Белые лисы - Брайан Джейкс

Отец Батти осмотрел порезы на лапах Крегги, она получила их, когда отбивалась от вооруженных копьями крыс. Он промыл порезы и перевязал их.

— А теперь посидите тихонько у меня. Думаю, нет особой надобности в вашем присутствии на поле боя.

Ореховое Крылышко вытащил Шалопая из занавески, в которую его завернули, чтобы не поранить, и уложил в кресло, где тот теперь сладко похрапывал.

— Хмм, мм. Должно быть, его напоили отваром мать-и-мачехи с валерианой. Он еще несколько часов будет спать. Мм, ужасно! Похоже, наша барсучиха лишилась уха.

Отец Батти взглянул и шумно вздохнул:

— Точно! А еще, взгляни, возле самой шеи торчит стрела! Крегга, неужели вы ничего не чувствуете?

Растянувшись на кушетке, барсучиха фыркнула:

— Я ничего не ощущаю. Когда-то давно, когда я еще видела, меня звали Красноглазой Креггой, потому что в битве я впадала в такую ярость, что глаза у меня краснели, я ничего не чувствовала и только сражалась. Таких зверей еще называют «берсерками». Почти все барсуки такие.

Отец Батти с беспокойством покачал головой:

— Придется мне сходить в аббатство. У сестры Тернолисты насушены травы, которые заживляют раны, да и повязку надо сменить. Сидите здесь и никуда не уходите!

Ореховое Крылышко выбрался из привратницкой, тихонько бормоча:

— Я сам туда отправлюсь. Хмм, мм, надо же немного поразмять крылья. Оставайся здесь, Батти, на случай если наши звери будут возвращаться и нужно будет открыть ворота. Я быстро!

Старая сова неловко подпрыгнула и взлетела. Ореховое Крылышко летел тяжело, иногда снижаясь чуть ли не до земли, так что его крылья задевали верхушки травы. В ночной тишине из-за стены до него доносились звуки битвы. Как ни странно, дверь в аббатство оказалась открытой, он влетел и тут же врезался в спины Билу и Дакла. Щурясь на свет факелов и свечей, он спросил:

— Хмм, мм. Кто это здесь? Это ты, Мелиот?

— Ореховое Крылышко, улетай!

При звуках голоса совы Песенка оглянулась и увидела подбирающихся к ним четверых врагов. Эскрод схватил Ореховое Крылышко, и, прикрываясь им как щитом, все четверо ринулись к незадачливым охранникам.

Песенка побежала им навстречу, размахивая оружием. Позднецвет и Дипплер подхватили свои копья и рванулись за ней. Огромный шлем Дипплера сполз ему на нос, так что тот ничего не видел, алебарда путалась под ногами, он упал, увлекая за собой Позднецвета. А Песенка уже стояла перед Белолисами. Эскрод выхватил из-за пояса топор и толкнул Ореховое Крылышко прямо на белку. Песенка испуганно вскрикнула и упала на пол, на ее голову обрушился топор Эскрода. Вэннана и крысы оказались перед Позднецветом и Дипплером, прежде чем те успели подняться. Топор Вэннаны вонзился в шлем Дипплера, оставив глубокую зарубку. Позднецвет попытался подняться, но крысы, бросившись на него, ударили его головой о каменный пол, и он затих.

Эскрод поспешил к гобелену и начал отдирать его от стены. Откуда-то снизу раздался гул голосов: это разговаривали в кладовой рэдволльцы. Вэннана взглянула на трех друзей, которые лежали на полу без чувств.

— А с этими что? Прикончить их?

Эскрод приставил к стене стул, чтобы достать до верхних крюков, удерживающих гобелен. Белолис презрительно фыркнул:

— Идиотка, что они могут нам сделать? А вот это — самая ценная вещь, какую мы видели, так что лучше оставь их в покое и помоги мне снять этот гобелен. Билу, иди и открой маленькую калитку в восточной стене. Даккл, подержи здесь! Да шевелитесь вы, болваны, аббатские звери могут быть здесь с минуты на минуту! Живей!

А под стенами аббатства военное счастье вновь переменилось. Моккан пробивался назад к канаве, не щадя своих сторонников — водяных крыс. Увидев, что водяные крысы не отступают, землеройки издали боевой клич, и когда враги обернулись, чтобы отразить неожиданную атаку с тыла, от стены аббатства их оттеснили Рузвел, Гром и Командор. Они врезались в боевые порядки водяных крыс, а Белолис пытался спасти положение, уже понимая, что проиграл.

— Отступайте! Отступайте! Перебирайтесь через канаву и бегите!

В бок Рузвелу угодило копье, и он упал, но над ним встал Гром, размахивая над головой пращой и не подпуская врагов. Рузвел приподнялся и крикнул:

— Осторожнее — сзади!

Гром мгновенно повернулся, его праща обвилась вокруг рукоятки страшного топора лисицы Зирал, который она уже занесла над головой. Доля секунды — и топор уже в лапах Грома, он тотчас размахнулся и со всей силы метнул страшное оружие в лисицу. Этот удар и решил исход битвы. Водяные крысы, увидевшие, как обезглавленная Зирал упала, в ужасе завопили:

— Белолис убит! Белолис убиииит!

В мгновение ока оставшиеся водяные крысы и их властители перескочили через канаву и пустились наутек. Флориан, размахивающий граблями, пробежал вслед несколько шагов, громко ругая врагов:

— Невежды! Мерзавцы! Похитители безголовые! Мы настигнем вас и покажем, почем фунт лиха! За ними!

Командор схватил Флориана за длинные фалды Фрака:

— Успокойся, приятель, их все еще в два раза больше, чем нас. Пусть уходят! И нам лучше отступить!

Звери аббатства победили, но какой ценой! Артист труппы Флориана Борракуль был ранен, он сидел, положив голову Элахима себе на колени, и повторял:

— Мой брат заснул. Мой брат заснул.

Еж Остроигл осторожно уложил убитого на траву.

— Он не заснул, друг Борракуль. Иди, я о нем позабочусь.

Рузвел опирался на плечо Грома, тот поддерживал его.

— С тобой все в порядке? Это копье торчит у тебя прямо из бока!

Рузвел вздохнул и стиснул зубы, когда Гром дотронулся до копья. Потом сказал:

— Глубоко вошло. Но ничего — выживу. Другим не так повезло.

Командор подошел к лежащему на траве Траггло Остроспину и, дотронувшись до его лба, мягко сказал:

— Пойдем-ка домой, старина. Незачем здесь лежать, в кровати намного лучше. Пойдем в аббатство.

Старый еж открыл глаза и слабо улыбнулся:

— В меня попали из пращи чем-то железным. По-моему, этот кусок металла застрял у меня в голове.

Ужасный крик раздался с южной стороны, откуда атаковали врагов землеройки:

— Логалогалогалог! Капитан погиб!

Флориан, который помогал Остроиглу нести тяжелое тело Элахима, оглянулся на этот крик:

— Во имя всех сезонов, что там такое? Землеройка Майон, проходя мимо них, дрогнувшим голосом объяснил:

— Это прощальный крик землероек. Убит Лог-а-Лог. Его нашел Баргл.

Как ни удивительно, именно Флориан взял на себя командование: