Вверху над миром - Пол Боулз

Миновав последний крутой поворот, он, наконец, заговорил:

— Двадцать минут. Уже восемнадцать. Даю вам слово.

Он выехали на вершину холма. Высокое белое здание оказалось многоквартирным домом, и он остановил перед ним машину. Затем вылез и подошел к ее дверце.

— Поднимемся на минутку. Хочу взять куртку.

— Как насчет семнадцати минут?

— Только если не будете спорить, — он открыл дверцу.

Она взяла сумочку и пакет и вылезла. Когда вошли в здание, она очутилась посреди стекла и металла, скал и растений. В зеркале лифта увидела, что прическа распалась, став неузнаваемой.

— Ветер все испортил, — пожаловалась она, теребя волосы.

— Наверху сможете поправить, — сказал он ей.

Они поднялись наверх. Дверь вела в патио, где посреди бассейна плескался фонтан. Справа — колоннада и короткий лестничный пролет, ведущий вниз; они вошли в просторную комнату.

— Дух захватывает, — сказала она, и при этом молодой человек еще больше упал в ее глазах. Она медленно спустилась по ступенькам. — Ни за что бы не взялась поддерживать здесь чистоту.

Она хотела дать ему понять, что считает непрактичным и нелепым для молодого человека иметь такие чересчур роскошные апартаменты.

Она села.

— Сплошь кожа, меха да стекло! — воскликнула она.

— Ничего страшного, — сказал он ей слегка удивленно. — Пыль сюда не долетает. Что вам дать? Хотите поправить прическу? Вон через ту дверь, а я приготовлю вам выпить. Водки с мартини на скорую руку?

Она нарочито невесело усмехнулась:

— Валяйте. Все равно от вас не отделаешься.

Стена перед ней была почти полностью скрыта преградой из деревьев и лоз, достигавших потолка из-за тусклого освещения возникало чувство, будто сидишь на опушке леса. Благоуханный горный воздух медленно веял по комнате, шевеля верхние усики и ветви. Где-то в ярком дневном свете играл военный оркестр: его далекие звуки — то громче, то тише — доносил ветерок. Миссис Слейд робко провела рукой по шкуре викуньи, покрывавшей кушетку, где она сидела. Потом встала и пошла в небольшую комнату, которую он указал, чтобы уложить волосы.

Из какой-то части квартиры послышался звонкий голос маленького ребенка, выкрикнувшего:

— Где, мама?

Стоя перед зеркалом и подкрашивая помадой верхнюю губу, которую прижимала к зубам, она с легким удивлением поняла, что даже не подумала о жене. «Почему бы и нет?» — мысленно спросила она себя.

В большой комнате послышался шум.

— Вот ваш коктейль, — крикнул он.

— Так быстро! — она вышла к нему из гардеробной.

Он держал в руке бокал, фактически уже пил из него. Она взяла с подноса свой: тот был очень холодный.

— Давайте выйдем наружу, — предложил он ей.

На террасе располагался грот с бассейном внутри; по изогнутому руслу бежал ручей, петляя между группками стульев и столов. Внизу — город со своим далеким рокотом, а со всех сторон — небо, обрезанное серыми гребнями гор.

— Какое великолепие! — воскликнула она, когда они подошли к краю и выглянули с террасы.

Он осушил бокал.

— Если перед тобой такой вид, как им не насладиться?

— У вас здесь ребенок, — сказала она: это не было вопросом, но интонация требовала ответа. — Я слышала его голос.

— В этой стране бывает трудно отличить ребенка от попугая, — сказал он с очень серьезным видом.

— Голос, который слышала я, очень сильно напоминал детский, — она не привыкла к тому, чтобы ее так третировали.

— Тогда, наверное, это был ребенок. Здесь есть только один. Пора идти. Семь минут.

Прежде чем направиться к двери, она в последний раз окинула взглядом террасу.

— Это вызывает у меня такое волшебное ощущение свободы, — сказала миссис Слейд и шагнула внутрь.

Они проехали короткий лесной отрезок и спустились по склону горы на бульвар, ведущий к отелю. На сей раз она придерживала волосы руками. Он притормозил у входа и остановил машину.

— Я пунктуален? — он взглянул на свои наручные часы.

— Да, и впрямь, — сказала она, довольная этим эпизодом теперь, когда вернулась обратно и все кончилось. — А еще вы были весьма любезны.

Они вылезли и встали под солнцем на тротуаре.

— Как завтра? — вдруг сказал он. — Вы и ваш муж. Вы и доктор Слейд. Я хочу познакомить вас с Лючитой.

— Что ж, — сказала она, — если я вначале познакомлюсь с вами, возможно, мы договоримся о встрече.

— Меня зовут Сото, — ей показалось, что ему неприятно произносить это имя, но в то же время он подтянулся и посмотрел на нее вызывающе. — С-О-Т-О. Очень просто. Если придете где-то в половине седьмого, сможете полюбоваться закатом. Попробуйте уговорить доктора. Я подберу вас прямо здесь. Можно позвонить вам завтра часов в десять утра?

— Думаю, в десять будет нормально, — сказала она.

Он сел в машину, сдал назад, улыбаясь ей, медленно тронулся и, неторопливо помахав, уехал. Она слышала, как он прибавил газу и помчался по бульвару.

Когда миссис Слейд переходила вестибюль, продавец газетного киоска крикнул ей:

— Мистер Сото — очень прекрасный молодой человек!

Она опасливо окинула взглядом холл: тот был так же пуст, как и прежде. «По крайней мере, — подумала она, — если подойти ближе к прилавку, он будет говорить тише».

— Что вы сказали? — произнесла она, остановившись в паре шагов от него.

— Ах да! Очень влиятельная семья. Его отец — дон Хосе Гарсия Сото. Но он не любит его, — продавец улыбнулся и пожал плечами; видимо, история на этом заканчивалась, хотя ударение на последнем «его» придавало ей двусмысленность.

— Вы хотите сказать, отец его не любит?

— Нет, он не любит его.

Поскольку слова были произнесены точно также, как в первый раз, она не знала, считать ли это поправкой или просто повторением.

— Почему? — спросила, надеясь, что это поможет докопаться до истины.

Продавец покачал головой.

— Молодой человек любит хорошо веселиться. Старый человек — это не нравится, думает по-другому. Что же они делают?

На обратном пути в отель доктор Слейд взял такси. В тихом уголке гостиной, за ширмой из вьющихся растений, он заметил миссис Слейд, которая стояла у прилавка, беседуя с продавцом. Доктор всегда старательно оберегал ее частную жизнь, предоставляя жене максимальную свободу передвижений. И теперь, хоть и собирался к ней подойти, решил этого не делать и проследовал по холлу к лифтам. Пока он стоял в ожидании, к нему подбежал botones[11]в ярко-зеленом мундире, выкрикнув: