Разбойник Хотценплотц и муравейник с начинкой - Отфрид Пройслер

Когда они покинули лес, стало уже по-настоящему темно. Хотценплотц уже собрался было у первого уличного фонаря попрощаться с Касперлем и Сеппелем; но тут в глаза ему бросился огромный плакат, висевший невдалеке на заборе, огораживающем строительную площадку.

— Вот те раз! — воскликнул он. — Либо мне сливовица не пошла впрок — либо у меня что-то неладно с глазами. Это мое изображение висит там? — Он указал на плакат. — Или это не мое изображение?

— Да, — сказал Касперль. — Даже незрячий спиной увидит, что это вы.

— Ну? — спросил Хотценплотц. — Что же, съешь коршун все мои пуговицы, все это означает?

— Ровно ничего, — определил Сеппель. — Речь, видимо, идет про старое объявление о розыске преступника.

— Про объявление об обыске спутника! — с полным основанием возмущаясь, передразнил Хотценплотц. — Почему полиция не сняла его? Это ни в какие ворота не лезет!

Они рассмотрели плакат поближе — и Касперль едва не задохнулся от ужаса.

— Господин П-плотценхотц! — выдавил он из себя. — Э-это с-свежее объявление!

— Свежее, говоришь?

Касперль указал на дату, стоявшую в верхнем правом углу.

— Ну, тогда я вообще ничего уже не понимаю! Вчера отпустили — а сегодня уже опять публично разыскивают? Это, наверно, чья-то глупая шутка!

Они сообща прочитали-таки неразборчивый текст плаката. Его написал господин Димпфельмозер, черным фломастером на белой оберточной бумаге:

Разыскивается, с целью наискорейшего взятия под стражу оного, по возможности в кратчайший срок,

РАЗБОЙНИК ХОТЦЕНПЛОТЦ.

Разыскиваемый тяжело вооружен и имеет несколько судимостей. Особые приметы: Черная разбойничья шляпа, длинное, в верхней части отчетливо согнутое перо, колючая борода. Этот социально опасный преступник подозревается в нижеследующих деяниях, караемых законом:

1. Взлом жилища вдовы Порциункулы Худобок, совершенный в ночь со вчера на сегодня.

2. Похищение принадлежащей вышеозначенной вдове предмета невосполнимой ценности (Шар из горного хрусталя размером с кокосовый орех).

Население всей округи, таким образом, призывается к сотрудничеству в поимке. Идущие на пользу делу сообщения будут рассматриваться по желанию в конфидециальном порядке.

Сотрудник местной полиции

Димпфельмозер Алоиз

Главный вахмистр полиции

Хотценплотц схватился за голову. Три раза пришлось Касперлю и Сеппелю прочитать ему вслух то, что черным по белому было написано под его изображением, прежде чем он поверил этому, — тогда он пришел в ярость.

— И как этому Димпфельмозеру в башку втемяшилось написать подобную чушь? Да разрази меня гром, если я хоть когда-нибудь заходил в дом госпожи Худобок! Но полиция, разумеется, все лучше знает, черт бы ее побрал, — на то она и полиция!

Касперль попытался подбодрить его.

— Если это не вы были тем, господин Хотценплотц, кто украл шар, то это должен быть кто-то другой. Сеппель и я сделаем все, чтобы истина восторжествовала!

— Действительно?

— Даже если нам придется перевернуть вверх дном полмира!

Хотценплотц растроганно пожал друзьям руку, он заранее благодарил их за все усилия.

В этот момент до слуха их донесся велосипедный звонок: господин главный вахмистр полиции Алоиз Димпфельмозер собственной персоной завернул на велосипеде за угол.

— Скорее! — сказал Касперль Хотценплотцу. — Он ни в коем случае не должен видеть вас до тех пор, пока мы не переговорим с ним, иначе он тут же арестует вас!

Господину Димпфельмозеру все ясно

Хотценплотц торопливо опустился на колени, уперся локтями в землю и втянул голову в плечи. Касперль и Сеппель уселись к нему на спину, как на скамейку, и облокотились о забор, окружающий строительную площадку. Господин Димпфельмозер издалека увидел их, слез с велосипеда и направил на них свой карманный фонарик.

— Это ты, Касперль?

— Думаю, я.

— И Сеппель тоже тут?

— Зачем вы спрашиваете? — поинтересовался Сеппель. — Где Касперль, там и я.

— Тогда хорошо! — Господин Димпфельмозер выключил фонарик. — Бабушка уже вся извелась от страха за вас.

— Почему? — спросил Касперль.

— Потому что она с сегодняшнего утра ничего не знает о вас.

— Обо мне и Касперле? — спросил Сеппель. Господин Димпфельмозер готов уже был потерять терпение.

— Вы что, не читали объявление о розыске преступника? Иначе вы должны были бы знать, что Хотценплотц совершил взлом у госпожи Худобок. Даже представить страшно, если б этот плут захватил вас, — уж вам бы несдобровать!

— Да вы же сами видите, что мы целы и невредимы, — возразил Касперль. — Впрочем, как именно вам пришла в голову мысль о Хотценплотце? Кто-нибудь видел, что он украл шар у госпожи Худобок?

— Это к делу не относится, случай ведь ясен как божий день. Для меня только он принимается в расчет в качестве виновника. Шар пропал — следовательно, полиции следует зорко следить за разбойником. Если уж у кого и были причины вломиться к госпоже Худобок — так это у него!

Касперль и Сеппель сделали попытку возразить господину Димпфельмозеру.

— Так сложились обстоятельства, но мы знаем это лучше! Мы вам клянемся, что Хотценплотц не имеет к похищению хрустального шара никакого отношения. Он невиновен!

— Чепухенция на постном масле!

Господин Димпфельмозер резко оборвал их, он не позволил им договорить до конца.

— Отправляйтесь-ка домой со своими россказнями — к бабушке! Мне пора уже на боковую. Завтра утром Васьти и я возьмемся за дело вместе: и где бы Хотценплотц ни скрывался — мы до него доберемся и подвергнем справедливому наказанию. Это я вам обещаю так же точно, как то, что я вне очереди произведен в главные вахмистры.

Он побряцал саблей.

— Вы даете мне честное слово, что тотчас же отправитесь домой?

— Самое честное-пречестное, господин вахный главмистр!

Господин Димпфельмозер оседлал велосипед. Мощно надавил на педали и был таков. Приятели дождались, пока не скрылся из виду задний фонарь, потом поднялись.