И снова Пумукль - Эллис Каут

Но Пумукль не стал болтать дальше — он думал. Ему давно уже надоело играть в молчанку, когда в мастерскую приходили клиенты. Теперь представлялась возможность изменить это положение, не рискуя рассердить мастера Эдера.

— Я придумал! Я буду в следующий раз пищать, как мышка: один раз — обозначает: зонт! Два раза шляпа! Три раза — зонт и шляпа! — И Пумукль запищал точно так же, как пищат мыши, попавшие в ловушку.

Эдер в ужасе замахал руками:

— Только не это! Ты же разгонишь всех моих клиентов! Давай договоримся с тобой о каком-нибудь самом неприметном обычном звуке.

— У-у-у! — с готовностью протянул Пумукль.

— Не годится, похоже на паровоз.

— Апч-ч-ч-чхи!

— Сразу примчится скорая помощь, — засмеялся Эдер.

— Тебе не угодишь, — проворчал Пумукль и тут же воскликнул: — Придумал! Это будет лучший вариант! Я буду потихонечку тявкать, как маленькая собачка. Это никого не испугает и не удивит: кругом так много собак, люди любят собак.

Эдеру тоже ничего лучшего не пришло в голову, и он махнул рукой:

— Ладно, тявкай, но только в самых экстренных случаях и одного короткого «гав» будет вполне достаточно.

Пумукль был счастлив.

«Это будет тайный язык домового! — думал он, — хоть бы в мастерскую скорее зашли клиенты и забыли бы все свои зонты и шляпы, чтобы я мог испробовать свой тайный язык».

Но, к сожалению, в этот день так никто больше не появился в мастерской.

Пумукль не находил себе места от нетерпения и решил искать другую возможность испробовать свой собачий язык.

Эта возможность ему представилась, когда Эдер отправился в магазин за сигаретами и колбасой. Домовой, разумеется, увязался за ним. Там в это время никого из посетителей не было, и продавщица тут же принялась обслуживать мастера. Когда она взвешивала колбасу, Пумукль тявкнул, как и договаривались, совсем коротко и негромко.

— Вы привели с собой собаку? — удивилась продавщица. Она знала, что у Эдера не было собаки, да к тому же заходить в магазин собакам было запрещено.

Эдер, конечно же, узнал голос Пумукля и ответил:

— Нет, это не собака. Это… скрипнула доска на полу, — и стал осматриваться по сторонам, вроде бы как в поисках упавшей вещи.

— Ну что вы, пол так не скрипит, — сказала женщина и тоже стала оглядываться кругом.

Тут мастер Эдер обнаружил монету, лежащую у его ног.

— Вот почему он залаял, — пробормотал Эдер и поднял с полу монету.

— Кто? — брови продавщицы поползли вверх.

Эдер смутился и поспешно сказал:

— Вот, кто-то выронил деньги. Что я вам должен?

Расплатившись, старый мастер немедля покинул магазин и облегчённо вздохнул, оказавшись на улице.

Домовёнок прыгал возле его ног и, довольный собой, попискивал:

— Здорово, что я придумал собачий язык, да? Деньги ведь ещё важнее зонтов, правда?

Эдер не успел ответить, так как в этот момент перед ним остановился немолодой мужчина с собакой на поводке. Это был директор городской фабрики Вайс — давний клиент мастера.

Поздоровавшись за руку, Вайс стал расхваливать недавно сделанный Эдером шкаф. На полуслове его оборвал негромкий, но отчётливый лай собаки.

— Успокойся! — приказал, повернувшись к своей таксе, директор.

Эдер стал лихорадочно осматриваться кругом — что он опять нашёл, этот глазастый домовой?!

— Вы что-то потеряли? — спросил его Вайс.

— Нет я ничего не потерял, — сказал Эдер не столько Вайсу, сколько Пумуклю.

— Попробуйте заказать новые очки, — посоветовал мастеру директор, я в своих тоже перестал хорошо видеть.

Пумукль залаял снова.

— Перестань! Ведь ничего не случилось! — приказал Эдер, начиная нервничать.

— Вы не любите собак?

— Я хотел бы только знать, почему он лает.

— Он не любит, когда я останавливаюсь на улице с кем-нибудь поговорить.

И тут Эдер увидел перчатку, выглядывавшую из-под ботинка директора: видимо, тот уронил её, когда протянул мастеру руку для приветствия.

— Теперь я знаю, почему он лает! — воскликнул Эдер. — Вы наступили на вашу перчатку.

— Да, действительно! — удивился Вайс, поднял перчатку и погладил таксу. — Молодец, Валди, молодец!

В этот раз залаял Валди, но не потому, что его похвалили, а потому что Пумукль ущипнул его за хвост.

— Знаешь что, — обратился Эдер к Пумуклю, когда они, попрощавшись с Вайсом, отправились дальше, — с этим лаем…

— Здорово, да? Если бы Вайс оставил перчатку, тебе пришлось бы догонять его.

— Да, конечно, — вздохнул Эдер.

— Глупую собаку хвалят, а о разумном Пумукле только вздыхают, — обиделся домовёнок, но тут же закричал, увидев за углом кондитерскую:

— Я голоден! От этого лая так хочется есть! Купи мне шоколад!

— Ты получишь дома колбасу.

— Не хочу колбасу! От лая у меня появился шоколадный голод!

— Не думаю, что голод от того, что говоришь, другой, чем от того, что лаешь.

— Но ведь ты никогда не лаешь, откуда ты можешь знать?

— Зато собаки лают, и я знаю, что у них всегда колбасный голод.

— Но я — не собака, я — домовой! — не сдавался Пумукль.

Но Эдер не давал себя уговорить.

— Иди сейчас же в магазин и купи мне шоколад! — приказал Пумукль.

Это был как раз тот тон, которым не следовало бы говорить со старым мастером.

— Во-первых, в таких случаях говорят «пожалуйста», а во-вторых, ты не всегда должен получать всё, что хочешь.

— Если ты не купишь шоколад, я буду лаять!

Эдер пожал плечами:

— На здоровье.

— Я буду так громко лаять, что все люди сбегутся! — и домовёнок громко залаял.

— Прекрати немедленно!

— Если ты — гав-гав, купишь шоколад — гав-гав-гав! — Последнее «гав-гав» Пумукль пролаял так заливисто, что некоторые прохожие стали озираться по сторонам. Домовёнок, видя, что его лай производит впечатление, принялся изощряться на все лады.

Две женщины и мужчина остановились у витрины кондитерской. Лай раздавался как будто бы из подвального окна под витриной.

— Бедное животное! — воскликнула одна из женщин. — Надо же что-то предпринять!

— Вероятно, собака упала в окно подвала и не может выбраться, — предположил мужчина. — Надо вызвать управдома.