Пес спешит на помощь - Кристина Нестлингер

Кабан страшно обрадовался и предложил немедленно отметить это событие. Но Пёс сказал, что отмечать сейчас некогда, нужно учить текст.

Пёс и Кабан сели на мопед и поехали за город, в луга. Там они устроились на траве, и Пёс стал разучивать с Кабаном фразу «Я с тобой согласен, брат!».

Поздно вечером, когда из-за холмов уже показалась луна, Кабан наконец усвоил свою реплику. Но от усилия он так утомился, что заснул прямо тут же, на лугу. Пёс укрыл его своей шерстяной кофтой и принялся разучивать роль принца. К счастью, луна светила так ярко, что Пёс мог читать при её свете.

К рассвету Пёс выучил роль. Текст «лёг», как говорят актёры. Конечно, Псу очень хотелось спать: он не привык бодрствовать по ночам, и теперь глаза у него слипались.

Кабан проснулся, потому что солнце светило ему прямо в пятачок. Он зевнул, потянулся и произнёс:

— Я с тобой согласен, брат!

Пёс очень обрадовался, что Кабан не забыл свою фразу.

Генеральная репетиция прошла с огромным успехом! Директор был в восторге от Пса.

— Где вы играли раньше? — спросил он. — Странно, что я о вас не слышал! Такой талант должен быть широко известен!

— Я работал за границей, — сказал Пёс.

— И я работал за границей, — подхватил Кабан.

Но директор не проявил к последнему сообщению никакого интереса. Похоже было, что он не очень-то и слушал. От Кабана это не укрылось.

— В чём дело, почему он меня не хвалит?! — пожаловался он Псу.

— Что ты, он тебя только что расхваливал до небес! — солгал Пёс. — Как раз когда ты отошёл в туалет.

Кабан дал себя успокоить.

С этого дня Пёс и Кабан семь раз в неделю выступали в спектакле «Принц в поисках счастья». Пёс вскоре стал любимцем публики, а Кабан в любом случае не мог сильно испортить дело. Ведь для хода пьесы было совершенно не важно, скажет он вовремя свою фразу или забудет. А когда опускался занавес и актёры под гром аплодисментов выходили все вместе кланяться публике, Кабан ликовал в душе и думал: «Это мне так хлопают!»

Но в один прекрасный день Кабану вздумалось полистать в трактире газету. На последней странице, в разделе «Досуг», он увидел рецензию на «гвоздь» местного театрального сезона. «„Принц в поисках счастья“, — говорилось там, — увлекательная по сюжету и в то же время очень поэтичная пьеса. Пёс, исполнитель главной роли, — редкое, мощное сценическое дарование. Актриса, играющая принцессу, также очень талантлива». Рецензент отозвался с похвалой и о Добермане, и об отце принцессы, и о её горничной, и о камердинере Франце. Он одобрительно упомянул даже повара, который во втором акте приносит Псу пирожки с курагой. А кончалась рецензия так: «Только одно в этом на редкость удачном спектакле остаётся полной загадкой: зачем за главным героем неотступно следует младший брат и ни к селу ни к городу взвизгивает: „Я с тобой согласен, брат!“? Без этого персонажа пьеса и спектакль только выиграли бы!»

Кабан помчался с газетой к Псу.

— Ты только почитай! — возмущённо заверещал он. — Я покажу этому болвану, этому продажному писаке, где раки зимуют. То-то он удивится!

— Что ты такое задумал? — спросил Пёс, озабоченно морща лоб.

— Вечером увидишь! — таинственно взвизгнул Кабан.

— Пожалуйста, не устраивай сюрпризов во время представления! — предостерёг Пёс. — Это может плохо кончиться!

— Да ладно тебе, — отозвался Кабан. — С тех пор как мы вместе, мне так везёт, что плохо кончиться не может!

Вечером, когда в театре поднялся занавес, Пёс, как всегда, сидел на своём троне, а Кабан — на ступенях у его лап.

Пёс начал свой монолог:

— Мой добрый Франц, где взять мне сил?

Сгораю я от нетерпенья:

Руки принцессы я просил

И жду теперь её решенья.

Когда ж письмо её придёт?

Зачем гонец ко мне не скачет?

Ах, сердце ноет, сердце плачет!

Как день томительно идёт!

Тут Кабан должен был сказать: «Я с тобой согласен, брат!» Но сегодня он решил наплевать на свой текст и принялся кувыркаться вокруг трона, распевая: «Отцвели уж давно тра-ля-ля-ля ля-ля».

Зрители покатились со смеху, некоторые даже зааплодировали, а толстая крашеная блондинка в первом ряду закричала: «Браво!»

В этот момент на сцене снова появился камердинер Франц с большим конвертом в руках и произнёс:

Мой принц, смотрите, вот оно,

Письмо которого вы ждали.

Принц выхватил у него конверт, надорвал его, достал письмо и прочитал:

— «Простите, принц, коль ранит вас

Моё письмо, моё решенье.

Примите стойко мой отказ

И искреннее сожаленье.

Причину вам хочу назвать

Я без утайки и обмана:

Люблю я графа Добермана.

Женой мне вашей не бывать!»

Тут Пёс должен был разрыдаться, но неожиданно вмешался Кабан: он снова принялся кувыркаться по сцене, непрерывно вереща во всю глотку:

— Я с тобой согласен, брат! Я с тобой согласен, брат!

Зрители снова засмеялись, многие аплодировали, а толстая блондинка в первом ряду вскочила и закричала:

— Браво, браво, брависсимо!

Камердинер Франц ухватил Кабана за хвост и попытался оттащить за кулисы, но не тут-то было. Кабан упирался всеми четырьмя ногами и пронзительно верещал:

— Я тут в главной роли! Без меня нельзя! Выпусти меня сию минуту! Руки прочь!

Зрители пришли в настоящий экстаз. Стены театра тряслись от дружного многоголосого хохота. Толстая блондинка в первом ряду обеими руками посылала Кабану воздушные поцелуи.

— Занавес! — завопил директор за кулисами.

Занавес медленно опустился. Директор как ошпаренный выскочил на сцену.

— Кабан что, рехнулся?! — закричал он. — Уберите отсюда эту свинью, немедленно уберите свинью!