Команда сорванцов: Музей восковых фигур. Бал газовщиков - Филип Пулман

Звякнуло стекло – что-то упало на пол и разбилось. Клеенка осторожно приподнялась.

На фоне светлого квадрата обозначились две головы.

Чиркнула спичка. Загорелся фонарь «бычий глаз»; на кухне запахло горячим маслом, и луч света озарил фигуру сидящего Диппи.

– Вот она, – прошептал хрипло первый.

– Ты уверен?

– Еще бы! Ты посмотри, какая образина, я ее где хочешь узнаю. Давай скорее, суй ее в…

Но Гром больше не мог ждать. Влезть вот так в чужой дом! Да еще красть его собственность! В нормальных обстоятельствах он привык считать себя самым робким мальчишкой в Ламбете, но тут в нем взорвался такой гнев, что он завопил во все горло и кинулся на взломщика.

И настал хаос! Внезапно обнаружив, что кухонный мрак вместо мирной восковой куклы населен сонмом демонов с целой бурей кулаков и хищных зубов (это челюсти Акуленыша как раз сомкнулись на чьей-то ноге), грабители, испуская панические крики, ринулись назад, к открытому окну.

Грохот горшков и сковородок…

Адский визг и рычание…

Треск клеенки, разодравшейся сверху донизу…

Стук перевернутого стола…

И вот уже оба преступника оказались во дворе, где, блея от страха, перемахнули через стену и улепетнули по переулку прочь.

Повсюду распахивались окна, люди с любопытством глядели вниз.

– Брайди!!! – раздался сверху могучий рев.

Отлепившись от мокрой брусчатки двора (одни) и высунувшись из кухонного окна (другие), дети подняли головы.

Этажом выше, окруженный облаками светящегося пара, на фоне неба парил монументальный силуэт миссис Малоун.

– Какого черта у вас там происходит?!

– Грабители, ма, – радостно сообщила Брайди. – Мы их прогнали.

– Рада слышать. Где мальчик?

– Ма! – подал голос Акуленыш Боб. – Я ел ногу, ма!

– Будем надеяться, не отравился, – и миссис Малоун наотмашь захлопнула окно.

Дети вернулись в кухню, где их ждал одеревеневший от ужаса Диппи, очень достоверно изображающий восковую фигуру.

Фигура медленно открыла один глаз.

– Ушли? – шепотом осведомилась она.

– Заметьте, уже третий раз кто-то пытается спереть нашу куклу, – сказала Брайди.

– Видать, тут не все так просто, – поделилась Анжела.

– Народ, нам сейчас не до этого, – нетерпеливо перебил их Бенни. – Надо срочно доставить Диппи в магазин и запихать в ту витрину, не забыли?

Гром без малейшего удовольствия оглядел разгромленную кухню. Окно разбито, жалюзи порваны, в кастрюле щербина, которой раньше там определенно не было… но сейчас у них были заботы и посерьезнее, что и говорить.

– Слушайте, – сказал он в воздух, обращаясь сразу ко всем. – Этих парней кто-то явно навел.

– Наверняка другие коллекционеры искусства, – возразил Бенни. – Хотят нашу куклу себе, в какой-нибудь частный музей. Забудь ты об этом – нам надо поторапливаться, а не то универмаг закроется!

– Да погоди ты! Зачем всем этим людям наша кукла? Я смекаю, они хотят провернуть тот же фокус! Они знают, что мы напали на след старого Гребби!

– Вот уж не думаю, – возразила Брайди. – Этого никто не может знать.

– Да идемте же! – Бенни чуть не пузырился от нетерпения.

Он схватил воскового Диппи за руку. Близнецы кинулись на помощь, но Гром замешкался – что это все-таки за необъяснимый интерес к их кукле?

Брайди, кажется, разделяла его сомнения.

– Тот французистый дядька… ну, мусью с конюшни, помнишь? – сказала она задумчиво. – Он на грабителя не был похож. Вряд ли он как-то связан с этими двумя. А тот, самый первый… держу пари, это был Швед Сид. Эти сегодняшние – совсем другие.

– Загадка, – сказал Гром. – Это все такая ж загадка, как…

– Ах да, чуть не забыла! – Брайди достала из кармана маленькую металлическую фляжку. – Вот, возьми и дай Диппи капельку, если он снова соберется в обморок падать. Это конский взбадриватель дяди Пэдди – он его, помнится, залил кобыле старого Чарли Мэггота, когда она встала и идти отказывалась.

– А ты что, с нами не пойдешь?

– Мне надо еще раз взглянуть на куклу. Я догоню.

Прежде чем уйти, Гром быстренько слазил к себе в музей и взял тот самый преступный кусок свинца. Зачем – он и сам не знал. Можно, например, в сточную канаву бросить и сделать вид, что он к нему никакого отношения не имеет…

– Гром, пошли уже! – Анжеле пришлось вернуться и потащить его с собой за руку.

– Да иду я, иду…

Остальных они нагнали в самом конце Хэрриот-стрит, через угол от «Универмага Гребби». На Диппи напялили котелок, надвинутый так низко, и шарф, поднятый так высоко, что между ними виднелись только водянистые глазки и острый, белый, блестящий нос: казалось, стукнись он, не ровен час, обо что-нибудь – сразу отвалится. Он обреченно шаркал по тротуару в обуви мистера Добни – потому что стоило ему оторвать ногу от земли, как та сразу вынималась из ботинка.

– Какие у тебя малюсенькие ножки, Диппи, – прощебетала Анжела. – Прямо как ящички в секретере.

– Оставьте в покое его копыта, – сказал Бенни. – Залезет в витрину, сможет снять ботинки, если захочет. Не удивлюсь, если магазин сегодня закроется пораньше – Гребби, небось, места себе не находит. Чувство вины, во! – оно его пожирает. По потолку, короче, бегает.

Диппи начал дрожать крупной дрожью. Гром увидел, как у него коленки ходуном заходили в узких брюках, а потом послышался некий странный лязг – это трясучка перешла на последние четыре Диппиных зуба.

– Что он там делает? – раздраженно осведомился Бенни. – Дрожит, что ли? Нельзя, чтобы манекен дрожал, он нам сразу всю операцию порушит!

– Так, надо дать ему вот этого! – вспомнил Гром.

– Эт-т-т ищо чт-т-т т-т-такое? – спросил будущий манекен.

– Конский бодритель Брайдиного дяди Пэдди, – объяснил Гром. – Думаю, один хороший глоток приободрит тебя где-то на час, не меньше.

Диппи вставил фляжку куда-то между шарфом и полями шляпы. Последовал короткий всасывающий звук, а потом придушенное «ух!».

– Ну, как пошло, Диппи? – заботливо спросила Зерлина.

Ответил ее собеседник не сразу.

– А… а… – невнятно пробормотал он и отдал фляжку.

Бенни понюхал горлышко и скорчил выразительную рожу.

Что бы там это зелье ни сделало с кобылой старого Чарли Мэггота, но дух Диппи оно явно укрепило. Он с новыми силами зашаркал вперед, высоко задрав голову, чтобы хоть что-то видеть в свою смотровую щель.

Компания остановилась у ярко освещенных газовыми светильниками окон магазина, где толпа входящих покупателей с боями прокладывала себе путь сквозь толпу выходящих. Гром вдруг рассердился: подумать только, мистер Гребби со всеми своими деньжищами, явно немалыми, и, поди ж ты, – раздает фальшивые пенсы кому попало, а наказать за это собираются совершенно