Пес спешит на помощь - Кристина Нестлингер

Это Кабана убедило. К тому же он постоянно хотел есть, а потому милостиво согласился угоститься за счёт Пса гуляшом с домашней лапшой.

Пёс жевал свой гуляш без всякого аппетита. Он напряжённо думал: как, не обидев, отговорить Кабана от его дурацкой затеи? Ведь нельзя допустить, чтоб он и в самом деле заявился к директору театра! Его же там засмеют! А такого нежная кабанья душа просто не выдержит!

К концу обеда Пса осенило.

— Слушай, Кабан! — сказал он. — У всякой уважающей себя звезды мюзикла должен быть импресарио!

— Кто-кто у меня должен быть? — переспросил Кабан.

— Импресарио! — ответил Пёс. — Ну, личный агент. Который заключает за него договоры, торгуется о гонораре и всякое такое.

— И где ж я его возьму? — огорчился Кабан.

— Я — твой импресарио! — выпалил Пёс.

Кабан кивнул.

— Да, ты, пожалуй, подойдёшь, — сказал он удовлетворённо.

— А раз так, — продолжал Пёс, — то сперва к директору пойду я! Это гораздо солиднее! И потом, будет лучше, если я сначала расхвалю ему твои таланты!

— Отлично придумано! — воскликнул Кабан. — Хвалить себя самому неприлично!

— Ага, — буркнул Пёс.

Он не собирался и в самом деле идти к директору театра. «Притворюсь, будто иду в театр, — думал он. — Пусть Кабан пока тут посидит, а я немного поброжу по городу, вернусь и скажу, что в театре, к сожалению, в этом сезоне ни одного мюзикла не идёт, а на мюзикл в следующем сезоне все роли уже розданы. Такой отказ, — думал Пёс, — меньше огорчит Кабана, чем если его выставят за полную непригодность».

— Уже почти два часа, — сказал Кабан. — Скорей плати и пойдём!

Пёс уговаривал Кабана подождать в трактире, но тот и слышать об этом не хотел. Вместе они подошли к дверям театра.

— Ну давай, до скорого! — сказал Пёс, взявшись за ручку двери.

— Я пойду с тобой, — сказал Кабан. — Подожду тебя прямо перед кабинетом директора!

И не успел Пёс слова вымолвить, Кабан уже бодро зашёл в фойе и спросил вахтёра:

— Как пройти к директору?

— По главной лестнице на второй этаж, первая дверь направо, — ответил вахтёр.

Кабан галопом поскакал вверх по лестнице, и Псу ничего не оставалось, как припустить за ним.

На первой двери с правой стороны красовалась медная табличка:

«ДИРЕКЦИЯ»

Перед дверью стояло кресло.

— Успеха! — сказал Кабан, опускаясь в кресло. — Я буду держать за тебя кулаки!

Пёс растерялся. «И что же мне теперь делать?» — думал он, глядя на дверь с табличкой.

В этот момент в коридоре показалась стройная молодая блондинка. Завидев Пса, она бросилась к нему, воскликнула: «Чудесно!» — распахнула дверь в кабинет директора и радостно объявила:

— Господин директор, Пёс пришёл, принимайте!

Деваться было некуда — Пёс зашёл в кабинет.

По стенам висели фотографии актёров. Господин директор утопал в кожаном кресле за огромным письменным столом. У него были рыжие волосы, рыжие бакенбарды, оттопыренные уши и толстый живот.

— Присаживайтесь, почтеннейший! — пророкотал он. — Хотите сигару, кофе?

Пёс вежливо отказался, снял шляпу и опустился в кресло для посетителей.

— Вот уж действительно спасение в последнюю минуту! Как же мы вам рады! — сказал директор, вытаскивая из стопки на своём столе синюю картонную папку. — Будем надеяться, вы справитесь с текстом до завтра. Это главная роль! — Он сунул папку оторопевшему Псу. — Просто гора с плеч! Я нашему Псу всё время твердил: актёр не может быть альпинистом! Это слишком опасно! Но ведь говоришь как об стенку горох! И вот наш Пёс лежит в больнице с переломанными лапами и сотрясением мозга. Мы уже десять дней ищем ему замену! Ни у одного агента нет ничего подходящего! Они шлют мне каких-то такс, пинчеров, спаниелей и прочую мелочь! Все отличные актёры, между прочим, но только не на эту роль! — Директор воздел руки к потолку: — Остаётся только возблагодарить небеса за ваше появление!

Теперь Пёс наконец понял, в чём дело, и хотел уже объяснить, что он никакой не актёр, но директор не дал ему вставить слова и принялся описывать роль:

— Великолепная романтическая партия! Вы — принц и любите принцессу соседнего королевства. Но она влюблена в Добермана и не отвечает на ваши чувства. Вы впадаете в скорбь и меланхолию, но вскоре до вас доходят слухи, что принцесса вышла замуж за своего Добермана и он жестоко с ней обращается. И тогда вы решаете избавить принцессу от негодяя…

Чем дальше директор рассказывал, тем больше Псу нравилась вся эта история! «А почему бы и нет? — подумал он. — Наизусть я всегда запоминал легко, печаль во взоре изобразить сумею, а драка с Доберманом — это вообще пустяки». Поэтому он не стал объяснять директору, что никогда не играл на сцене, выслушал пересказ пьесы до конца и сказал:

— Тут есть одна проблема. Там за дверью сидит Кабан — мы с ним партнёры. Мы всегда выступаем только вместе — такой у нас уговор!

— Но в этой пьесе нет роли для Кабана… — растерянно проговорил директор.

— В том-то и дело! Поэтому я вынужден отказаться, — ответил Пёс. — Без моего друга Кабана я ни в одном спектакле не участвую!

И Пёс поднялся, будто собираясь уходить.

— Погодите! — Директор вскочил и на всякий случай ухватил Пса за шарф. — Вашему другу Кабану нужна большая роль?

— Не обязательно, — сказал Пёс. — Главное, чтобы он присутствовал на сцене и иногда подавал реплику.

— Отлично, будет вашему Кабану роль! — Директор выпустил шарф Пса и уселся обратно за свой стол. — Кабан станет вашим младшим братом. Бывают, знаете, такие братцы, которые таскаются за старшими, как хвост… И пусть время от времени говорит: «Я с тобой согласен, брат!» Хватит с него?

Пёс кивнул:

— Тогда мы с Кабаном пошли разучивать наш текст!

Директор пожал Псу лапу, сообщил ему, что завтра в десять часов генеральная репетиция, и попросил не опаздывать.

— Ну наконец-то! — Кабан, дожидавшийся под дверью, вскочил и возбуждённо запрыгал вокруг Пса. — Что, будет у меня роль?

— У тебя будет главная роль, — ответил Пёс. — Ты будешь Кабаном, который на всё согласен. А мне, представь, тоже дали роль! Я буду твоим братом!