Дом белого ворона - Фальк Хольцапфель

– Нет, спасибо. Мы ничего не покупаем. – И, глядя в пол, покачал головой.

– Ну же, гоните бабки! – голос его сорвался. Он облизнул узкие губы. Нож в его руке дёргался вперёд-назад, как разозлённая змея. По-боксёрски втянув голову в плечи, он то и дело оглядывался.

В горле у Джес пересохло. Она попыталась спрятаться за стоящий рядом с ней на сиденье громадный вещевой мешок, а пальцы сами собой скользнули в карман и сжали металлический цилиндр. Теперь только бы не брякнуть чего не следует, иначе всё кончится несчастьем. Чёрт, и почему она так расслабилась!

Юри, как она велела, по-прежнему не поднимая глаз, качал головой:

– Нет, спасибо!

– Эй, ты что, хочешь, чтобы я тебя покалечил?! Деньги давай! Или…

Джес наконец вышла из оцепенения. Она чуть коснулась Юри носком ботинка, хотела вынуть руку из кармана, но в грозном взгляде нападавшего читалось молчаливое предостережение.

– Юри! – позвала она без всякого выражения. – Это нас грабят, Юри.

Тролль, наконец подняв глаза, взглянул на грабителя. На оружии его взгляд задержался дольше.

– С кухонным ножом? – уточнил он.

Избегая смотреть на разбойника, Джес кивнула.

Юри неодобрительно покачал головой:

– Нож совершенно не годится для нападения.

Человек сделал выпад в сторону Юри, размахивая ножом у него перед лицом.

– Брось мне героя изображать! Выкладывайте всё, что у вас при себе. Оба! – Он яростно жестикулировал ножом. – Ваши мобильники я забираю… – Открыв рот, тип уставился на свою руку, в которой ножа уже не было.

– Вот видишь, поэтому ножи и непригодны для нападения. – В одной руке Юри держал зевающего Помелошку, а в другой нож. Он потрогал большим пальцем лезвие и вздохнул: – Да он практически тупой… – затем, слегка наклонив нож по диагонали, поднял его перед собой на свет, – и уже начинает ржаветь. – Он сунул нож обратно в руку грабителю, открывающему и закрывающему рот словно рыба. – Знаешь, какое оружие лучше? – Ответа Юри и не ждал. – Копьё. Да-да, знаю. Можешь ничего не говорить. Копьё выглядит очень архаично. И возможно, не слишком угрожающе. Но у него большая дальность действия и выше скорость! – Он поднял указательный палец, напомнив Джес Бьорна, который наверняка его этому и научил. И тут произошло невероятное. Грабитель кивнул. Глаза круглые, как колодцы, рот открыт. Возможно, он сам этого не осознавал, но медленно кивнул. – И я бы посоветовал тебе небольшую кардиотренировку. Профессиональному бандиту нужно быть в особенно хорошей физической форме. – Юри бросил грабителю свою гирю, тот неловко поймал её обеими руками, но, не удержав такую тяжесть, споткнулся и чуть не грохнулся. Звякнул упавший на пол нож. – По-моему, силовые упражнения для тебя самое то. Для начала одиннадцать минут всего с шестнадцатью килограммами. Эта гиря, похоже, для тебя тяжеловата. – Он одной рукой забрал у парня гирю и поставил рядом с собой, словно дамскую сумочку. Грабитель округлившимися глазами смотрел на его руки. На лбу у него выступил пот. Он закачался и рухнул бы, если бы Юри его не поддержал и не притянул на сиденье рядом с собой.

Джес беззвучно выдохнула и вынула руку из кармана, где лежал газовый баллончик:

– Нельзя же просто так носиться по поезду и угрожать людям ножом! Даже для Франкфурта это слишком. – Она пнула нож ногой, и он полетел по вагону.

Юри поднял руку:

– Знаешь, она права. Даже с таким ножиком ты можешь ранить кого-нибудь или самого себя.

Парень обмяк, как шарик, из которого вышел воздух.

– Ты сделал это впервые, да?

Парень молча кивнул.

Неужели всё это происходит на самом деле? Джес зажмурилась. Только что он хотел отнять у них деньги – а теперь съёжился тут, как какой-нибудь школьник в кабинете у директора.

– Что у тебя стряслось? – спросил Юри спокойным низким голосом.

Парень надвинул бейсболку ниже на лоб. Плечи его дрожали.

– Ну, смелей. У всех у нас бывают трудные времена, но от того, что ты будешь носить всё в себе, легче не станет. Так что случилось?

Парень уже не казался взрослым. Скорее большим одиноким мальчишкой: руки безвольно лежат на коленях, глаза скрыты бейсболкой. Он нервно сглотнул и заговорил – тихо и запинаясь:

– Мы задолжали за квартиру. Ночной магазин закрылся, и я потерял работу. Район бывшего западного порта разоряется. Надёжного Интернета нет, мобильная связь не ловится: старый химический завод создаёт помехи. Перебои с электричеством, кражи машин, разбитые окна. Первые жильцы съехали в районы получше после пожара в мясной лавке. Бывают и нападения. Моя подружка больше не решается выходить в ночную смену. А ещё эти крики по ночам… – Он замолчал, тыльной стороной ладони вытер нос и всхлипнул. Слова, слишком долго остававшиеся невысказанными, цеплялись друг за друга. – Мы бы давно уже переехали, но цены на квартиры в других районах… нам их просто не потянуть. А тут закрылся ночной магазин. Но хозяин нашей квартиры всё равно требует деньги. Половина дома пустует, но от меня он хочет денег. Денег, которых у меня нет. – Он поднял голову, и отчаяние в его больших глазах сменилось яростью.

Юри похлопал парня по плечу:

– Посмотри на Помелошку. У него всего три лапы, но он продолжает ходить. Может, вам стоит уехать из Франкфурта и начать новую жизнь где-нибудь в деревне?

Парень, помедлив, кивнул. Но он кивнул бы, даже если Юри посоветовал бы ему жить на Луне.

Наконец он, спотыкаясь, вышел из вагона с пригоршней батончиков мюсли и всей наличностью Юри, которой как раз должно было хватить на обед. Джес смотрела ему вслед, пока двери не закрылись.

– Нет, ну надо же!

– Какой-то безумный город: доводит людей до того, что они пинают собак, – согласился с ней Юри.

– И угрожают людям ножом, чтобы их ограбить.

– Хм, ну да, и это тоже.

– Но вообще-то я о другом. Думаю, он дал нам первую подходящую зацепку.

Юри непонимающе взглянул на Джес, и Помелошка последовал его примеру.

Краем глаза Джес видела, что мужчина с книгой исчез, и она совершенно не заметила, когда же он вышел. Она посмотрела на табло, где отображалось название следующей станции.

– Следующая наша.

– М-м-м, фкуфнотиф-ф-фа!

Понять Юри можно было с большим трудом. Пока Джес наслаждалась своей порцией фалафеля, он уминал уже третью шаверму. Помелошка, тенью следуя за Юри, втягивал в себя как пылесос всё, что сыпалось у того из свёрнутого