Три золотых пророчества - Кира Гембри

Как по волшебству, моя рука взметнулась вверх.

– Вот! – крикнула я, на мгновение сжав блистер с таблетками. – У неё целый чемодан, набитый этими препаратами.

Преподобный Морланд потрясённо охнул:

– Точно такие же витаминные таблетки доктор Сильвертон давала моим котам!

– И моему барану!

– Моим цыплятам!

– Моему малышу Мёрфи! – неслось со всех сторон.

– Это и есть витамины, – прошипела миссис Сильвертон, и её улыбка превратилась в злобную гримасу. – Никто из вас не сможет доказать, что я не права!

– Тогда почему бы вам самой не принять парочку? – спросил Ной. – Ведь вы так настаиваете на здоровом питании.

На причале воцарилась тишина как в мышиной норке. Все взгляды устремились на миссис Сильвертон, которая лихорадочно вертела головой.

– Вы… вы все сумасшедшие! – наконец выдохнула она.

– О да, – дружелюбно согласился мистер О’Лири. – Мы такие. Вот почему наши сумасшедшие, мятежные, несовершенные животные так хорошо нам подходят. Или вы хотите сказать обратное в последнем интервью? – Он достал карандаш и блокнот, а миссис Сильвертон взглянула на него так, словно хотела выбить у него из рук и то и другое.

– Оставьте меня в покое! – крикнула она. – Вы все! Я буду только рада, если мне больше не придётся терпеть вас и ваши причуды!

– Как я уже сказал, с удовольствием отвезу вас на материк, – предложил Кормак. – Только очень прошу воздержаться от повторной перестановки в моей каюте. Я предпочитаю, чтобы всё было как всегда. – Он подмигнул Кэтлин, и она ответила ему влюблённым взглядом.

Кипя от гнева, миссис Сильвертон вскинула голову.

– С ней я точно в одной каюте никуда не поеду, – проскрежетала она, указывая на миссис Эпплтон.

– Возможно, вам и не придётся, – возразил Кормак. – Если нам очень повезёт, мы уговорим Уинифред стать нашим ветеринаром. Для начала угостим её знаменитыми пирогами Патч-Айленда…

– Лимонным пирогом, – быстро добавила Кэтлин. – По средам в меню лимонный пирог.

Теперь все взгляды обратились к миссис Эпплтон, и снова стало так тихо, что было слышно только, как пыхтит от злости миссис Сильвертон. Казалось, все жители острова затаили дыхание, ожидая ответа. На мгновение я испугалась, что Уинифред совсем смутится от такого внимания – она опустила глаза и снова затеребила ручку своей сумки.

Но потом подняла голову, и уголки её губ дрогнули в доброй улыбке.

– Лимонный пирог? – повторила она. – Какое совпадение! Это мой самый любимый!

Глава 28

Посылка со сладостями и планы на будущее

Старый Фергюс фыркнул, как разъярённый бык. Обеими руками обхватив край прилавка, он с прищуром уставился на Бренду Грэхам.

– Ты шутишь, – прохрипел он. – Хочешь надо мной посмеяться, я же вижу!

– Ничего подобного, – сладко пропела Бренда. – Ни в коем случае, дорогой друг. Вот твоя почта. – Улыбаясь, она протянула ему стопку писем, но Фергюс не обратил на них никакого внимания и даже не попытался взять в руки. Раскрасневшись, он продолжал пререкаться: – Ты никогда не отдавала мне письма, не потребовав удостоверения личности! И у меня его с собой нет, говорю тебе! Оно далеко, очень далеко!

Бренда ласково погладила его по руке:

– Всё в порядке, я знаю, кто ты. Тот самый храбрец, который помог спасти животных Патч-Айленда. И я с удовольствием закрою глаза на отсутствие у тебя документов.

– Ну… ну и… – забормотал старый Фергюс. – Меры безопасности в этом почтовом отделении отвратительные! Хуже некуда! Я прав или не прав? – Повернув голову, он в упор взглянул на сидящую у него на плече Дай-Дай.

Чайка распушила перья на груди. Вид у неё был в высшей степени возмущённый, и Фергюс мрачно кивнул птице.

– Я же говорил, – сурово произнёс он, прежде чем взять письма. – Кроме того, я не люблю перемен. От них одни несчастья! – С этими словами он выскочил из «Грэхам Инн».

– Всего доброго! – крикнула ему вслед Бренда. – Приходи почаще! Вместе с птичкой! – Бренда явно наслаждалась происходящим. Улыбаясь, она повернулась к мистеру О’Лири, который стоял в очереди за стойкой. – Для вас у меня сегодня только какая-то газета, – сообщила она и поморщилась, когда мистер О’Лири издал громкий вопль.

– Какая-то газета?! Какая-то газета?! Это самая важная газета в нашей стране! И если мне прислали этот номер, вывод только один – мою статью приняли! – Сияя от счастья, он перелистывал страницы. – Помните, я сначала хотел написать о выбросившихся на берег китах, а потом об Институте миссис Сильвертон по уходу за животными. В итоге я выбрал безжалостное разоблачение и рассказал, как безрассудно применяется снотворное к животным. – Он умолк, подхватив выскользнувшую из газеты открытку. Это была написанная от руки записка, и когда мистер О’Лири её прочитал, его плечи поникли.

– Пишут, что мой текст выйдет в рубрике «Письма редактору», – удручённо сообщил он. – Для статьи формулировки слишком резкие.

– Это и в самом деле драматическое событие, – воскликнула болтушка Тильда из конца очереди. Повернувшись к ней, я увидела, что она обнимает себя за плечи. Раньше она всегда прижимала к груди мистера Мёрфи, но сейчас он вместе с Зайцем сидел у порога гостиницы.

С тех пор как мистер Мёрфи перестал принимать таблетки, он опять стал весёлым, ласковым и ужасным обжорой. И всё же его проблемы с весом, возможно, скоро будут решены. Тильда так обрадовалась, что к её любимцу вернулись силы, что поклялась больше не таскать его на руках без особой надобности.

К счастью, остальные животные тоже полностью оправились от приёма успокаивающих препаратов. Рори и Финн снова вели себя слишком своенравно, чтобы сопровождать преподобного Морланда на исповедь, баран Джонни регулярно сбегал с пастбища, а куры мистера О’Лири опять предпочитали в некоторые дни бегать по двору, а не нести яйца. Но это никого не беспокоило. Жители острова наконец-то поняли, что их питомцам позволено быть такими же странными, как их хозяева.

Однако мистер О’Лири, похоже, очень расстроился из-за статьи.

– Может быть, не стоило ставить заголовок «Сильвертон сеет страх», – посетовал он. – И ещё они вычеркнули мою фразу о том, что эти дьявольские таблетки будут долгие годы являться нам в кошмарах, от которых мы будем просыпаться с криками ужаса…

Все молчали, но от самой двери послышался голос:

– Лично я считаю, что письма в редакцию – это здорово. В них всё сказано честно и искренне.

Это сказала Винни, на