Дверь в сад чудовищ - Дамарис Янг

Дворецкий опасливо покосился на окна особняка. Было в его взгляде что-то вороватое. Он явно не хотел, чтобы его заметили.

Прокравшись за ним следом почти до ворот, я нырнула в заросли под дубами, утопая по щиколотку в колокольчиках. И хотя ворота были теперь совсем близко, мне не удалось разглядеть, кто стоит за ними.

Мистер Джонсон быстро подошёл к воротам, тяжело дыша.

– Я же говорил тебе не звонить! Ты не можешь здесь разгуливать, как у себя дома. Она никогда этого не позволит!

– А разве не ты здесь главный? Кстати, ночью у меня сложилось впечатление, что хозяин именно ты, – презрительно ответил кто-то низким голосом. – Я хочу забрать то, за что заплатил.

– Ты поторопился. Я пока не разгадал загадку. Мне нужно время.

– Не нравится мне всё это, Артур, – резко заметил голос. – Я не люблю загадки. Если почувствую, что ты водишь меня за нос, ты больше не увидишь ни пенни. Ясно?

Мистер Джонсон кивнул, развернулся и поплёлся обратно с видом побитой собаки. Не хватало только поджатого хвоста. Что бы сейчас ни произошло между ним и незнакомцем у ворот – я решила рассказать о происшествии леди Кавендиш. Она должна знать, что дворецкий кое-что замышляет. Так или иначе, а выглядело всё совсем нехорошо.

Глава 19

Лунный свет

Я постучалась в кабинет леди Кавендиш и, услышав её голос, вошла.

Хозяйка Дайспер Холла сидела на полу, перед ней лежал раскрытый альбом. Она набрасывала портрет, чем-то похожий на неё: тёмные глаза и неуверенная улыбка, в которой смешались радость и печаль.

Я узнала женщину с фотографии: мы с Гриффом решили, что это мама леди Кавендиш.

– Как красиво, – сказала я и подумала, что сама бы так никогда не смогла.

– Ты когда-нибудь боялась потерять человека вторично, забыв его глаза, которые всегда сияли? – спросила леди Кавендиш, рисуя вьющуюся прядь у щеки женщины. – И это чувство никак не покидает меня.

Внезапно она показалась мне совсем маленькой среди нагромождения вещей, и в глазах её сквозила грусть. Я хорошо понимала, каково это – чувствовать себя одинокой.

– Может, вам стоит попробовать нарисовать что-то другое? – предложила я, втайне надеясь, что подбираю нужные слова. – Например, пангею с её прекрасными цветами. Вы наверняка сумеете…

Леди Кавендиш захлопнула альбом и слабо улыбнулась.

– Ты что-то хотела, Кора?

У меня язык прилип к гортани. Но молчать я не должна.

– Мистер Джонсон… – начала я и запнулась. – У ворот был какой-то человек. И он просил у дворецкого кое-что… Я подумала, вы должны знать об этом.

К моему удивлению, леди Кавендиш рассмеялась.

– Исследования и открытия родителей известны всему миру, Кора, – произнесла она, ненадолго умолкла и затем продолжала: – К нам часто кто-то приходит: учёные, коллекционеры и просто любопытствующие. И каждый хочет увидеть морского тигра, стеклянного дракона и остальных. А некоторые проявляют нездоровый интерес к тому, что случилось здесь много лет назад. Но мистер Джонсон всегда выгоняет их подобру-поздорову.

– Но… – выдохнула я и осеклась, потому что леди Кавендиш бросила на меня строгий взгляд.

– Я не буду слушать клевету на Артура, – отрезала она. – Он сложный человек, но служит в Дайспер Холле уже долгие годы. И я безоговорочно доверяю ему с самого детства.

Я проглотила все возражения и просто кивнула. Если леди Кавендиш заявила, что мистеру Джонсону можно доверять, то кто я такая, чтобы с ней спорить? Но странное зудящее чувство по-прежнему не давало мне покоя.

И неважно, что говорила леди Кавендиш, – всё равно в том, что я увидела, было нечто нехорошее.

– Сегодня полнолуние, – добавила хозяйка Дайспер Холла, меняя тему. – Ты можешь собрать лунный свет для птиц.

– Конечно, леди Кавендиш, – пробормотала я.

Мой взгляд упал на обложку книги, лежащей на комоде. «СУЩЕСТВА ИЗ ЧЕТЫРЁХ СФЕР».

Я покосилась на леди Кавендиш: она вновь открыла альбом и углубилась в рисование. И тогда я быстро протянула руку, схватила книгу и сунула её под свитер, туда, где бешено колотилось сердце. А затем тихо, как мышка, выскользнула из комнаты и ринулась на чердак.

О чём я думала? Зачем взяла книжку? Вытащив томик из-под свитера, я жадно впилась взглядом в обложку.

Благодаря книге я могла наконец-то разузнать обо всех необычных существах и особенно о загадочной пангее.

«Я ненадолго. Потом верну», – решила я. И бережно спрятала книгу под подушку. Будет время – почитаю.

Мы с Гриффом шли по саду. Траву покрывала роса. Над головой пронеслась амбарная сова, перелетая с одной корявой яблони на другую, летучие мыши трепыхались в воздухе, расправив кожистые крылья. Я была рада видеть полную луну, которую не скрывали облака.

Мне казалось, что это каким-то образом облегчит процесс сбора лунного света.

Я включила фонарик, чтобы лучше разглядеть дорогу.

– Ночью всё пахнет по-другому, – шепнул Грифф, втягивая воздух носом.

– Не надо шептать, Грифф! – рассмеялась я, хотя прекрасно понимала, почему он так делает: мой голос звучал ненамного громче.

После захода солнца на Дайспер Холл ложилась такая тишина, что невольно хотелось разговаривать тише. Я была довольна, что Грифф согласился сегодня ночью кормить лунных птиц вместе со мной.

В луче фонарика мелькнул белый кончик лисьего хвоста.

Мы завернули за угол Дайспер Холла, и перед нами из темноты выступила оранжерея, похожая на огромный сахарный кубик. Стёкла таинственно мерцали, и сейчас сооружение выглядело совсем иначе, чем днём, в резких солнечных лучах.

Влажный воздух внутри казался уже не таким душным – и было гораздо прохладнее. Хорошо, что я надела куртку.

– Давай сначала соберём лунный свет, – сказала я Гриффу.

Особая медная чаша висела на гвоздике и была на удивление лёгкой. Я взяла её за ручки по бокам и подняла над головой как зонтик.

Мы наполнили чашу водой из пруда оранжереи.

Я убрала со дна несколько ниточек водорослей и случайно попавшие камешки, теперь вода была чистой.

– И что дальше? – спросил Грифф, ткнув пальцем в своё отражение в чаше, и по гладкой поверхности сразу побежали круги. – По-моему, это просто вода.

– Леди Кавендиш сказала, что нужно вынести чашу на улицу и поймать в неё отражение луны.

Вдвоём мы вытащили чашу, наполненную водой из оранжереи: сейчас ёмкость стала намного тяжелее. Я старалась идти в ногу с Гриффом, но это было столь же трудно, как попасть в ногу со скачущей блохой.

Вода выплёскивалась на штаны, попадала в ботинки и оставляла тёмные следы на дорожке.

Очутившись снаружи, мы опустили чашу на траву.

– Что теперь? –