Черный камень - Андрей Саломатов

Обратный путь по тоннелю показался ребятам ещё более мучительным. Мальчишки устали, хотели спать, а потому ползли медленно и поспели наверх точно к восходу солнца. У выхода из подземелье они на всякий случай забрали веревку, свернули её, и Филипп повесил веревку через плечо.

На рассвете в лесу было сумрачно, вековые деревья стояли темные и разлапистые, словно грозные, окаменевшие великаны. Внизу над водами ручья стелился молочно-белый туман, а на траве поблескивали капельки росы. Утреннюю тишину сказочного леса нарушало лишь тихое журчание воды, да редкие всплески ручьевых дев.

— Я знаю одно место, где можно отлично выспаться, — выбравшись из подземелья, сообщил Кинтохо. — Там нас никто не тронет.

— Мне надо идти, я опаздываю, — зевая, ответил Филипп, хотя ему страшно хотелось упасть тут же под деревом и уснуть.

— Никуда ты не опоздаешь, — уверенно проговорил подменыш. — Это я тебе обещаю.

— Ты уже много раз обещал довести меня до Черного Камня, — вяло произнес Филипп. — Сам не знаю, как жив остался.

— Зато я знаю — как, — бодро ответил Кинтохо и хлопнул Филиппа по плечу. — Тебе осталось два дня и две ночи. Успеем.

Когда мальчишки добрались до лужайки, солнце уже поднялось над деревьями и осветило большую как стадион, совершенно круглую поляну. Это был удивительный лужок. Трава на нем росла мягкая и шелковистая. Среди сочной зелени виднелось много спелой земляники. Она была такая крупная, что скорее напоминала садовую клубнику. А сладким запахом превосходила все известные Филиппу ягоды и фрукты. Цветы здесь росли такие яркие, словно кто-то специально выращивал и тщательно за ними ухаживал. Над цветами порхали экзотические бабочки самых невероятных расцветок, гудели толстые шмели и пчелы. По краям поляны без страха паслись дикие животные: олени и косули, кабаны и зайцы.

— Как на картинке, — завороженно глядя на все это великолепие, проговорил Филипп.

— Это священный луг, злой нечистой силе сюда вход запрещен, — заявил подменыш и растянулся на траве. — Здесь нельзя обижать друг друга. Нас никто не тронет. Ложись. Сейчас немного полакомимся на земляничном поле и спать.

Филипп проснулся от того, что кто-то щекотал ему нос. Он чихнул и открыл глаза. И тут же от него в разные стороны со смехом разлетелись крохотные крылатые существа. Голоса у них были такие тонкие, что больше напоминали комариный писк.

— Кто это? — Филипп ткнул Кинтохо в бок, и его спутник приподнял голову. Он сладко зевнул, огляделся и ответил:

— Это фейри-луговушки. Лакомки, нектар собирают.

— Как здорово, — со счастливой улыбкой произнес Филипп. — Вот бы здесь остаться на всю жизнь.

— Э, да ты уже околдован, — поднимаясь, сказал подменыш. — Это на тебя действуют волшебные чары луга. Пойдем скорее, а то ты и правда останешься здесь навсегда.

Оставляя поляну, Филипп вздохнул и с сожалением сказал:

— Был бы весь сказочный лес таким. Тогда, может быть, и нечистая сила стала чистой и доброй.

— Вся нечисть не может стать чистой и доброй, — ответил Кинтохо. — На то она и нечистая сила. А лес когда-то был именно таким, но потом, когда люди повыгоняли из своих лесов всю нечистую силу, она поселилась здесь.

Мальчишки вышли на тропинку, и только сейчас Филипп заметил, что лес здесь отличается от того, где он впервые встретился с подменышем. Не видно было завалов бурелома, трава росла низкой и аккуратной, словно её подстригали. Да и сама тропинка выглядела более ровной и ухоженной. Изредка её пересекали другие тропки, но Кинтохо не обращал на них внимания. Он уверенно вел своего подопечного вперед и продолжал рассказывать:

— Ты думаешь, для чего вначале пути живет хранитель сказочного леса?

— Хранитель для того, чтобы хранить, — сразу догадался Филипп.

— Вот именно, — обрадовался подменыш. — Чтобы охранять сказочный лес от людей из вашего мира. А то узнают про него и повадятся: кто за грибами, кто за живой водой, кто за дровами. А кто и просто погулять. За несколько дней от леса останутся одни пеньки да головешки. Да ещё начнут изводить нечистую силу всякими амулетами и заклинаниями. Вот и не станет сказочного леса. — Кинтохо говорил таким тоном, что Филипп удивленно посмотрел на него. Лесной бродяга наставительно поучал его, словно взрослый.

— Тогда почему хранитель пропустил меня? — поинтересовался Филипп.