Магазинчик моего дедушки - Шермин Яшар

Говорят же у нас в Турции: «Доброе слово и змею из норы выманит». Значит, оно может и вора выманить из бакалеи. Но это только на тот случай, если я буду в лавке, когда придет вор. Если же в магазинчике будет дедуля, он с вором любезничать не станет. Он и со мной-то не очень любезен, а с вором и подавно…

Вот я и решила взять собаку. Если перед магазинчиком всегда будет сидеть собака, не придет к нам никакой вор. Идея была лучше не придумать! Но дедуля никогда бы на это не согласился.

Если я ему скажу: «Давай собаку заведем, а?» – он точно посмотрит на меня одним из своих сердитых взглядов. Вот я и решила сделать все втайне.

В деревне есть бездомная собака. Желтая-прежелтая и невероятно умная. Саддам…

Я не знаю, кто дал ей эту кличку, но вся деревня зовет ее Саддам. И мне кажется, эта кличка ей очень идет. Я позвала Саддама, и мы вместе дошли до бакалеи.

Самый дешевый товар в магазинчике – килограммовая упаковка печенья. В упаковке обычно все печенья целые, но бывают и поломанные. Поломавшиеся печенья никто не покупал, и я их ела. А теперь их должен был доедать Саддам.

Я несколько дней подряд давала Саддаму понемногу печенья. Каждый раз, когда он приходил к лавке, получал печенье. В конце концов он вообще перестал куда-либо отходить.

Дедуля несколько раз заводил разговор про Саддама: «Ты что, подкармливаешь эту псину чем-то, что он теперь всегда тут околачивается?»

Но я все отрицала: «Чем же я могу его подкармливать, дедуля? Я сама тут не ем почти. Смотри, и мусорное ведро пустое».

Тем временем Саддам стал нашим охранником. Миссия была выполнена! Я вновь могла гордиться своей сообразительностью. Мы были готовы к любым ворам!..

Ну, то есть я так считала. Однажды ночью, когда мы остались у бабули, вдруг зазвонил домашний телефон. Трубку взяла мама.

«А-а! И-и? А-ах! Ну надо же» – удивлялась она в телефон. Все собрались в пижамах вокруг мамы. Положив трубку, она повернулась к нам и сказала: «В магазинчик вор забрался!»

Я так и подскочила на месте.

– Он вышел? – быстро спросила я.

– Кто вышел? – удивилась мама.

– Ну вор! Он все еще в лавке? Я пойду поговорю с ним.

Мама на меня так посмотрела – а смотрела она по-особому, – что я не стала настаивать и вернулась в постель. Разговор я могла слушать и из своей комнаты.

Короче, было все так.

Ночью пришли воры и попытались взломать дверь магазинчика. У них не получилось, и они попробовали влезть через окно. Но и окно они не сумели открыть. Дом дедули находится прямо рядом с бакалеей. Воры эту деталь упустили. Дедуле в ту ночь не спалось, и он встал попить воды. (Конечно, ночью не будешь хотеть спать, если целый день спишь!) Дедуля попил воды и уже возвращался в постель, когда увидел в окно отсветы ручных фонариков. Он взял свой фонарик, вышел на улицу и громко спросил: «Эй, кто там ходит?» Воры тут же и убежали, то есть в итоге в магазинчик воры не зашли.

Утром я пошла в лавку. Саддам стоял около лестницы.

– Где ты ночью был, шакал?

Если я хочу, чтобы он работал сутками, я должна увеличить ему довольствие печеньками.

Дедуля увидел меня и сказал:

– Ну здравствуй, каркуша. Накаркала, что вор придет. Вот и пришли.

Будто это я их позвала.

– Ты бы их газировкой угостил, – ответила я.

Он не понял. Конечно, не поймет.

Если бы вы попробовали хоть немножко со мной поговорить, то поняли бы, что я хочу сказать…

Местные производители

Это деревенская бакалея, все верно. Мы знаем всех, кто приходит за покупками, но бывает, что приходят сюда и незнакомые нам люди. Они обычно либо дорогу найти не могут и заходят в магазинчик спросить, как проехать куда-то, либо приехали к нам в деревню на несколько дней кого-то навестить.

Когда такие чужаки заходят в бакалею, они пытаются беседовать, задавая разные странные вопросы.

– Как дела идут? Сколько человек живет в этой деревне? Вы продаете местные продукты? – и все типа этого.

Я не люблю такие вопросы. Но все равно на них отвечаю.

– Дела нормально. Людей здесь живет много, сколько точно, не знаю. Местные продукты не продаем. А зачем их продавать?

Когда я произнесла эту последнюю фразу, у меня в голове будто лампочка зажглась… А почему бы и не продавать? Пока я об этом думала, в лавку зашел ребенок вместе с мамой. Я их не знаю. Перед входом в магазинчик стоит машина. Не местные.

– Вы потерялись? – поинтересовалась я.

– Не-ет, – ответила женщина. – С чего бы нам теряться?

Взрослая и огрызается! Такие на пустом месте обижаются, на пустом месте заводятся, на пустом месте на людей бросаются. Обычно я от таких взрослых держусь подальше. Я пожалела, что спросила. Я знала, что плохо такое желать, но все равно сказала про себя: «Иншаллах, потеряешься!»

Если мама услышит эти мои слова, очень рассердится. Она всегда говорит: «Не желай никому плохого, не проклинай никого. Эти слова к тебе потом вернутся». Но эти мои слова не были проклятием. Они были, так скажем, заслуженным плохим пожеланием.

Ребенок этой женщины захотел купить шоколадку.

– А-а-а, – запричитала женщина. – Тебе нельзя шоколад! Вон у тебя уже зубы гниют!

Если бы моя мама мне такое сказала, я бы ужасно взбесилась.

– А чипсы можно? – спросил мальчик.

– Чипсы? Какие еще чипсы? Разве можно кушать чипсы, сынок? – ответила ему мама.

«Конечно можно, – подумала про себя я. – Мы вот в деревне каждый день пачками чипсы едим – и что? Мы неправильно делаем, что ли?»

Мальчик в это время повернулся к сокам.

– В машине есть, дорогой, – ответила женщина. – Перед тем как выйти из дома, я выжала сок. В твоей бутылке есть. Хоть витамины уже и пропали из него, все равно лучше, чем это.

Ребенок захотел взять печенье.

– Сынок, я же испекла тебе курабье. В машине полно. Вкусное, домашнее, с изюмом. А это печенье вообще неизвестно в каких условиях делают.

– Мороженое! – воскликнул мальчик.

– А-а-а, ни за что в жизни не куплю развесное мороженое! – резко ответила женщина.

Мне захотелось ей закричать: «Эй, тетенька, что же будет кушать этот бедный ребенок». Но я не смогла.

Почему? Потому что покупатель всегда прав!

Я наблюдала за ними из-за прилавка с выпученными глазами. В конце концов эта женщина купила своему сыну малюсенькую жвачку без сахара. Они ушли. Двадцать минут выбирали, чего бы купить в магазинчике, и купили малюсенькую жвачку без сахара? В тот день, когда они вышли за порог бакалеи, я золотыми буквами вписала в историю бакалейной лавки свою новую идею: дело с органическими продуктами!

Летом в этой деревне все женщины занимаются заготовками на зиму. Томатная паста, варенье, макароны, тархана, соленья, юфка, консервированные овощи… Очень много всего. Все лето они проводят за этими делами. И конечно, они не хотят, чтобы в это время у них под ногами были дети. Для них эти заготовки на вес золота.

Друг с другом они разговаривают примерно так: «Ай, моя паста томатная в этом году просто великолепно получилась!», «Только попробуй мои варенья, не остановишься потом!»

Например, если ты прольешь, ну или не доешь что-то из этих продуктов, наступит просто конец света. Они просто возьмут тебя за глотку со словами: «Ты знаешь, сколько я этим занималась целое лето?! Смотри, все доедай!» Вот я и подумала, что было бы совершенно неразумно брать все эти органические продукты в бакалею из одного дома. Поскольку тайно брать такое было не по мне, лучшим вариантом было взять взаймы…

Я пошла к бабуле и громко ей заявила: «Бабуля, другая моя бабуля сказала, что у тебя получается очень вкусная томатная паста. Попросила у тебя одну банку, сказала, что поделится с тобой своей, когда приготовит. Сказала еще, что очень хочет вкусной пасты поесть».

Бабуля после моих слов словно расцвела. Сваха просит у нее пасту! Ей, оказывается, очень понравилась ее томатная паста! Вай-вай-вай! Она сразу же вручила мне две банки. Не одну, а две! И передала привет. «Есть!» – сказала я и быстро убежала. А томатную пасту спрятала в самый дальний уголок складского помещения в бакалее.

Потом я отправилась к моей тете Эмине и попросила для бабули солений. Потом пошла к тете