Крикса - Александр Александрович Матюхин

Галка сфотографировала. Потом ещё: групповое фото с мамой, папой и щукой, на фоне леса и голубого неба. Тучи к обеду разошлись окончательно, и лето снова победило. Жарило так, что Галка уже несколько раз прыгала из лодки в прохладную воду, с головой, чтобы хоть немного охладиться. Папа, вон, тоже нырял, особенно в весёлом запале. Только мама густо намазала тело кремом от загара, от чего была чересчур бледной, как натуральная петербурженка.

День казался обыкновенным, семейным, отпускным. Каким он и должен был быть. Ночной кошмар, а ещё старая история, рассказанная им с ребятами утром стариком, крутились в Галкиной голове, как страшилки, которые увидел перед сном и никак не можешь вытравить из своей головы. Но всё же это были страшилки, неправда, хоть Галка в них и поверила на какое-то время. Наверное, это всё от усталости. Надо побольше спать, а не сидеть в интернете и за монтированием ночами напролет. В сущности, папа был прав – отпуск нужен, чтобы проветрить мозги. Иначе совсем с ума сойти можно.

Завтрак действительно задержали из-за небольшой поломки, но работники умотали рано утром за готовой пищей в город и вот приехали около одиннадцати дня на двух машинах, привезли пластиковые контейнеры с рыбой, мясом, салатами, жареной и вареной картошкой, дольками арбуза, кукурузой и даже с оливками. Всем гостям хватило. Старик куда-то запропастился в суете. Марк и Добрыня поскорее рванули к своим родителям, а Галка – к своим.

Папа выглядел уставшим, щёки в морщинках от подушки. Зевал. Но ел с большим аппетитом, проглотил две порции овсяной каши, несколько бутербродов. Мама от него тоже не отставала.

– Я выспался, – говорил папа, хрустя листом салата. – Наверное, выспался. Я ещё все же подумаю над дневным сном в гамаке. Дневной сон хорошо укрепляет психику и восстанавливает здоровье.

Тогда-то Галка и рассказала им историю про криксу, про ночное приключение и про старика. В набитой людьми столовой, среди ярких запахов разогретой еды, звона стаканов и бряцания вилок по тарелкам все её истории звучали нелепо и по-детски. Как будто она начиталась много страшилок на ночь. Поэтому Галка тихо заглохла, как поломанный двигатель, где-то примерно на середине рассказа, а родители её не особо-то и слушали. Папа рассуждал о рыбалке. Съездить в Карелию и не поймать щуку – это было настоящим преступлением. Засмеют на работе. На сегодня у них была цель, это щука. А всё остальное подождет.

Её это вовсе не расстроило. Галка искренне радовалась, что её родители не уснули навсегда, что жизнь вокруг наладилась, а кошмар так и остался обычным кошмаром. Поэтому тоже поучаствовала в семейной рыбалке. То есть она тоже держала удочку, помогала забрасывать леску и даже пару раз садилась за вёсла, хотя грести у нее особо не получалось, сил для этого не хватало.

Потом папа таки поймал желанную щуку, после трёх карасей и двух красноперок. Мама и Галка вдвоем крепко ухватились за сачок и тащили вверх трепыхающуюся рыбину в лодку.

– Сделаем сегодня знатный ужин, – приговаривал папа довольно. – Ещё парочку таких поймать, и на всех хватит.

Щука на дне лодки уже притихла и двигала туда-сюда жабрами. Мама болтала ногами в воде. Солнце припекало. Галка не понимала, хочет ли вернуться на берег или всё же ей больше нравится сейчас здесь, отдыхать вместе с родителями. Наверное, всё же здесь. Утром без родителей было страшно. Будто осталась одна в целом мире. Не хотелось это ощущать снова, оттянуть бы его лет на сто, а ещё лучше, чтобы никогда этого больше не произошло.

Папа забросил леску в рогоз или камыш. Присел на край лодки. Тихо было вокруг, прекрасно. Даже ветер прекратился, и если закрыть глаза, то можно было бы представить, что ты находишься в космосе, в нигде.

– Здорово вчера мы поохотились, – сказал папа, не сводя глаз с поплавка в кустах.

Это он о чём?

– Нужно будет поговорить с Клим Палычем, чтобы вечером ещё это дело повторить. Дельная охота получилась. Я и не знал, что тут кабанов можно стрелять.

– Пап, какие кабаны? – осторожно спросила Галка.

Может, тепловой удар? Папа принципиально не носил бейсболки или кепки, потому что считал, что летнее солнце положительно влияет на рост и густоту волос, витамин «Б» и всё такое, а в его возрасте это очень важно. С волосами у папы действительно было всё в порядке, а вот неожиданное солнце могло нагреть ему незащищенную голову. Говорят, при тепловом ударе галлюцинации разные возникают.

– Два кабана, ну, – сказал папа. – Ты зря с нами не поехала. Осталась со своим ноутбуком, а мы дружно рванули. На квадриках.

– Твой папа смешной человек, – добавила мама. – Никогда в жизни ружья в руки не брал, а тут вдруг говорит: «Давайте мне сразу, буду стрелять!» Хорошо, что Клим Палыч человек в этом деле опытный.

У неё тоже тепловой удар? Галка внимательно рассматривала маму. Не похоже. Взгляд не мутный, руки не дрожат… что там ещё было из признаков, дайте вспомнить.

– Какая охота? Вы вчера порыбачили немного, собрали грибов, пожарили – и спать.

– Как это спать? Как раз после картошки мы и помчали. Это тебя носило где-то, вот и не видела. – Папа деловито нахмурился. Потом продолжил: – А мы в лес умчались. Клим Палыч дал пострелять немного для тренировки, потом уже пошли на настоящую живность. А там мох и огромные комары. Знаешь анекдот про карельских комаров? Они палатку с людьми в два счёта с собой утащить могут. Маму вот чуть не сожрали. Но у неё крем. Любой крем есть, на все важные случаи жизни.

Галка ничего не понимала. Размякшие в воде полоски пластыря слезли с её ладони, обнажая белые шрамики на сморщенной коже.

– Клюёт, – шепнул папа. – А, нет. Щука рыба хитрая. Одна попалась, а остальные уже и не подплывут к нам. Надо бы не забыть у Клим Палыча тушки забрать.

– Чьи? – вырвалось у Галки, хотя понятно же было.

– Кабаньи. Две штуки. С двух выстрелов, между прочим. Как заправский снайпер стрелял. Никогда бы не подумал, что мне так сильно понравится охота.

Папа подмигнул Галке и снова стал внимательно наблюдать за безжизненным поплавком. Больше он, впрочем, ничего так и не поймал, и через час вернулись к пристани. Клим Палыч стоял там и накручивал толстый влажный трос пустой лодки.

Папа обрадовался.

– А вот и виновник вчерашнего торжества! – сообщил он. – Смотри, щука.

Клим Палыч кисло улыбнулся. Ему как будто было нехорошо. Лицо, шея и плечи