Школа стихий - Анна Леви

сможем вместе погрузиться в блюдо, и тогда ты сам всё увидишь. Круговой обзор не гарантирую, но ты точно всё услышишь своими ушами. Тебе нужно надеть маску и встать четко за мной, чтобы блюдо решило, что мы – один человек. В теории должно сработать, – объяснил дальнейшие действия Эзо. – Энди, вам с Евой надо будет следить за входом и выходом, чтобы никто не пришел, лишние глаза и уши нам ни к чему.

Всё получилось, как и сказал Эзо. Блюдо задрожало мелкой рябью, и Эзо с Лео нырнули внутрь.

Перед ними как на ладони был Большой зал Совета Школы стихий. Парящие в воздухе картины в рамках цвета каждой стихии школы, скульптуры тотемных животных, овальный стол, за которым сидели члены совета. Все участники уже были на местах.

– Уважаемые члены совета, доктора и профессора, – начала Анаир. – Прошу прощения за срыв занятий и срочное собрание. У Ка Рамона есть заявление, которое не терпит отлагательств. Уважаемый Ка Рамон, мы слушаем вас. Прошу.

– В воздухе появился запах гари, я отчетливо его чувствую. Это значит, что объявился и планирует нападение один из могущественных посланников Нечто. Нужно понять, кто именно, выследить его и обезвредить, пока он не нанес непоправимый ущерб и не выбрался за пределы школы. Прошу уведомить Хранителей и привести охрану Школы в полную Стихийную готовность. Мы не знаем, какова их цель на этот раз, – заявил Ка Рамон.

– Когда-то это должно было случиться. Есть следы? – взволнованно спросила Анаир.

– Пока никаких, если только Ка Ру не нашел что-то, – ответил Рамон.

Тихо и отрывисто, без лишних объяснений Ка Ру заявил:

– Разрешите допросить Лео Орлова.

– При чем тут этот мальчишка? Вопрос его нахождения в Школе еще не закрыт, и сегодня я как раз хотел и его решить раз и навсегда, – возмутился Ка Рамон.

– Может, стоит рассказать всем, что именно вас в нем пугает и раздражает, а не прикрываться мелкими событиями? – так же холодно и резко продолжил Ка Ру.

– Раз уж вы, как всегда, всё знаете, то поведайте сами. Прошу. Не ограничивайте себя, – с издевкой произнес Рамон.

– Да, пожалуйста, просветите нас, – поддержала идею Рамона Анаир.

– Лео Орлов оказался в школе Воздуха не случайно. Он с таким же успехом мог оказаться и в Школе огня. Распределительный куб долго размышлял над его стихией и выбрал Воздух, но мог выбрать и Огонь. Именно поэтому огненный шар не убил их с Эзо тогда на арене. Не Ка Рамон остановил шар, Лео сделал это сам. По той же причине и дракон не тронул его, когда должен был сжечь. Аракас признал его своим. Мальчик способен овладеть силой сразу двух стихий, что впоследствии может сделать его одним из величайших Хранителей, – объяснил Ка Ру.

– Или снова привести к Великому противостоянию. Единство стихий под угрозой. Четкое разделение сил – вот главный принцип Школы. Я, как директор школы Огня, лучше других знаю, на что способен огненный нрав, если его ничто не ограничивает, и кто этим может пользоваться, – резко добавил Ка Рамон.

– Он пока только ребенок, которому нужно помочь найти свой путь. Может, не всё так плохо, – заступилась за Лео Анаир. – Но при чем тут допрос, уважаемый Ка Ру?

– Эта часть самая загадочная, даже для меня. Вчера в библиотеке он увидел силуэт предполагаемого посланника. Есть подозрения, что эти видения не из-за снадобья, как все решили. Нужно допросить его.

– Что ж, раз вы так считаете, то я, как Директор школы Воздуха, не возражаю. Только одно условие: без последствий и забвения потом, – согласилась Анаир.

– Прошу слово, – подал голос Ди Мон.

– Пожалуйста, Ди Мон.

– Осмелюсь предложить показать мальчику Книгу посланников Нечто. Возможно, так ему будет проще сориентироваться, – предложил Ди Мон.

– Это исключено! Такого уровня допуск я не одобрю! Только с забвением! – прокричал Ка Рамон.

– Он пока всего лишь мальчик, и это может существенно помочь Ка Ру, – попытался переубедить его Ди Мон.

– Да, в этом определенно есть логика. Если бы существовал другой способ, я бы его использовал. Но Лео заметил лишь тень, смазанную убеждением, что это видение от снадобья. Слишком мутные воспоминания. В них посланника Нечто не увидеть. Нужно, чтобы он всё вспомнил и рассказал. А лезть к нему в сознание я не хочу: он слишком молод для таких потрясений, – обосновал свою точку зрения Ка Ру. – И еще важная деталь. Видимо, Лео обладает чутьем следока, так как сегодня на занятии в дендрарии он, так же как и Ка Рамон, почуял в воздухе запах гари.

Ка Рамон побледнел, его глаза стали стеклянными. Весь Совет замолчал и смотрел на Ка Ру.

– Да, именно так. Мальчик так наивно об этом сообщил, даже смутился, что не ощущает запаха гиацинта, а ведь у него такой насыщенный аромат, не говоря уже про бегонии кустистые и сирень, которые тоже взошли рядом. Вот если бы у него выросли Гимпи-гимпи, то это явно был бы дурной показатель его скрытых черт характера. У темной души бегонии не растут. Я вас уверяю, – сказала Шало Кхан.

– Это редкий дар. Многовато всего для одного мальчика. Может, и зря он в Школе стихий. Справится ли он со всем этим… Чутье следока просто так не появляется. Такая одаренность опасна, соглашусь с Ка Рамоном, – стала рассуждать вслух Анаир.

– Мы должны учить и контролировать учеников Школы. Зачем мы нужны, если будем хоронить таланты? Если Лео не справится, я лично отправлю его в забвение, такое крепкое, что утром он проснется у себя дома в Санкт-Петербурге и даже снов о Школе не увидит, – пообещал Ка Ру.

– Здесь я соглашусь, – заговорил Лаферм. Цель Школы – выращивать таланты. Бывает, что мы растим их из очень заурядных способностей и преуспеваем в этом. Почему же сейчас, когда появился реально способный мальчик, который может что-то изменить, возможно даже для всего мира, мы боимся, что не сможем направить его на верный путь, и ведем разговоры, что безопаснее не помогать ему раскрывать талант? Это недостойно нашей Школы, – спокойно и рассудительно высказался он.

– Вы правы, дорогой Лаферм, – согласилась Анаир.

– До сегодняшнего дня он проявлял себя добрым, порядочным и умным мальчиком. А я умею читать своих воспитанников. Считаю, что ему надо предоставить все возможности и пристально за ним наблюдать, – подытожила Анаир.

– Вариант забвения есть всегда, – напомнил Лаферм.

– Вы, Лаферм, может, забыли, но сейчас у нас объявился посланник Нечто, и нам пока ничего о нем неизвестно. Не время обсуждать судьбу какого-то мальчишки, – с пренебрежением и злостью бросил Ка Рамон.

– Прошу проголосовать за разрешение на допрос, – сказал Ка Ру и повернулся к статуе тантолопса, чьими глазами смотрели Эзо и Лео.

Он очень пристально посмотрел в их сторону. Так пристально, что Эзо хотел вынырнуть. По счастью, внимание Ка Ру отвлекла Анаир.

– Беседу о событиях той ночи. Допрос – это слишком. Он все-таки ребенок. Ни к чему излишнее давление. С ним можно только разговаривать, и никаких, уважаемый Ка Ру, методов гипноза и прочего, отчего могут быть серьезные последствия.

– На такую формулировку я согласен, Анаир. Также думаю, что пока мальчику ни к чему знать всех подробностей о его способностях. Предлагаю понаблюдать, – согласился Лаферм.

– У него есть стержень, я не беспокоюсь. Но, зная методы Ка Ру, даю согласие только на беседу, – тоже согласился Ди Мон.

Тут Лео почувствовал, как его хлопают и тащат за руку. Он понял, что это Ева и Энди, и вынырнул.

– Тут становится очень людно, – с беспокойством сказала Ева.

– Да, мы отвлекали ребят так долго, как могли, но сейчас сюда идут ученики старших курсов делать лабораторную квест-работу, – добавил Энди.

– Спасибо большое, ребята, что прикрыли, – поблагодарил друзей Лео.

– Что, тебя не отчислят? – взволнованно спросил Энди.

– Пока, видимо, нет, но как-то всё непросто… – ответил Лео.

– У Лео редкий талант владения двумя стихиями, Воздушной и Огненной, и чутье посланников, – пояснил Эзо.

– Ничего себе! Такое возможно? – удивилась Ева.

– Я слышал от родителей, что были Хранители и Магистры, которые владели двумя стихиями. Воздуха и Земли или Воды, но никогда – Огня, – рассказал Энди.

– Да, это редкость, и это опасно. Скрытое желание превосходства над другими стихиями, – согласился Эзо.

– В любом случае меня пока не отчислят. Зато понятно, почему Аракас меня не сжег. Теперь явно есть повод познакомиться с ним поближе, – сказал Лео.

– Как ты, после всего услышанного? – поинтересовалась Ева.

– Не знаю. В целом – хорошо. Немного в смятении, но всё нормально. Вроде. Надо переварить.

Лео старался сдержать волнение. Но почему-то именно сейчас он перестал сомневаться, что находится там, где должен.

– Теперь Лео предстоит беседа с Ка Ру о случае в библиотеке. Магистры считают, что это может иметь отношение к объявившемуся посланнику Нечто, – поведал Эзо ребятам.

– Кто объявился? – не поняла Ева.

– Посланник Нечто. И единственный, кто его видел, – это Лео, – объяснил Эзо.

– Теперь