Капитан Крокус - Федор Кнорре

еф полиции города был очень опытным полицейским и отлично справлялся со своими трудными обязанностями. Но теперь полиция просто с ног сбилась: мало того, что нужно ловить людей, — теперь приходится гоняться за собаками, канарейками, ежами и львами!

Произошло ужасное таинственное преступление на Чучельномеханическом комбинате! Что пропали звери, это ещё куда ни шло, но они уехали в автомобиле и сбросили фургон в воду! Это необъяснимо! Но этого мало. Ещё эта скандальная история с господином Почётным Ростовщиком!

В своём рапорте Шеф очень убедительно и красиво объяснил, каким образом и почему господин Почётный Ростовщик решил из себя самого сделать чучело, и всё получилось гладко. Но одно дело объяснить что-нибудь другим, а другое поверить в это самому. А Шеф полиции ни на минуту не верил той ерунде, которую сообщил в рапортах господам многоэтажникам в Тайном совете или репортёрам городских газет.

Теперь, вернувшись с заседания, где он делал доклад о событиях на Чучельномеханическом комбинате, он то и дело вздрагивал всем телом, вспоминая, как сам господин Генерал-Кибернатор лично скрежетал зубами, вопил, орал, верещал и рычал своё обычное: «Переловить!.. Очучелить!.. Набить опилками, соломой, трухой, стружками, требухой. Распотрошить! Расплющить! Всех пущу на чучела! Поймать, доставить!» — до тех пор, пока чуть не захлебнулся от бешенства.

Сидя у себя в кабинете, Шеф ещё часа два всё вздрагивал, приговаривая при этом каждый раз «бррр-р» и вспоминая эти малоприятные обещания господина Генерал-Кибернатора, которые могли ведь относиться и к самому Шефу!

Чтобы немножко прийти в себя, он открыл потайное отделение своего несгораемого сейфа и достал оттуда бутылку специального полицейского рома, от которого он быстро приходил в себя — то есть совершенно переставал чувствовать себя человеком и становился только полицейским.

Он выпил рюмочку, тяжело перевёл дух и вздрогнул, но уже послабее, чем прежде. Выпил ещё и вздрогнул уже еле-еле. Налил ещё и понёс было рюмочку себе ко рту, заранее пришлёпывая губами, как вдруг опять вздрогнул и обернулся, расплескав несколько капель.

— Кто посмел пустить сюда мальчишку? — рявкнул Шеф уже настоящим полицейским голосом.

— А я сам вошёл! — нахально ответил мальчуган. — Чем кричать, я бы на вашем месте предложил мне сигару. И налил рюмочку!

— Ах ты поганец! — не помня себя от удивления, всплеснул руками Шеф. — Ты лучше скажи, когда тебя твой папа порол в последний раз?

Мальчик призадумался, почесал одну об другую ножки в носочках и коротеньких штанишках и, добросовестно припомнив, ответил:

— Полагаю, упомянутое вами событие имело место около тридцати трёх лет тому назад.

Шеф впился взглядом в большеголового мальчика в матросской курточке. Его личико что-то отдалённо ему напоминало. Но что? Что-то совершенно невозможное. Наконец Шеф ударил кулаком по столу и рявкнул:

— Тебе не говорили, что ты на кого-то похож?

— Говорили. Но в разное время я бываю похож на разное. Я думаю, что сейчас я похож на себя, когда я был маленьким. А когда я был маленьким, мама мне часто говорила, что я сам на себя не похож.

— Ты смеёшься надо мной, чертёнок!.. Или вы шутите надо мной, господин… Э?..

— Хорошо, — невозмутимо сказал мальчик, — я вам помогу: я напоминаю вам себя. Разрешите представиться: Пафнутик!

— Но ты напоминаешь… А ведь вы и есть…

— Тити Ктифф, к вашим услугам, — процедил сквозь зубы мальчонка так, что Шеф сразу узнал знаменитого сыщика. — Напомню ещё раз, что не отказался бы от доброй рюмки полицейского и сигары!

— Боже мой! — с восхищением воскликнул Шеф, любуясь маленькой фигуркой в матросском костюмчике. — Тити! Вы превзошли самого себя! Кто вы теперь?

— Я маленький зловредный заговорщик!

— Великолепно! Но можете ли вы теперь… курить? И выпить? Ведь вы…

— Больше чем когда-либо, Шеф. Не забывайте, что я уменьшился весь, кроме головы. Голова-то мне нужна прежняя. И эта голова хочет курить. Я целый день трусь среди этих окаянных малышей и ни разу не закурил.

Дрожащей от восторга рукой Шеф нацедил полную рюмку и пододвинул ящик с сигарами.

Сыщик с жадностью затянулся несколько раз подряд и хлебнул из рюмки.

— Ну, как идут у нас дела с заговором, Тити? Налаживается? Попыхивая сигарой, сыщик снисходительно кивнул:

— Считайте, что заговор у нас уже есть!

— Неужели вы уверены? У нас есть настоящий, добротный, опасный заговорчик? А? Уверены?

— Вот тут! — Мальчонка хлопнул себя по карману матросских штанишек с золотыми пуговками. — Он у нас в кармане!

— Великолепно! И много заговорщиков в него впутано? Хотелось бы побольше, вы же понимаете! Кто они?