Если бы ты был - Мила Эвоян

Мысли о Никите не отпускали. Так хотелось вернуть время и остаться на лавочке, дождаться конца его разговора. Я ругала себя и представляла, что мы обменялись номерами телефонов. И Никита стал мне звонить. Мы подолгу болтали вечерами. Я рассказывала о маме, о новой ситуации с друзьями… Он слушал и понимал. Не смеялся, не осуждал, я нравилась ему со всеми моими проблемами.

Поначалу нашу историю я хранила в тайне, и только через неделю рассказала Насте. От неё узнал и Макс. Они стали переживать за мои отношения с Никитой. Как-то спросили его страничку. Но я ответила, что у него пустые аккаунты. Даже без фото.

— Так странно, — растягивая слова, удивилась Настька в тот редкий день, когда мы вдвоём были у меня дома. — Считаешь, это норм? Даже у моей мамы есть активный аккаунт. — Подруга взяла свой телефон со стола и стала в нём что-то искать. Наверняка хотела показать мамину страничку. Будто я её не видела.

— Ты не понимаешь! Никита совершенно другой. Он любит разговаривать, знает кучу историй. Публичность и лайки ему не нужны. С ним так приятно общаться, будто мы с одной планеты, а все остальные с другой. — Я точно знала, о чём говорила, обнимая ладонями чашку с горячим какао.

Обычаю пить какао в моей комнате уже лет семь. У Настьки дома часто бывает бабушка, у Макса мама сидит с мелким в декрете, а в моей двушке только я и мопс Томми. С третьего класса мы втроём приходим ко мне под предлогом, что помогаем друг другу с учебой, а сами творим что хотим. Смотрим мульты и фильмы, играем в «Монополию» и «Уно». И, конечно, пьём литры какао с молоком и сахаром, а Макс ещё жуёт бутеры с колбасой. «Вы из прямоугольной системы координат, а я из сферической», — выдаёт он свою заезженную шуточку, поглаживая уже нависший над ремнём живот.

— Ну спасибо, — оживилась Настька, оторвав взгляд от телефона. Ей явно не понравилось быть со мной на разных планетах.

— Блин, ты меня не так поняла. Знаешь, мне с Никитой комфортно. Я могу ему обо всём рассказать, как и тебе. Но ты-то теперь не всегда свободна. А я ведь привыкла, что ты слушаешь, — призналась я, отхлёбывая из чашки. Знаю, что неприлично хлюпать, но при ЛП можно.

— Да не парься, знакомство с Никитой идёт тебе на пользу. Ты стала спокойнее. Мы-то уже запереживали, — Дементьева подошла сзади. На плечах я ощутила приятное тепло Настькиных ладоней, а на макушке — острый подбородок. Концы её русых волос свесились с моей чёрной чёлки. Я сдула их вверх, и мы рассмеялись. Это стало происходить так редко, что казалось неправдой. Будто мы сейчас опомнимся и сами себе удивимся.

— А какая у него фамилия? — Настя продолжила допрос.

— Радостин, — улыбнулась я. По-другому и быть не могло.

— Радостин? — Она плавно присела на стул и расправила коричневую юбку. Наверное, этим Дементьева и нравится Максу. В ней есть женственность, а у меня отсутствует напрочь. — Бабуля до замужества тоже Радостиной была. Интересно. Слушай, а он тебе нежные сообщения пишет?

— Фу-у, нежными сообщениями вы с Бобровым обменивайтесь, только мне не показывайте, — пошутила я, а сама подумала, что в моём отремонтированном телефоне нет номера Никиты, и друзья могут это заметить.

Тогда я решила создать контакт «Никита». Но он бы не отражался ни во входящих, ни в исходящих. Сообщения тоже отсутствовали бы. Идея использовать старую симку, которая валялась в шкатулке с ненужными вещами, тоже оказалась провальной — у меня нет второго телефона для неё. Ночью пришла гениальная мысль. Я переименовала маму в Никиту. Классно, да? Теперь у меня были звонки и сообщения от нужного человека. Он стал мне звонить в течение дня. Я брала телефон и отходила в сторону где, смеясь, болтала. Конечно, фотку контакта пришлось удалить, чтобы не спалиться.

Кстати, мама заметила во мне разницу. Сказала, что мы чаще стали общаться, и как-то субботним вечером даже предложила вместе посмотреть фильм «Папина дочка». Надо сказать, что в нашей семье не принято совместное времяпровождение, за исключением встречи Нового года. Хотя зря. У меня тогда даже появилась мысль попробовать поболтать по душам и поделиться с мамой своими приключениями. Мы взяли по яблоку, забрались с ногами на кровать и включили кино. Но в первые же минуты стали напрягать друг друга чавканьем. При этом я хотя бы молчала, а мама постоянно делала замечания: «Жуй потише. Не сбивай одеяло. Убавь звук, очень громко…» Возможно, фильм был хороший, но я досматривать не стала. Сказала, что засыпаю, и ушла копаться в телефоне. Томми поддержал меня и пришёл спать под мою под кровать. Идея разговора по душам, к сожалению, не осуществилась.

О том, что у меня появился парень, быстро узнал весь класс. Лизка со своей подругой Жекой сняли очередной видосик, на котором было показано, как я разговариваю у школьного окна по телефону. Фоном она поставила песню Зары «О любви». Когда я увидела ролик, меня стало трясти, на какое-то время даже пропало дыхание. Я была готова высказать ей всё. Вы же понимаете? Какого она лезет в мою личную жизнь, снимает и выкладывает в сеть?! Но, подумав, хоть это было нелегко, учитывая состояние, я решила открыто не реагировать.

— Эй, зацени новый рилс, — проходя на перемене мимо, подразнила Бабникова.

Но всё-таки она вынудила дать оценку этому бреду.

— Видела. Мне не понравилось. И я бы поставила другой трек. А ваще моя жизнь тебя не касается! — громко ответила в спину влогерше.

— Твоя тухлая жизнь никому и неинтересна. Минимальное количество просмотров и лайков. Но знаешь, — она остановилась и обернулась. Её суженные глаза оценивающе осмотрели меня. Сверху-вниз. Снизу-вверх, — даю тебе второй шанс. Работай на визуал. Выводи МЧ на люди, так и быть, сниму вас.

Через пару недель история с телефонными звонками стала уже менее захватывающей. И Никита позвал меня на свидание. Он жил в соседнем районе. Мы договорились увидеться в том самом ТЦ, где познакомились. Встреча прошла на высшем уровне, много болтали и смеялись. Потом Никита проводил меня до подъезда и, наконец, поцеловал.

— Клёво! Как тебе? — после алгебры мы с Настей стояли в коридоре на втором этаже. Макс в тот день забил на школу и свалил на картинг со старшими пацанами с