Добывайки в воздухе - Мэри Нортон

— «Угробили» — самое здесь подходящее слово, — сказал мистер Плэттер.

— И никто не скажет, что мы не старались.

— Еще как — из кожи вон лезли. И что меня больше всего бесит, — у этого Эйбла Потта все получается само собой, и стараться не надо. Похоже, ему все равно, приходят к нему люди или нет. «Игрушечный город с живыми обитателями» — вот что будет скоро написано у него на дверях, и тогда нам конец. Полный крах. Лучше признать свое поражение, поверь мне, и сбыть с рук дело, пока оно на ходу.

— Должен же быть какой-то выход… — упрямо повторила миссис Плэттер.

Они сидели, как и всегда, за зеленым столиком на своей чисто прибранной лужайке. В этот воскресный вечер она была еще чище, чем всегда: только пять человек остановились у них, чтобы выпить чаю на берегу реки. Перед этим два воскресенья подряд с утра до вечера лил дождь, а на следующее — то, о котором идет речь, — все отправились на — как называли это местные жители — «воздушное плавание» — подъем воздушного шара с ярмарочной площади, где в палатках продавались чай, мороженое и сахарная вата, а для желающих работала карусель. В субботу люди ездили смотреть сам воздушный шар (шесть пенсов за право один раз пройти мимо канатного ограждения), а сегодня, в воскресенье, сотни их устремились в Фордэм, чтобы увидеть, как он взлетит. Мимо Бэллихоггина двигался Ноток экипажей и автомобилей, не обращая никакого внимания на вывеску «Чай на берегу реки». Грустное это было зрелище для мистера и миссис Плэттер. Их настроение не стало лучше, когда часа в три по полудни этот злосчастный воздушный шар проплыл прямо над их головами, чуть не задев дерево, которое росло перед домом. Им даже был виден сам «воздушный плаватель», глядевший — с насмешкой, как им казалось, — прямо в пылающие яростью глаза мистера Плэттера.

— Что толку повторять: «Должен же быть какой-то выход…» — раздраженно сказал он. — День и ночь я ломаю себе голову, да и ты тоже. Когда все помешались на воздухоплавании, а Эйбл Потт преподнес такой сюрприз, нам с ними не тягаться. Все. Конец. Неужели неясно? Нам ничего не осталось… разве что выкрасть их.

— Почему бы и нет, — сказала миссис Плэттер.

— Что — «нет»?

— Почему бы нам и не выкрасть их? — спросила миссис Плэттер.

Мистер Плэттер вытаращил на нее глаза… Открыл рот, снова закрыл его.

— Но это невозможно, — выдавил он наконец из себя.

— Почему? — снова спросила миссис Плэттер. — Он их никому еще не показывал. Никто не знает, что они у него есть.

— Но это же будет… я хочу сказать — это уголовное преступление.

— Ну и пусть, — прервала его миссис Плэттер. — Мы пойдем на него.

— О, Мейбл! — ловя ртом воздух, произнес мистер Плэттер. — Хорошенькие вещи ты говоришь! — Но на его лице страх постепенно уступал место восхищению.

— Другие люди совершают их, — твердо сказала миссис Плэттер, нежась в лучах его внезапного одобрения. — Чем мы хуже?

— Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал мистер Плэттер; он все еще не мог прийти в себя.

— Все когда-нибудь делаешь впервые, — изрекла миссис Плэттер.

— Но, — мистер Плэттер нервно сглотнул, — но преступников сажают в тюрьму. Я не против того, чтобы выложить лишние деньги, на это я готов, душенька; всегда был готов, сама знаешь. Но это… О, Мейбл, такое могло прийти в голову только тебе!

— Не спорю, я говорила, что должен быть какой-то выход, — скромно признала миссис Плэттер. — Но выкрасть их требует здравый смысл. Мы просто не можем сидеть сложа руки.

— Ты права, — сказал мистер Плэттер, — у нас другого выхода нет. Ни одна живая душа не станет винить нас за это.

— Ни одна живая душа, — торжественно подтвердила миссис Плэттер; голос ее звучал горячо и твердо.

Мистер Плэттер перегнулся через столик и потрепал ее по руке.

— Я снимаю перед тобой шляпу, Мейбл, за твое бесстрашие и находчивость. Ты замечательная женщина.

— Спасибо, душенька, — сказала миссис Плэттер.

— Ну, а теперь подумаем, как нам сделать это… — предложил деловым тоном мистер Плэттер. Он принялся задумчиво протирать очки. — Орудия труда, транспорт, время суток…

— Нет ничего проще, — прервала его миссис Плэттер. — Ты берешь лодку…

— Это само собой понятно, — снисходительно сказал мистер Плэттер. Он водрузил на нос очки, спрятал платок в карман, откинулся на спинку стула и принялся барабанить пальцами по столу. — Разреши мне немного подумать…

— Ну разумеется. Сидни, — сказала миссис Плэттер и сложила руки на коленях.

Прошло несколько минут. Наконец мистер Плэттер откашлялся и через столик взглянул на жену.

— Тебе придется пойти со мной, душенька, сказал он.

Миссис Плэттер испуганно вздрогнула; ее спокойствие рассеялось, как дым.

— Ой, Сидни, я не могу. Ты сам знаешь, как я боюсь воды. Возьми кого-нибудь из работников.

— Невозможно. Они станут болтать.

— А как насчет Эгнис Мерси?

— Ей тоже нельзя доверять; и недели не пройдет, как об этом узнает все графство. Нет, душенька, кроме тебя некому.

— Я бы с радостью тебе помогла, Сидни, — запинаясь, произнесла миссис Плэттер, — если бы мы пошли по дороге, вкруговую. В эту лодку мне не влезть.

— К нему в сад с дороги не попадешь, разве что через дом. А по бокам густая изгородь из остролиста, и ни калитки, ни другого какого прохода. Нет, душенька, я все это продумал: подобраться туда можно только по воде. Перед самым рассветом, когда все будут спать, включая Эйбла Потта. Нам понадобится крепкая картонка, сачок для ловли креветок и фонарь. У нас есть запасные фитили?

— Да, полно. Лежат в мансарде.

— Там мы и будем держать их… этих… кто они там…

— В мансарде?

— Да. Я все взвесил, Мейбл. Это единственное место, которое всегда под замком… ведь мы храним там все летние принадлежности. Надо, чтобы им… этим… было тепло и сухо; они будут жить там целую зиму, пока я построю для них дом. Собственно говоря, они тоже войдут в число принадлежностей. Я поставлю на дверь две задвижки и еще один замок и прибью железную полоску внизу. Пусть попробуют выбраться оттуда! Понимаешь, — продолжал мистер Плэттер серьезно, — мне нужно время, чтобы сделать для них подходящий дом. Это, скорее, должна быть клетка, но по виду напоминающая дом. Понимаешь, что я хочу сказать? Надо, чтобы они были видны снаружи, и в то же время — чтобы они не могли вылезти изнутри. Тут немало придется потрудиться.

— Ты справишься, душенька, — подбодрила его миссис Плэттер. — Но, — призадумалась она, — что если Потт придет сюда и узнает их? Каждый может купить билет.

— Не придет. Он так занят своими поделками, что, верней всего, и не слышал о нас или Бэллихоггине, а возможно, и о Уэнтле-Крейсе. Но даже если он и увидит их — что с того? Как он докажет, что они принадлежат ему? Он хранил их в тайне, верно? Никто их не видел… иначе об этом говорили бы всему графству. И в газетах бы написали, надо думать. Людей в Фордэм понаехало бы без счета. Нет, душенька, на слово ему не поверят. Пойди докажи, кто из нас прав. Но действовать надо быстро, Мейбл и ты должна мне помочь. До конца сезона осталось две недели; может быть, он решил придержать их и выставить на обозрение только будущей весной. А может быть, покажет их сразу… Тогда мы пропали… Понимаешь, что я имею в виду? Ничего не известно…