Девья яма - Ирина Сергеевна Богатырева

– Как зачем? Можно мелких тренировать. Новичков, типа. В секции. Только знать бы, что там не тупик.

– И он хочет это на мне проверить?

– Не он. Я хочу. Он ещё не знает, что ты приехал. Это моя идея.

Ник почувствовал разочарование. Одно дело – руководитель секции тебе предлагает, другое дело – Коля, пусть даже и лучший друг.

– Да я ему скажу, не переживай. Он просто… уехал сейчас, короче. Соревнования у него. В этом… ну как его… на Урале. – Коля непонятно мялся. – А мне сказал пока разведать.

– Одному, что ли?

– Фролыч мне доверяет!

Фролыч и правда доверял Коле больше всех в секции. А уж тот Фролыча вообще как отца родного любил, благо, что своего отца у него и не было. Да и было за что любить – Фролыч крутой, в смысле, сильный, смелый, весёлый, всегда готов поддержать, но и требовать умеет. Он же не только в Яму их водил, но и подготовку физическую всегда требовал, скалолазанием они с ним занимались, он для этого стенку специальную выбил. Хотел её сзади музея поставить, где секция, но власти не разрешили – культурное наследие. Дед как раз и не разрешил, хоть Ник сам его тогда уламывал. Пришлось ставить у школы. Ничего, это тоже недалеко. Зато теперь была стена, единственная в городе, где они занимались перед тем, как лезть в Яму. А уж от Ямы Фролыч вообще был без ума. Мама говорила, он там душу оставил, скормил той самой Белой Деве. Ник, когда маленький был, верил – он Деву эту ужасно боялся и в том, что она есть на самом деле, не сомневался, ведь недаром пещеру так и называют – Девья яма. Самая большая пещера в регионе, на минуточку. Реально большая, там три автобуса можно поставить в первых залах! Так что туристов водить – это запросто. Но вот чтобы пускать детей одних в шкуродёры…

– Ну что, полезешь? – Коля как будто слышал, о чём Ник думал.

– Посмотрим. Фролыч когда вернётся?

– Неважно! Он нам полное добро дал. Давай решайся! Нам же только глянуть – и айда.

– А вдруг застряну?

– Не застрянешь, там порода мягкая. Я сапёрную лопатку взял. И железо всё есть. Будешь на обвязке, вообще без палева.

– Чего, прямо сейчас, что ли, лезть? – Липкое, холодное снова зашевелилось, потянуло под ложечкой. Ник почувствовал, что ладони вспотели. Но и азарт застучал в голове: чего ждать-то, давай решайся!

– А чего время терять?

– Да так-то всё лето впереди. Вот вернётся Фролыч…

– Это у тебя всё лето, а тут, может, на дни счёт идёт! – выпалил вдруг Коля и осёкся.

– В смысле? – Ник напрягся, но тут вспомнил разговор с дедом: – А, из-за музея, что ли?

– Какого музея? – Коля смотрел мрачно, он как будто не хотел больше говорить.

– Дед сегодня в администрацию поехал, сказал, как раз про Яму решать будут, чтобы в музей её перевести. Туристов водить.

– Да! Точно – из-за музея! – Коля так оживился, что Ник перестал ему верить. Он как будто нашёл всему объяснение – и именно Ник ему подсказал. – Как народ повалит, уже ничего толком не исследуешь.

– Ну это же, наверное, не быстро. У нас точно время будет. Чтобы слазить.

– Нет, не будет! Яму уже закрыли, ты хоть знаешь?

– В смысле? Кто? Почему? – Ник растерялся.

– Кто-кто. Просто взяли – и закрыли. Объявление висит. Типа, распоряжение администрации. Доступ в ледник и пещеру запрещён.

Ник нахмурился. Почему дед ничего ему не сказал? Впрочем, дед же не думал, что Ник в первый же день решит лезть в Яму. Точнее, что он в первый же день встретится со своим закадычным другом, которому стрельнёт сразу же лезть в Яму. Вот прямо с дерева – и туда.

Об этом он и сам не думал.

Но если администрация музея закрыла Яму, значит, был повод. Дед и есть администрация. В смысле – директор. А Ник не готов идти против деда.

– И чего же мы тогда туда полезем?

– Да как ты не понимаешь! – Коля закатил глаза. Его лицо выражало отчаяние. Ник чувствовал, что тупит. Коля чего-то хотел от него, но чего и зачем – не говорил. А ему это не нравилось. – Вопрос жизни и смерти!

– Чьей?

– Моей! Хочешь – моей! Так легче?

– Ничего не легче, если ты не говоришь.

– Ладно. Я скажу. Я всё расскажу, – выпалил Коля. И замолчал. Смотрел и молчал. Не то не решался. Не то не доверял. Ник ощутил опять неприятное шевеление под ложечкой. – Только не сейчас. Давай потом.

– Это когда же?

– Потом. Обязательно всё расскажу. Ты просто пока поверь, что мне это очень нужно.

– Именно сегодня?

– Да. Именно сегодня.

Они сидели на ветке и буравили друг другу глазами. Липкое, неприятное так и тянуло. Но голос внутри снова заговорил. Он твердил, что Коля – друг. Единственный. А друзьям надо доверять. Не хочет говорить – и не надо. В конце концов, друзья помогают друг другу. В любой ситуации. Просто так.

– Ну, чего, не полезешь? – спросил Коля хмуро.

– Ладно. Айда. – Ник махнул рукой.

– Молодца, ценю! – Коля тут же преобразился и, как Фролыч, хлопнул его по спине, чуть с ветки не скинул. – Дёрнули! – Он спрыгнул, подхватил свой пакет.

– Погоди! Куда дёрнули! У меня же снаряги никакой!

– Я всё собрал. В первой галерее лежит. Там и комбезы, и каски, и железо. Не парься, работают профессионалы! Ты только вот сапоги примерь.

Он вытряхнул из пакета старые резинки. Ник спрыгнул, снял ботинок. С недоверием вставил ногу. Сапог видал виды и явно бывал в Яме не раз. Но подошёл как родной.

– Это мои, прошлогодние. Я же говорю, не вырос! – Коля был счастлив, он смеялся и готов был прыгать. Ник чувствовал, что от этой весёлости в нём притупляется тревога. И правда, чего такого, сколько раз они лазили в эту Яму, сколько ходов исследовали там. Да, шкурники ещё не попадались, но тем же интереснее! И Коля друг. А друзьям надо верить.

– Ныряем! – скомандовал тот, закинул за спину пакет и припустил со всех ног – в парк, к Яме.

Глава 3

1

Наконец его отпустило.

Чем ближе подходили к пещере, тем больше колотило. Колотило, пока шли через парк. Коля выбрал обходной путь, не по центральной аллее, где висели камеры на фонарях, – Ник это заметил. А у самого ледника вообще в кусты свернул, так что к двери они продирались, как какие-нибудь медведи.

Коля молчал, от вяза не проронил ни слова,