Лисья тревога - Корнелия Функе

В вагончике было сказочно тепло. Мелани принесла с собой кассетник, чтобы у них была музыка, они попили горячего чаю с хрустящими чипсами и быстро справились с уроками.

– Ну надо же, какую уютную квартирку мы отхватили! – вздохнула Фрида, пока все они складывали тетради в сумки. – Ни взрослых, ни братьев, которые нервируют…

– Точно, – поддержала Мелани, ощупывая пластырь на лице в виде сердечка. – И море места для постеров.

– Вот уж нет! – воскликнула Шпрота. – Никаких постеров! Это штаб-квартира Диких Кур, а не какого-нибудь тупого фан-клуба.

Мелани сжала губы. А нижняя губа подозрительно задрожала.

– Знаете, мне обидно! – воскликнула она. – Если слушать мою сестру, то мне разрешается вешать свои постеры не иначе как в туалете, а теперь вы с той же песней.

Труда нервно теребила свои новые сережки.

– Давайте договоримся, чтобы каждая отвечала за свой уголок. Например, Фрида – за кухню, я не имею в виду мытье посуды, оно не только на ней, Шпрота – за угол с матрасом, я – за стол, Вильма – за стену напротив, а…

– …А я, конечно, за выгребную яму за сараем, – проворчала Мелани.

Все засмеялись.

– Хочешь, я тебе отдам кухню? – сказала Фрида.

– Нет, спасибо, оставайся при кухне. – Мелани огляделась. – А что, если я возьму на себя дверь и окна?

Шпрота вздохнула, но остальные были согласны.

На улице стемнело. Дождь всё громче барабанил по крыше фургона, и Труда зажгла свечи.

– Я ужасно волнуюсь из-за завтрашнего вечера, – сказала Фрида. – Вы тоже?

Остальные кивнули. Какое-то время все молча смотрели во тьму.

– Справимся, – сказала Шпрота. – Это будет самое крутое, что Дикие Куры когда-либо делали.

– Точно. – Вильма потянулась и зевнула. – Кстати, Шпрота, твоя мама по-прежнему собирается в Америку?

Шпрота, глубоко вздохнув, откинулась на спинку стула.

– За завтраком она разговаривает со мной по-английски. Вы представить себе не можете, как это бесит!

Вильма склонилась над столом.

– У меня тут одна идея появилась. Мы же можем брачное объявление дать. Красивая таксистка ищет мужчину на всю жизнь – или что-то в этом роде…

Труда захихикала.

Шпрота растерянно посмотрела на Вильму.

– Как ты сказала?

– А что, идея неплохая, – выразила свое мнение Мелани и налила себе колу в пустую чайную чашку. – Ведь у твоей мамы нет времени искать мужа. А про тебя мы в объявлении ничего не напишем. Дети всегда отпугивают мужчин. – Она закрыла глаза. – Так, тихо. Ну вот примерно такое: «Кто утешит меня в моем одиночестве? Красивая молодая женщина ищет сильные мужские руки, чтобы было куда укрыться».

– Мелани! – восторженно пропела Вильма. – Бомба. Как будто ты уже сто раз такое сочиняла.

– Может, так оно и есть? – насмешливо предположила Фрида.

Шпрота со стоном закрыла лицо руками.

– Вы и вправду считаете, что можно написать «молодая»? – спросила Труда. – Шпротиной маме уже, если честно, тридцать девять.

– А вы знаете, что написала бы Шпрота? – Фрида начала искаженным голосом: – «Дочь ищет мужчину для страдающей от несчастной любви и в данный момент, к сожалению, невменяемой матери. Дни посещений: одно воскресенье в месяц. Кандидатам обращаться к дочери. Рассматриваются только обладатели собак, вегетарианцы и некурящие, остальным просьба не беспокоиться».

– Точно! – Мелани от смеха съехала со скамейки. – Именно что-то в этом роде она бы и написала.

Вильма зашлась в приступе безостановочного кашля.

– Нет, вы прекратите фигней страдать? – грозно сказала Шпрота. – У нас завтра опасная операция всей банды, а вы про какие-то брачные объявления думаете.

– Как это опасная? – спросила Труда. Она испуганно смотрела на Шпроту.

– Ну, у моей бабушки, на минуточку, в руках два костыля, если что, – ответила Шпрота. – Ими она точно способна отмолотить воров как следует… Правда, – Шпрота с ухмылкой посмотрела на Труду, – она в данный момент не так уж расторопна.

Похоже, Труду это не особенно успокоило.

– Я вот тут подумала, – сказала Фрида. – А нормально, что мы просто крадем кур, и всё? Не должны ли мы выплатить твоей бабушке компенсацию? Анонимно, я имею в виду, в конверте или еще как.

– Верно, – горячо поддержала Вильма. – Тогда нас не посадят в тюрьму, если кур найдут здесь.

– В тюрьму – из-за парочки старых кур! – Шпрота презрительно сморщила нос. – А может, подложите моей бабушке в курятник пятнадцать замороженных кур, тогда вы даже освободите ее от части работы. Зато на совести у вас будут еще пятнадцать чужих кур. Нет! – Она энергично помотала головой. – Робин Гуд тоже не платил компенсацию.

– Робин Гуд! – Мелани вытаращила глаза. – Эй, подруга! Вернись на землю. Мы собираемся спасти несколько кур.

– Да-да, полный порядок. – Шпрота встала из-за стола и бросилась плашмя на большой матрас. – Можем проголосовать за компенсацию.

– Тайное голосование или открытое? – спросила Вильма. – Господи, ну надо же мне было забыть книгу протоколов!

– Голосовать! – простонала Мелани. – Прямо как в школе. Фред никогда голосование не устраивает.

– Потому что он диктатор недобитый, – сказала Шпрота.

– Кто за компенсацию – поднимайте руку, – Фрида вскипятила воду и поставила чайник на стол.

– Давайте хоть иногда будем глинтвейн пить или что-нибудь подобное! – пробормотала Мелани. – У мальчишек хоть кофе есть!

– Глинтвейн пьют, когда есть что праздновать, – сказала Шпрота. – А куры всё еще в курятнике у бабушки. Итак. Кто хочет из своих скудных карманных денег выплатить куроубийце компенсацию?

– Прекрати! – Фрида рассерженно толкнула ее. – Это давление.

– Окей! – Шпрота вздохнула. – Еще раз: кто хочет выплатить бабушке Слетберг возмещение за украденных кур?

Фрида и Труда подняли руки. Вильма колебалась, но потом и она подняла руку.

– Будет точно не так опасно, – пробормотала она, смущенно глядя на Шпроту.

– Так, я ничего не плачу! – сказала Мелани. – Ни гроша. Что нам дают эти куры? Ничего, кроме работы и какашек. В конце концов, мы крадем их не ради удовольствия, а потому что бабушка хочет их прикончить. Из жадности. Ни гроша не дам. Мне эти деньги самой пригодятся. Их и так мало.

– И дальше наше дело, как отдать деньги, верно?

Фрида посмотрела на Труду и Вильму. Обе особого восторга не выражали, но кивнули.

– Хорошо, тогда и этот вопрос мы прояснили, – сказала Шпрота и села. – Что еще? Ах да, Мелли боится… – Шпрота бросила на нее короткий насмешливый взгляд, – …что от черной краски на лице у нее опять появятся прыщи, поэтому завтра вечером она скроет свое фарфоровое личико и ангельские локоны под темным платком. Коробки принесут Пигмеи. Я сказала Фреду, чтобы они провертели дырки в картоне и на дно немного травы насыпали. Надо надеяться, не забудут. Все уже сказали дома, какой фильм мы все вместе будем у меня смотреть?