Гости - Андрей Сергеевич Кузечкин

– Да с удовольствием, – паренёк вскочил, сунул ноги в старые кроссовки, нагнулся, чтобы зашнуровать.

– Кто честной бедности своей стыдится, и всё прочее!.. – начал декламировать папа. Он это любил – цитировать. И вообще, говорить Слова. Когда человек говорит Слова – он вроде как растёт. Увеличивается в размерах, будто надувная игрушка.

Малыш по-прежнему сидел, разинув рот. Сестра равнодушно жевала. Через две недели она навсегда уедет отсюда с кавалером, их следы затеряются где-то на юге…

Торопливо завязав шнурки, Серёжа выскочил из квартиры. Отправился наверх, на пустой чердак старого многоквартирного дома, где можно спокойно сидеть хоть целый день, и никто не дёрнет.

Серёжа часто скандалил с родителями, но никогда не произносил вслух главную причину, которая заставляла его снова и снова делать это.

Ему нравилась одноклассница. А ей нравились мальчики из богатых семей.

«Неужели всё так просто, Серёжа? – думал Митя, шагая вслед сутуловатому подростку, топавшему по гулкому коридору с руками в карманах. – Ты хотел найти волшебную палочку… Взмахнуть ею, раз – и ты уже богатый и всесильный…»

…Всё изменилось, когда Серёжа отправился на районную олимпиаду по английскому – единственному предмету, дававшемуся ему на «отлично». Там, пока ждали результатов, разговорился с девочкой – тоже из бедной, а главное – строгой семьи. Она показалась Серёже невзрачной, но ему с ней интересно было общаться, как и ей – с ним. С тех пор у них началась странная дружба. Они иногда приходили в парк и просто сидели рядом, получая от этого какое-то простое удовольствие, которое, должно быть, испытывают кусочки мозаики, когда собираются в единое целое.

Поразительно. Митя никогда бы не подумал, что Жанна и толстяк – сверстники. То ли первая отлично сохранилась, то ли второй чересчур раскабанел.

Во время очередных посиделок к ним подкрался Стражник и усыпил своими иглами обоих. Потом было Отражение, и гонки наперегонки с тварями. Что было потом – Митя не узнал, эта часть воспоминаний словно была заперта за семью замками. Но когда эти двое вернулись в реальность – они уже были Яглом и Яглой.

Потом они вместе уехали, обморочив родителей (а Серёжа ещё и выпил ту девочку, которая им не интересовалась). С помощью своих новых способностей захватили роскошный особняк, принадлежавший какому-то политику (сам политик в то же день загадочно погиб в автокатастрофе). Серёжина подруга стремительно хорошела, а сам Серёжа с каждым днём всё больше и больше напоминал своего толстого и лысого отца. Но им было всё равно. Они наслаждались новой жизнью и очень любили свою работу: уничтожать врагов того неземного Разума, который превратил их в чудовищ.

Гуляя по просторным залам особняка, Митя остановился возле стены, увешанной трофеями. Там были и тот пиратский пистолет-самопал, и граната, и старинная сабля, и туристический топорик… Митя смог бы прочесть историю каждого из этих предметов – но не хотел этого. Знал, что конец у любой из историй был печальный, раз всё это оружие оказалось здесь… Оружие, которым были вооружены такие же мальчишки и девчонки, как он, Рей, Светка, Пашка.

– Что ты здесь делаешь?!

Митя обернулся. Позади стоял толстяк.

Спохватился всё-таки…

– Вот пришёл к тебе в гости, Серёжа, – спокойно ответил Митя.

– Тебе сюда нельзя! – хозяин был в ярости.

– Это больше не тебе решать.

– А-а! – заорал толстяк и выбросил перед собой руки, которые понеслись к Мите, стремительно растягиваясь.

Клюв мгновенно взмыл вверх и побежал по стене зала, удирая от длинных рук Ягла, летевших следом, как два лассо. Оттолкнулся от стены. Пронзил воздух, как ракета, и нанёс удар – метил в голову, но вместо этого пропорол Яглу плечо.

– Ягла! Ягла! – заорало раненное чудовище.

* * *

– Почему оно только скачет, а не нападает?! – взвизгнула Светка.

– Изводит нас! Нападёт, когда мы устанем и потеряем бдительность… Я знаю их тактику. Сделаем по-другому… – Рей бросился в сторону, отделившись от остальной группы.

Тварь тут же прыгнула на него сверху. Непобедимый даже не успел отпрыгнуть или отмахнуться, как был сбит с ног. Меч бесполезно отлетел в сторону.

Хозяин придавил Рея к бетону и занёс лапу для финального удара.

– Пашка! – заорал Рей.

Щёлкнуло ружьё для подводной охоты. Гарпун вонзился твари в бок. Взвыв от боли, Хозяин попытался отпрыгнуть, но тут же шлёпнулся обратно – на нём, как гиря, висел Рей, обеими руками вцепившийся в лапу твари.

– Хай-я! – крикнула Светка, подбежав к Хозяину и со всех сил опустив дубинку на голову существа.

* * *

– Клювик! Не устаю поражаться, как быстро ты учишься! – воскликнула Ягла. – Кстати, как тебе наш домик? Неужели ты не хочешь себе такой же?

– Нет, не хочу. Если вы ещё не поняли – я не такой, как вы. Я никогда никому не завидовал. Не хотел никому отомстить. И тем более – захватить мир. Всё, что я хочу – избавить его от вас, паразитов.

– Я говорил! – истерично завопил Ягл. – Я говорил, что их надо было выпить, пока была возможность!

– Спокойно, зай. Сейчас мы это сделаем.

Негромкая мелодия на флейте заставила всех троих обернуться.

Возле входа в огромный зал стояла Лиана. У её ног свернулась змея, похожая на сжатую пружину, готовую в любой момент распрямиться и выстрелить собой.

– Вот и ты! – сказала Ягла. – Ягл, кушать подано! Тебе – твой ученик, мне – мой. Как там говорится: я тебя породил, я и убью? – ещё смеясь, она оттолкнулась от пола и прыгнула на Клюва. Тот, увернувшись, вновь побежал по стене.

– Клювик, ну что за кошки-мышки? Я же всё равно до тебя доберусь!

Клюв знал, что доберётся. И обязательно победит. В честном бою он ей не пара…

Он успел добежать до стены с трофеями, как был сбит вниз и упал на ковёр.

Ягла уселась на него сверху: передними лапами обхватила его клюв, задними сжала его тело, будто тисками.

– Попался, который кусался! – торжествующе произнесла она.

У Клюва остались свободными руки. Он ударил Яглу в живот – раз, другой, третий…

– Это что – массаж? – спросила Ягла. – Всё, Клювик, тебе конец. Я так хотела с тобой подружиться… Жаль, что не получилось. Ладно. Зато про тебя говорить будут: ещё одна, мол, жертва «тихой смерти»…

Что-то холодное упёрлось ей в живот.

Это был пиратский пистолет-самопал.

Хлопнул выстрел. Ягла взвизгнула и ослабила хватку.

Клюв сбросил её с себя, вскочил. Сорвал со стены старинную саблю и одним ударом пригвоздил Яглу к полу, вогнав оружие по самую