фальшивые пенсы? Шестнадцать лет назад их отчеканил парень по имени Штамповщик Биллингс и спрятал в подвале дома, в котором сейчас универмаг. Гребби их нашел и раздает покупателям со сдачей. Об этом никто не знает, кроме нас, и мы собираемся его поймать. Мы подкинули ему идею, что монеты надо состарить, а не то его быстро обнаружат. Он собирается заняться этим сегодня. Мы со своей стороны подготовили секретное оружие. Гляди!

И с апломбом заправского мастера сцены он извлек на свет божий детективную камеру мистеров Гровера и Коэна (которую клянчил добрых полчаса и получил, только когда окончательно всех достал). Камера представляла собой… некий плоский круглый предмет, обтянутый черной кожей. Носить ее полагалось на груди; линза торчала из жилетной петли для пуговицы, а затвор спускался, если потянуть снизу за специальное колечко.

– Нам нужно проникнуть в магазин и сделать снимок Гребби с фальшивыми деньгами. Спрятаться в магазине и дождаться своего часа мы не можем – он нас туда, для начала, не пустит. Поэтому нам нужен человек, который откроет нам дверь изнутри. И это бу…

– Взять его, – скомандовала Брайди.

Близнецы повисли каждая на одной ноге Диппи, который попытался совершить отчаянный бросок в сторону окна.

Последовала недолгая битва, в ходе которой опрокинули и погасили свечу.

– Он у вас? – спросил в темноте Бенни. – Сажайте обратно. Гром, где тут спички?

– У меня только одна осталась.

– Ну, значит, будем сидеть в темноте. Диппи, ты там слушаешь?

С губ Диппи сорвался нечленораздельный стон.

– Вот и хорошо. Итак, тебе придется спрятаться внутри и отк…

– Тссс!

Сильная длань Брайди схватила его за плечо, подчеркивая важность этого «тссс».

– Там какой-то шум снаружи, – прошептала девочка.

Все замерли.

Кто-то шептался во дворе за кухонным окном. Затем послышался характерный скреб ногтей по оконной раме – кто-то пытался залезть внутрь. Что-то громко треснуло, расщепилось.

– Ты уверен, что это тот самый дом? – сказали в темноте.

– Точняк, – ответил второй голос. – Прямо под этой громогласной старой каргой, Мэри Малоун.

Со стороны Брайди донеслось короткое шипение. Бенни подал знак, и все дети бесшумно попрятались за столом и креслом-качалкой, присев на корточки. В мутном свете, сочившемся сквозь клеенчатые жалюзи, Гром различал Диппи – старик так и остался сидеть у себя на стуле, погруженный в транс ужаса, будто загипнотизированный удавом кролик.

– А они точно принесли его сюда? – не унимался первый голос.

– Я их сам видел. Тот очкарик тащил его под мышкой…

Опять кукла! Да