Тайна пропавшей бабушки - Микки Лиш

– Пора поставить его на место.

Дядя Питер встал на колени перед ящиком, дрожа, протянул руку и вставил кубик туда, откуда когда-то забрал. Кубик подошёл идеально, держась, словно на магнитах. «Калейдос» снова стал целым.

Обеими руками дедушка Джон схватился за переднюю стенку ящика и открыл её. Внутри царила тьма.

Дедушка беспомощно уставился внутрь – туда, где, как все надеялись, пряталась его жена.

Налетел внезапный порыв ветра, и по всему дому захлопали двери. Пламя факелов погасло.

– Это Никто? – встревожился Спенсер.

Но они не видели угрожающего синего огонька и не слышали злобного хохота. Вместо этого послышался тихий шелест, потом шаги, голоса. Через несколько мгновений поток трепещущих лепестков – розовых лепестков – ворвался в дверь. Они облетели всех, кто был в комнате, и опустились на блестящий ящик. А за лепестками, словно их вели сюда, в комнату вошли недоумевающие родители Хеди и Спенсера. Они на мгновение остановились в дверях, а потом дети бросились к ним в объятия.

– Что происхо?.. – начала было мама и замолчала, уставившись на «Калейдос».

Тьма в ящике рассеивалась, словно ночь, уходящая на рассвете. Когда она окончательно развеялась, все увидели женщину, лежавшую на боку. Та открыла глаза.

– Роуз!

Дедушка Джон встал на колени перед ящиком и схватил её за руку.

Роуз Санг, пропавшая много лет назад, нерешительно выбралась из ящика. Она показалась Хеди странно знакомой. Словно картинка ожила – то была молодая женщина, которую они со Спенсером видели на фотографии, – а ещё Хеди сразу увидела в бабушкином лице столько своих черт. Она выглядела так же, как и в тот день, когда исчезла, и была одета в тот же самый костюм помощницы фокусника. Опустившись на колени в тайной комнате, она посмотрела на старика перед ней. По его лицу текли слёзы.

– Джон? – прошептала Роуз, утерев его слёзы.

– Это я, – сказал он, положив сверху ладонь.

Роуз всхлипнула и прижалась к груди дедушки Джона. Мама, смотревшая на всё в безмолвном изумлении, медленно шагнула вперёд, опустилась на землю и уставилась на свою мать, которую знала лишь по воспоминаниям.

– Как?.. – только и спросила она.

Роуз снова всхлипнула и протянула руку дочери. Все трое плакали, а остальные тихо стояли на почтительном расстоянии.

Хеди не знала, что и думать. Прошедшие две недели они со Спенсером с нетерпением ждали этого момента, были им буквально одержимы. Но глубочайшее чувство утраты, которое испытывали Роуз, Джон и Оливия и которое сейчас сменялось невероятной радостью, было почти невыносимым.

Джелли сунула голову между Хеди и Спенсером.

– У вас получилось, – сказала она.

Хеди и Спенсер восторженно переглянулись.

– Получилось, – дрожащим голосом ответила Хеди и вздохнула.

Роуз смеялась и плакала, а её растрёпанные тёмно-русые волосы становились всё светлее. Прямо у всех на глазах, с каждым движением она начала постепенно стареть, догоняя упущенные десятилетия. Её волосы стали седыми, с железным отливом, а на коже появилось несколько тонких морщин. Роуз либо не замечала этого, либо ей было всё равно; всё её внимание было поглощено мужем и дочерью. Наконец перестав плакать, она наклонилась к дедушке Джону и втянула носом воздух.

– Джон, ты ужасно пахнешь, – сказала она.

– Это всё струя скунса, – объяснил Спенсер.

Роуз повернулась к внукам. С помощью мужа и дочери она с трудом поднялась, покачиваясь, словно новорождённый жеребёнок, который только учится ходить.

– Хеди, Спенсер, – улыбнулась она, и этого оказалось достаточно, чтобы ребята тут же бросились к бабушке и заключили её в объятия.

– Осторожнее, – тихо попросила их мама.

– Не стоит, – возразила бабушка Роуз, целуя Хеди и Спенсера в макушки.

Ребята ничего не сказали, потому что сказать надо было слишком много. Руки и лицо бабушки Роуз были холодными, но вот взгляд – теплее любого солнца.

– Вот ты наконец и познакомилась с внуками, – проговорила мама и высморкалась.

Бабушка Роуз чуть отклонила голову, чтобы посмотреть на ребят, и произнесла:

– Я видела вас всякий раз, когда вы сюда приезжали. И тебя тоже, Оливия. В последнее время Хеди и Спенсер напоминали огоньки, которые я видела в темноте, откуда-то издалека. Вы освещали дом, когда были здесь.

Мама снова расплакалась, уткнувшись в плечо бабушки Роуз.

– Если бы я знала, мы бы приезжали чаще.

– Они спасли тебя, Роузи, – пробормотал дедушка Джон. – Нарушили все правила этого дома и спасли тебя.

– Спасибо, – прошептала бабушка Роуз. – Спасибо вам.

– Там было плохо, бабушка? – тихо спросила Хеди.

Бабушка Роуз помрачнела.

– Там было темно. И одиноко.

Она с опаской оглянулась через плечо на открытый «Калейдос», и дедушка Джон поспешно закрыл его.

– Это Уилл, мой муж, – сказала мама, обнимая бабушку Роуз за плечи и показывая на отца Хеди и Спенсера. Посмотрев на Джелли, она добавила: – А это, должно быть, Анжелика, внучка Питера.

Папа утёр слёзы рукавом и подвёл к ним Джелли.

– Я… я никогда не думал, что встречусь с вами, – пробормотал он.

– Ну, тогда иди сюда, – улыбнулась бабушка Роуз и сердечно обняла зятя.

Он снял куртку и завернул в неё бабушку Роуз.

– Вам, похоже, холодно. Наденьте.

– Пап, ты только что вытирал рукавом сопли, – напомнил Спенсер.

– Рукав я не трону, – невозмутимо сказала бабушка Роуз. – К тому же он, по крайней мере, не пахнет скунсом. – Она повернулась к Джелли: – Какая большая у нас семья. Анжелика, верно?

– Можете звать меня Джелли, а ещё у меня есть младший брат Макс. – Обняв бабушку Роуз, Джелли начала болтать без умолку. – Боже мой, тётя Роуз, ты вообще знаешь, сколько всего Хеди и Спенсер сделали, чтобы тебя спасти? Хеди чуть не упала с крыши… а, ну об этом ты, наверное, знаешь… а потом на неё напали горгульи, а потом их со Спенсером чуть не зарубили рыцарские доспехи… они как раз тут за дверью стоят… а потом в моего дедушку вселился призрак, и…

– И Никто чуть не снёс мне голову! – вставил Спенсер.

– А ты вообще знаешь, что сегодня сочельник?

Хеди со смехом зажала им рты:

– Давайте попозже!

– Правильно. Попозже, – согласилась мама, – и во всех подробностях.

Спенсер вскинул руки, потом показал на Дуга и Стэна, лежавших на полу:

– Подожди. Познакомься с нашими друзьями.

Ребята подтащили ковёр и оленью голову поближе.

Стэн прокашлялся:

– Мадам, представляю вам своего компаньона Дугласа, самый свирепый ковёр из медвежьей шкуры… нет, самого свирепого медведя во всей Англии.

– А это Стэнли, – подхватил Дуг и добавил полушёпотом: – Он будет вам рассказывать, что он лорд Королевского леса, а после этого приключения, должно быть, считает, что рога у