Через преступление к мечте - Макар Дримчуков

вокруг, пока тебя здесь не было. Посидеть на скамейке, где ты в детстве что-то обсуждала с подругами. Посетить так называемые «места своего детства». Это приятно, но ненадолго, потом тебе всё же хочется вернуться обратно, в ту жизнь, из которой ты сюда приехал. К сожалению, эта история не про меня. Я возвращаюсь сюда, в город Мэйвард. Здесь я жила, казалось бы, не так давно, но будто, что это было в прошлой жизни. Конечно, когда живёшь в большом мегаполисе, таком как Хинфилд, хотя бы один год, тебе кажется, что другой жизни не существует. И когда говорят, что нужно уехать обратно, тебя будто выбрасывают из жизни. Так произошло со мной. Вообще, я не люблю поезда, но в том, котором я ехала сюда, с удовольствием провела бы ещё несколько суток, а возможно, и недель, лишь бы оттянуть момент, когда я окажусь здесь.

Всё это, конечно, можно было бы пережить, но к этому добавляется ещё тот факт, что жить мне теперь придётся с матерью, с которой я виделась и общалась в последний раз в десять лет, когда отец меня забирал с собой в Хинфилд. Он мне рассказывал, что мама когда-то была хорошей, но хорошей я помню её только в его рассказах, все эти события были, видимо, ещё до моего рождения, поэтому я их не помню. Зато отлично помню, как мать беспробудно пила, пока отец был на работе, но, когда он ещё был в Мэйварде, когда ему предложили более хорошую должность и он уехал в Хинфилд, и я осталась с матерью один на один, а её больше было некому контролировать, вот тут-то и проявилась её настоящая материнская любовь и забота.

Трезвой я её не видела никогда, совсем никогда, если даже попытаться вспомнить день, когда она была в адекватном состоянии, ничего не выйдет. Она пропивала все деньги, которые ей высылал отец. Мне приходилось буквально ходить в изношенных вещах и дырявых кроссовках в школу. Ещё позже к ней стал захаживать Митчелл. Мать почему-то предпочла жить с ним, перебивавшимся случайными заработками и неслучайными мелкими преступлениями, вечно небритым и немытым пьяницей, а не с отцом, интеллигентным и всегда спокойным мужчиной, который всегда был добр с ней и со мной. Он делал всё, чтобы обеспечить семью, иногда даже наплевав на себя, он нёс всё в семью и хотел, чтобы мы жили счастливо. Всё это моей матери было не нужно, её интересовала только бутылка.

Даже не верится, что я сейчас снова её увижу. Перед моим приездом мы созвонились, она сказала, что встретит меня на вокзале. Я прождала её там несколько часов, но она так и не появилась. Благо у меня остались небольшие накопления, поэтому я смогла вызвать такси.

Пока мы ехали к месту, которое мне теперь снова придётся называть домом, я только и смотрела в окно. Повсюду старые ветхие дома, мусор, грязь на каждом углу и снующие всюду люди, со взглядом, в котором читалась в лучшем случае безнадёга, а в худшем – озлобленность и агрессия.

Здесь мне теперь придётся провести, по крайней мере, один год, потом я надеюсь отсюда вырваться обратно.

В машине играло радио, по которому передавали актуальные новости.

– Джонсон в своём последнем обращении к народу заявил: «Я и моя партия всегда были и будем на стороне народа, простого народа! А все эти утки, которые про нас запускают всякие проходимцы вроде Лендерсона, это всё наглое враньё! Он заявляет, что мы думаем о нашем собственном обогащении и заботимся только о богатых! Все мои декларации в открытом доступе. Смотрите, читайте. Я небогат и таким никогда не был, более того, я к этому никогда и не стремился. Все годы, что я у власти, я только и делал, что тратил всё своё физическое и моральное здоровье на то, чтобы сделать жизнь граждан нашей страны лучше, и это подтверждает всё, что мы делаем и будем делать дальше. Мы продолжим намеченный курс, ведь я уверен, что в день голосования люди выберут реальные дела, а не наглую ложь, которую льёт в уши избирателям Лендерсон… Он рассказывает о коррупции, но не приводит никаких доказательств. Где они? Покажите, что я и у кого украл! Благосостояние граждан во всех регионах растёт и будет расти, это я лично вам обещаю, и я уже исполняю обещания!»

Но я особо не вслушивалась, что там говорят и что вообще происходит. Я думала лишь о том, как бы ещё хоть на мгновение отдалить момент встречи с матерью.

Такси остановилось около места, где я раньше жила. Небольшой ветхий домик с отдельной комнатой на втором этаже. Когда-то это была моя комната. Там я запиралась, пытаясь спрятаться от всего того, что ежедневно творилось на первом этаже, от криков, пьянства и скандалов.

Вокруг дома когда-то даже росли цветы. По соседству жила старушка, сейчас уже даже не припомню её имя, она всегда ухаживала и за нашим мини-палисадничком. Я взглянула на дом, где она живёт, там явно давно никто не появлялся. Сейчас же ухаживать за всем этим стало, видимо, некому, поэтому дом окружали какие-то сорняки, он тоже выглядел словно заброшенным.

Собравшись с силами, я всё-таки подошла к двери и нажала на кнопку дверного звонка. Подождав несколько секунд, позвонила в дверь ещё раз.

Мне хотелось бы, чтобы сейчас всё случилось как в красивых фильмах: я вернулась, а мать меня действительно ждала. Она всё переосмыслила, бросила пить и сегодня просто задержалась на работе, поэтому не успела меня встретить. А сейчас так долго не открывает, потому что была занята ужином, все её руки измазаны кремом, ведь она готовит мой любимый торт. Но, к сожалению, эта красивая история не про меня.

Дверь открылась, и я впервые за долгие семь лет увидела свою мать. Она родила меня в двадцать лет, значит, сейчас ей не должно быть и сорока, но выглядела она на все пятьдесят. Синяки под глазами, немытые несколько дней волосы. Надеты на ней были какие-то скорее лохмотья, чем одежда. И конечно же, от неё за версту разило алкоголем.

– Маргарет? – хриплым голосом произнесла она. – Ты же должна была приехать в выходные.

– Сегодня как раз последний день выходных, именно сегодня я и должна была приехать. Я тебе звонила, но ты не брала трубку. Я написала СМС, видимо, ты его тоже не видела.

– Ну да что уж теперь.

– Действительно.

– Проходи, располагайся.

Обстановка внутри дома была похожа на то, что кто-то